Патриция Хэган - Любовь и триумф

Этот человек впервые появился в кафе Вольфа прошлой зимой и сразу вызвал всеобщее подозрение: он ни разу не обмолвился о том, кто он и откуда. Поначалу его сторонились и думали, прежде чем открыть рот в его присутствии.

Однако в один прекрасный вечер он спас жизнь самого Хэниша Лютцштейна, прикрыв его от пули собственным телом. Это случилось во время празднества, устроенного «патриотами» в честь отречения царя Николая. В кафе зашел незнакомец, судя по всему совершенно не разделявший их бурной радости. Через некоторое время он вступил с Хэнишем в отчаянный спор, сопровождавшийся угрозами и оскорблениями. Тогда Лютцштейн просто-напросто выкинул из кафе разбушевавшегося гостя. Но незнакомец вернулся, и теперь в его руке поблескивал ствол револьвера.

Брандт успел вскочить на ноги и, опрокинув Лютцштейна на спину, убрал его с линии выстрела. К счастью, вылетевшая пуля лишь только слегка задела Брандта, зато теперь он стал пользоваться абсолютным доверием окружающих, а Хэниш публично объявил его своим другом на всю жизнь. Несостоявшийся убийца с неожиданной прытью удрал с места происшествия. Скорее всего это был пьяница или бродяга, подогретый ссорой в каком-нибудь соседнем питейном заведении. Таким образом, Корд Брандт превратился в героя и уважаемого соратника, и Рудольф не мог не заметить, как менялась Элеонора в присутствии Корда.

Сев без приглашения за столик Корда, Рудольф жестом приказал принести полный графин холодного пива и лучезарно улыбнулся:

– Как это хорошо – вернуться домой! Как вы тут поживали, товарищ?

Корд рассеянно кивнул в ответ. Рудольфа так и подмывало поделиться с кем-нибудь своими новостями, и, не замечая презрительной гримасы на лице Брандта, он дождался заказанного пива и тихо прошептал:

– Ты слышал, что говорил Хэниш о золоте, за которое можно получить информацию? Так вот, – оскалился Рудольф, – у меня есть все необходимое.

– Что именно? – откровенно насмешливо прищурился Корд, наливая себе пива. – Золото или информация?

Хэпсбургу не понравился явный сарказм собеседника, и его улыбка увяла, но, увидев, что Хэниш покинул кружок товарищей и направляется в его сторону, снова задрожал от возбуждения. Лютцштейн отодвинул стул и уселся между Рудольфом и Кордом.

– Итак, когда ты вернулся из Испании?

Не отвечая на вопрос, Хэпсбург повторил Лютцштейну то, что уже успел сказать Брандту.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь…

Окинув собеседников торжествующим взглядом и испытывая удовольствие от того, что является объектом пристального внимания обоих, Рудольф ощутил душевный подъем – пришел его час. Набрав в грудь побольше воздуха, он победно выпалил:

– Члены семьи Романовых сейчас находятся в дороге. Они будут моими гостями.

Наступила гробовая тишина. Затем Хэниш изумленно покачал головой и в замешательстве проговорил:

– Надеюсь, ты имеешь в виду не ту девчонку? Ее отец, конечно, важная шишка, но отнюдь не Романов!

– Нет-нет, я не о Мэрили! – Рудольф сжал руку Хэниша и рассказал ему обо всех своих головокружительных планах, после чего откинулся на стуле и, скрестив руки на груди, победоносно улыбнулся: – Ну что? Теперь вы видите, что у нас появился реальный шанс сорвать огромный куш? Колтрейны заплатят огромный выкуп, лишь бы вырвать родственницу Романовых из лап революционеров, жаждущих крови русского царя!

Хэниш задумчиво потер подбородок, но в его темных глазах уже загорелся азартный огонек.

– Да, – произнес он после некоторой паузы, – я думаю, что в этом есть определенный смысл. Патриоты смогут заработать кое-какие деньги. А ты останешься вне подозрений и сможешь продолжать добиваться руки дочери Михайловского.

Никто не заметил, как при этих словах Лютцштейна нахмурился Корд.

– Пожалуй, это будет настоящей победой! – Хэниш ударил Брандта по плечу. – Попробуй только сказать, что это был не самый счастливый день, когда нашим предводителям пришла в голову мысль заняться дочерью Драгомира Михайловского! Никто и не мог предположить, что это даст такой потрясающий результат!

Корд поспешил изобразить на лице восторг. Сведения, сообщенные Рудольфом, были важны и неожиданны. Черт побери, когда он впервые услышал, что Рудольф получил задание начать ухаживать за дочерью Михайловского, он не проявил особого интереса к этому делу. Но, услышав о плане похищения, он насторожился. Внешне оставаясь спокойным, Корд встал из-за стола и собрался уходить.

– Постой, – остановил его Хэниш. – За такие хорошие новости грех не выпить!

– Я думаю, что не стоит веселиться раньше времени. Сначала надо добиться успеха.

Хэниш откинул голову назад и рассмеялся:

– Ладно, Брандт, если ты так уж сомневаешься в исходе дела, то тебе и карты в руки! Разработаешь план похищения.

– Ну что ж, попробую, – спокойно ответил Брандт и вышел из кафе. Подумать только, ему поручили составить план похищения! Да, сегодня Корду положительно везло.

– Побежал на свидание с моей сестрой! – сказал Рудольф, когда за Кордом закрылась дверь. В его голосе уже слышались нотки пьяного веселья. – Но когда он увидит мою невесту, сразу положит на нее глаз. Держу пари!

Глава 9

– Это безумие, Рудольф!

Элеонора сидела на старом, покрытом плесенью сундуке в углу полуподвальной каморки, где умерла их бабка. В руке она держала жестяную кружку, понемногу отпивая принесенное Рудольфом виски. Каждый глоток заставлял девушку морщиться и судорожно передергивать плечами: она не привыкла к крепким спиртным напиткам. Однако Рудольф надеялся, что виски взбодрит ее. Девушка выглядела такой подавленной, когда он рассказал ей о своем плане похищения Джейд Колтрейн.

– Нет, Элеонора! – мягко возразил Рудольф. – Это вовсе не безумие, напротив, это гениальная идея! Даже сам Ленин, я уверен, будет знать о ней и одобрит!

– Гениальная идея! – усмехнулась Элеонора. – Ты безумец, Рудольф! В случае провала и ты, и я отправимся в тюрьму. Похищение людей – это преступление, идиот!

– Не смей называть меня идиотом! – взвился Рудольф. Он отвернулся, ругая себя, что все выложил Элеоноре. В конце концов ответственным за операцию назначили Корда Брандта.

Похоже, что виски уже подействовало на сестру, и она прошептала заплетающимся языком:

– Я не хочу, чтобы Кордуэлла упрятали в каталажку! – Элеоноре нравилось называть Брандта этим именем, ей казалось, что оно подчеркивает ее особое отношение к нему, дает понять окружающим, что она имеет свои права на него. – А ведь так оно и будет! И он, и мы все… Колтрейны – очень важные персоны. Неужели ты действительно думаешь, что они так просто заплатят выкуп и на этом все кончится? Они нас выследят, будь уверен, для этого у них хватит денег. Я не желаю участвовать в этой безумной авантюре!