Валери Шервуд - Песня ветра

– Ждать придется не так уж долго, – спокойно заметил Рэй, наблюдая, как лодка причалила к деревянным мосткам, а из дома, прижимая к груди стопку книг в кожаных переплетах, бежит по снегу Вирджиния и машет рукой. – Мы обвенчаемся, займем эту спальню и подождем возвращения губернатора, после чего я получу помилование.

– Ты не знаешь мою мать. Вирджи утверждает, что у нее уйдет бездна времени на подготовку к пышной свадьбе. Полагаю, сестра права. Только на то, чтобы составить список гостей, понадобится целая вечность.

Рэй обеспокоено взглянул на Каролину и вдруг вскрикнул. Вирджиния, одетая во все черное, споткнулась и рухнула в снег. Широкие юбки разметались, а книги разлетелись.

– Дорогой, Вирджиния поскользнулась! – в смятении воскликнула Каролина. Она и Рэй быстро спустились вниз и выбежали в сад.

Оказалось, что Вирджиния упала, потеряв сознание. В дом ее внес Рэй.

– Да она легкая как пушинка, – заметил он, когда появилась Летиция и попросила подняться вслед за ней в зелено-белую спальню. Она велела слугам принести бренди, нюхательную соль, горячий суп и грелку.

– Уж у меня-то дочь поест, не отвертится, – твердо проговорила Летиция. – Не хватало еще, чтобы Вирджиния падала в обморок, так может случиться и во время свадьбы. – Затем она предложила молодым людям пойти встретить Ральфа Уормли.

Глядя на худое лицо Вирджинии, на темные круги у нее под глазами, Каролина подумала, что вряд ли сестре поможет чашка супа. Уж не решила ли она уморить себя голодом? Да, Вирджиния, очень изменившаяся, кажется, с каждым днем уходит все дальше от них.

– Ральфа Уормли уже встретили, – возразила Каролина, заметив, что к лодке подошел Филдинг.

– Тогда покажи Рэю дом – властно распорядилась Летиция. – Здесь ты не нужна. Вирджиния уже приходит в себя.

Выпроводив их, она захлопнула дверь.

– Я рада, что ты привез меня домой, – шепнула Каролина Рэю. – Боюсь, что вижу сестру в последний раз. – Ее глаза наполнились слезами, и Рэй сочувственно взял Каролину за руку и повел прочь. – Семья разваливается, – заметила она, как только они оказались в библиотеке. – Убежала Пенни, а скоро от нас уйдет и Вирджиния.

– Ты не совсем права, – твердо возразил Рэй и погладил ее по голове. – Для нас с тобой жизнь только начинается.

Она неуверенно улыбнулась ему, вытерла слезы и указала на латунную шкатулку с красивой гравировкой. В ней хранились письменные принадлежности.

– Это любимое место Вирджинии. – Каролина кивнула на дубовое бюро.

Но Рэя куда больше интересовал превосходный двадцатидюймовый пистолет, изготовленный лондонским оружейником Р. Силке.

– У меня есть очень похожий. – Он привычным движением проверил, хорошо ли отлажен пистолет, и заглянул в длинный ствол.

«Боже! Сделай так, чтобы он никогда не воспользовался этим оружием!» – взмолилась Каролина.

Здесь-то, в теплой библиотеке, перед жарко пылающим камином, и нашли их Ральф Уормли и Филдинг Лайтфут. Щеки и нос Ральфа Уормли раскраснелись от холода. Обшитые золотом петли и позолоченные пуговицы его камзола засверкали, едва он, подойдя к камину, со вздохом снял свой теплый коричневый шерстяной плащ. Стоявший рядом с ним хмурый Филдинг («Он хмурится, когда видит меня», – подумала Каролина, радуясь, что его отношение уже ничуть не задевает ее) выглядел просто великолепно в своем камзоле цвета бронзы с широкими бархатными манжетами.

На Рэе была простая серая суконная куртка, но выглядел он очень импозантно. Когда Филдинг представил его гостю, Каролина, гордо стоявшая рядом с женихом, с приветливой улыбкой поклонилась Уормли, к которому с давних пор питала симпатию.

Осведомившись, не пострадала ли мисс Вирджиния, – Ральф видел, как она упала, со своей лодки, – он сообщил, что заехал передать приглашение от Льюиса Беруэлла. Тот через неделю устраивает бал в Фэрфилде и надеется, что Лайтфуты окажут ему честь. «Особенно мисс Каролина и мисс Вирджиния», – галантно добавил Ральф, хотя вряд ли Беруэлл слышал о возвращении Каролины.

Филдинг, разливая портер, пообещал, что они все прибудут на бал. Каролина промолчала. Еще вчера она, вероятно, сказала бы, что в это время они будут уже на пути в Англию, но теперь поняла, что их план едва ли осуществится так скоро.

Оставив мужчин, беседующих у камина и попивающих портер, Каролина поднялась наверх – узнать, как чувствует себя Вирджиния. Сестра лежала под одеялом. Голова ее покоилась на подушке. Ноги согревал закутанный в сукно горячий кирпич. В камине потрескивали дрова. Летиция уже ушла, но ее приказание растопить камин пожарче было выполнено. В этой комнате с нежно-зелеными стенами, большой кроватью под балдахином было, пожалуй, слишком жарко.

– Зачем ты побежала по обледеневшему снегу? – попеняла сестре Каролина. – Он же скользкий как лед, вот ты и упала.

Вирджиния кротко кивнула:

– Да, мне не стоило бежать. Но я боялась, что лодка не причалит. Когда мы в последний раз были в Роузджилле, я обещала вернуть эти книги мистеру Уормли. А теперь, – она едва не расплакалась, – книги, наверное, намокли.

– Ральф Уормли просил тебя не беспокоиться о книгах. Их уже высушили, они почти не пострадали. Вирджи. – Каролина внезапно переменила тему: – Почему ты не ешь?

– Сначала мне казалось, что я слишком толста и поэтому никому не нравлюсь. Но постепенно потеряла аппетит, а затем сильно простудилась. Теперь и думать о еде не хочу.

– О Вирджи, неужели ты не знаешь, как мы все тебя любим?

Вирджиния тяжело вздохнула:

– Я говорю не о тебе, а о мужчинах. Хью не слишком-то жаловал меня. Я убежала с ним, но когда нас поймали, он нашел себе другую женщину и тут же забыл обо мне. – «А заодно прихватил с собой все твое золото», – подумала Каролина, глубоко оскорбленная за сестру. – Затем мама отдала меня Алджернону, – продолжила Вирджиния, – но и он не любил меня. Потом Алджернон умер, а у меня случился выкидыш. Пока тебя здесь не было, я встретила человека, который, как мне показалось, в самом деле любит меня. – Ее голос задрожал, и Каролина заметила, что сестра стиснула кулачки. – Он подарил мне кольцо с выгравированной на нем надписью.

Такие кольца стоили обычно не слишком дорого, их делали из серебра и дарили в основном друзьям. Однако кольцо с надписью могло быть знаком более глубокого чувства.

– Но ты его не носишь. – Каролина взглянула на худые руки сестры.

– Я… я ношу его на шее. – Вирджиния прикоснулась к тонкой золотой цепочке под лифом. – Пусть мама не знает, что я еще ношу его после всего, что случилось.

– А что случилось?

– Дэмьен не нравился маме. Она считала его повесой, никчемным человеком. Но я любила его, – шепотом призналась Вирджиния.