Вирджиния Хенли - Талисман

Джок Лесли повел гостей в замок. Бабушка и внучка поняли, что он проявит гостеприимство и пригласит их пообедать.

— Пойдем на кухню, — решила Меготта. — Мы найдем способ избавиться от проклятых норманнов.

Повара суетились у печей, помешивая варившийся в котле суп, пробуя готовность жарившейся на огромном вертеле оленины и забрасывая овощи в кипящую воду.

— Я приготовлю подливку, — заявила Меготта, но в этот момент на просторной кухне появился Джок Лесли.

Он бросил один-единственный взгляд на тещу и направился к ней.

— Немедленно убирайся из кухни, женщина! Сегодня я не потерплю никаких твоих злобных выходок. Хочешь опозорить нас?

Протесты Меготты и ее заверения в желании помочь на кухне не возымели действия.

— Эндрю, — обратился он к сыну, который обучался управлению хозяйством замка, — я даю тебе поручение. Ни при каких обстоятельствах не позволяй Меготте вертеться на кухне!

Джейн забилась в угол и стала терпеливо ждать, когда блюда приготовятся и их можно будет подавать на стол. В ее душе царили ненависть и страх, но в одном она не сомневалась: из двух гостей светловолосый великан наиболее опасен.

Когда один из поваров налил густой бульон в большую супницу и добавил туда сливки и вино, Джейн выступила вперед и попросила:

— Можно мне подать, Эндрю?

— Конечно, сестренка, — улыбнулся ей брат. — Только поторопись — суп быстро остывает.

С замирающим сердцем Джейн вошла в обеденный зал. Каждый шаг приближал ее к почетным гостям Дамфриса. Она удивлялась собственному безрассудству. «Неужели у меня хватит смелости осуществить свой план?» Поднимая черпак, Джейн увидела, как дрожит рука. Присутствие духа покинуло ее, и она, прикусив губу, налила Роберту Брюсу суп, не пролив ни капли. Украдкой посмотрев на сидящего рядом с уйм мужчину, Джейн вздрогнула: вспомнила, что проделывали во сне его дьявольские губы. Линкс де Уорен бросил оценивающий взгляд на сельскую красавицу, и его чувственные губы растянулись в одобрительной улыбке. Джейн стало жарко, и она решилась: быстро наклонила супницу и вылила густой суп на колени мужчине.

Линкс мгновенно вскочил, радуясь, что кожаная одежда уберегла его от ожогов. Огромная рука мелькнула, подобно молнии, и сжала запястье не успевшей убежать девушки.

— Кто ты такая, черт возьми?

— Я из кельтов! — с вызовом ответила она.

— А по-моему, маленькая ведьма, которую следует проучить.

— Заклятый враг негодяям англичанам!

Управляющий замком принес гостям лучшее вино Дамфриса и бросился вперед, пытаясь исправить то, что натворила его дочь.

— Кто эта девушка? — спросил де Уорен.

— Неловкая служанка, милорд.

— Неловкость здесь абсолютно ни при чем. Это не случайность, это было сделано намеренно! — Линкс прищурился и отпустил руку девушки, прекрасно понимая, что больше всего на свете ей хочется расцарапать ему лицо. — Я не против поучить тебя хорошим манерам, — сказал он низким хрипловатым голосом, и Джейн поняла, что норманн не откажется заняться с ней и кое-чем другим.

— Немедленно уходи отсюда! — приказал Джок и, обращаясь к де Уорену, добавил: — Она будет наказана, милорд.

— Позволь мне извиниться за всех кельтов, — поспешно сказал Роберт Брюс, когда служанка выбежала из зала. — Страстная натура иногда толкает нас на неразумные поступки.

Линкс де Уорен не мог сдержать смеха. Он не собирался противопоставлять свой темперамент страстной натуре огненноволосой девушки.

— Не наказывай ее, Джок Лесли, — сказал он. — Я знаю, насколько сильна в Шотландии ненависть к англичанам.

Джок поманил к себе пальцем черноволосую Кейт.

— Милорды, теперь вам будет прислуживать моя дочь. Клянусь, больше ничто не омрачит ваше пребывание здесь.

Джейн бежала к конюшням, как будто за ней гнался сам дьявол. Там она увидела, что ее брат Кейси поставил принадлежавших лордам коней в лучшие стойла и щедро насыпал им овса. Подойдя к великолепным жеребцам, Джейн ласково заговорила с ними. Девушка испытывала сильную неприязнь к их хозяевам, но превосходные лошади вызвали у нее неподдельное восхищение. Джейн запустила пальцы в шелковистую гриву могучего вороного коня и была рада услышать его ответное ржание.

Поговорив с ними немного, Джейн не удержалась от искушения открыть седельные сумки и посмотреть, что находится внутри. Может, ей удастся узнать имя смущавшего ее чувства мужчины, который сопровождал Роберта Брюса. Возможно даже, она найдет ответ на вопрос, зачем он приехал и что собирается здесь делать. Джейн довольно долго гладила шелковистую шею вороного жеребца и шептала ему ласковые слова, прежде чем отстегнула сумки и заглянула в них.

Она нашла только яблоки, пару черных перчаток для верховой езды и пергамент, который ее неопытному глазу показался картой Аннандейла. Джейн не умела читать и поэтому быстро положила все на место, оставив лишь одно яблоко, которое протянула вороному жеребцу.

Услышав за своей спиной разгневанный голос, Джейн подскочила как ужаленная.

— Какого дьявола ты делаешь с моей лошадью?

Она попыталась убежать, но Линкс мгновенно преодолел разделявшее их расстояние, и мозолистая рука мертвой хваткой сжала ее запястье.

— Берегись, норманн! Я колдунья, и у меня достаточно силы, чтобы справиться с любым врагом Шотландии!

— Меня не интересуют твои глупые суеверия. Я хочу знать, что ты скормила моей лошади.

От возмущения Джейн забыла про свой страх.

— Я никогда не причиню вред животному! Я дала ему яблоко. Отпустите меня — вы делаете мне больно!

— Следовало бы перекинуть тебя через колено и отшлепать, упрямая ведьма. Я должен проучить тебя.

— О-хо! Что это у вас здесь происходит? Кажется, я прервал прелюдию к любовным играм? — с усмешкой спросил Роберт Брюс.

— Очень забавно, — сухо ответил Линкс, разжимая пальцу. — И как, черт возьми, одна служанка за такое короткое время умудряется столько натворить?

Роберт подмигнул другу:

— Разве ты не знаешь, что говорят о рыжих? Берегись их, как чумы.

Джейн видела, как мужчины оседлали лошадей и покинули замок. Но ее не оставляло ощущение, что это не последняя их встреча. Рысь вернется. Это неизбежно.

Глава 6

План Джона де Уорена сработал. Как только шотландские войска, измотанные скитаниями по Камбрии, появились у холмов Ламмермура, английские войска обрушились на них. Шотландцы оказались зажатыми между двумя вражескими армиями.

Неподалеку от Данбара произошло кровопролитное сражение. К концу дня в плен попал не только Комин, но и еще сто тридцать благородных шотландских рыцарей.