Барбара Картленд - Герцог Сорвиголова

— Вы не могли бы разлить чай, мисс Уотсон?

На столе напротив дивана стоял роскошный серебряный чайник и такие же заварник, молочник и сахарница.

Кася села за стол и принялась разливать чай в чашки из китайского фарфора.

В процессе этого у нее само собой вырвалось:

— У нас дома такой же чемберленовский сервиз, и каждый раз, когда я на него смотрю, я думаю, какой он красивый!

Повисла неловкая пауза, и Кася с опозданием сообразила, что гувернантка вряд ли может иметь дома такой дорогой фарфор.

Герцог ничего не сказал и только взял у нее блюдце и чашку, которые она ему протянула. Кася повернулась к Саймону.

— Ты любишь чай, Саймон? — спросила она. — Или, может быть, ты хочешь молока? Или лимонада?

— Мне не дают лимонада, — буркнул Саймон. — Потому что у нас нет лимонов, так мне говорят.

Герцог рассмеялся.

— Я думаю, что если это было вчера, то сегодня они уже появились. — Он позвонил и сказал вошедшему дворецкому:

— Мастеру Саймону вместо чая хочется лимонада. Будьте добры проследить, чтобы впредь для него всегда готовили лимонад.

— Слушаюсь, ваша светлость, — ответил дворецкий.

— Вы очень добры, — сказала герцогу Кася и выразительно взглянула на Саймона. Он понял и сказал:

— Спасибо, дядя Дарси. Я люблю лимонад.

— В твоем возрасте я его тоже любил, — сказал герцог. — Да и во время войны, будь у меня такая возможность, я бы с удовольствием его пил.

— О, пожалуйста, расскажите нам о войне, — попросила она. — Я знаю, что вы совершили немало подвигов и у вас много медалей, — но я уверена, что Саймону об этом никто не рассказывал.

Герцог был удивлен. Ему казалось, что уж где-где, а в замке это обычная тема для разговоров.

— Мне не рассказывают о войне, — сказал Саймон, — потому что, когда я жил у кузины Эми, я однажды сказал, что хочу быть как дядя Дарси и перестрелять всех, кто враги.

Герцог опять рассмеялся:

— Неудивительно, что они испугались.

— Я хотел быть похожим на вас, — сказал Саймон.

— Я обязательно расскажу тебе о войне, — ответил герцог, — но сейчас я озабочен мирными делами, а это значит, что мне многое нужно сделать в замке и вообще в поместье.

— Я уверена, что Саймон вам охотно поможет, — сказала Кася.

Тут же она поняла, что эта мысль никогда не приходила герцогу в голову.

Он быстро спросил сам себя, что можно поручить мальчику, и вслух сказал:

— Разумеется, я буду рад любой помощи. Вообще-то было бы неплохо, если бы ты, Саймон, и вы, мисс Уотсон, написали для меня перечень всего, что требует ремонта, покраски или переделки. Когда вы запишете все, что увидите в доме, можно будет добавить к этому список того, что нужно сделать в саду.

Кася сообразила, что таким образом он хочет вызвать у своего племянника интерес к письму, и решила ему подыграть.

— Это блестящая идея! — воскликнула она. — Мы с Саймоном можем устроить соревнование, у кого список будет длиннее.

Глаза у герцога заблестели.

— В таком случае, полагаю, я должен буду назначить награду?

— Ну конечно! — сказала Кася. — Иначе неинтересно.

Она заметила, что Саймон обдумывает это предложение. Боясь, что он может отказаться писать, она сменила тему:

— Это очень красивая комната, ваша светлость, и я с волнением вижу, что в вашей коллекции картин есть Буше.

— Да, я сам был очень взволнован, когда впервые его увидел, — сказал герцог. — Но я полагаю, вы заметили, что картина нуждается в чистке. И то же самое относится почти ко всем полотнам в картинной галерее.

— Вот что ты обязательно должен мне показать, Саймон, — сказала Кася, повернувшись к мальчику.

Она чувствовала, что его нельзя оставлять без внимания.

— Вы говорили, что сначала хотите посмотреть сад, — ответил Саймон.

— Да, я знаю, — сказала Кася. — Но здесь столько всего интересного, и хочется посмотреть все.

Герцог еще немного поговорил о картинах, и Касю позабавило его удивление тем, что она так много знает о живописи.

Она не могла не заметить, что он смотрит на нее оценивающе, словно пытается разгадать, кто она такая на самом деле.

Он подозревал, что кто-то его разыграл, прислав в замок столь молодую и богато одетую девушку в качестве гувернантки.

Как только Саймон допил лимонад, Кася поднялась места.

— Я думаю, ваша светлость, мы с Саймоном должны вас покинуть. Ведь у вас много дел, да и мне, поскольку я только что приехала, нужно еще осмотреться и узнать, как строится жизнь в замке.

— Не сомневаюсь, мисс Уотсон, что скоро вы ее устроите по своему вкусу, — сказал герцог с легкой насмешкой в голосе.

Кася заметила, что Саймон уже идет к двери. Она пошла было за ним, но герцог сказал:

— Я хотел бы поговорить с вами, мисс Уотсон, об учебе моего племянника.

Он умолк, размышляя, не будет ли нарушением этикета, если он пригласит ее с ним отобедать.

Потом он решил, что слугам это покажется странным.

Он мысленно вернулся к тем временам, когда ему было столько лет, сколько Саймону, и вспомнил, что его гувернантки и учителя обычно спускались в общую гостиную к ленчу, но обедали всегда у себя.

Таков был неписаный закон — и его, очевидно, до сих пор никто не отменял.

Мисс Уотсон, несомненно, была очень необычной гувернанткой и, безусловно, она настоящая леди.

Было бы большой ошибкой давать повод слугам о ней сплетничать.

— Я думаю, наилучшее время для подобной беседы, — сказал он несколько высокопарно, — наступит после обеда. Поскольку я обедаю один, то в четверть девятого уже буду свободен, и вы могли бы присоединиться ко мне или в этой комнате, или в библиотеке.

— Слушаюсь, ваша светлость, — сказала Кася, изображая настоящую гувернантку.

Она сделала книксен и вместе с Саймоном вышла из комнаты.

Она чувствовала, что герцог смотрит ей вслед, и притом, как ей показалось, с подозрением.

Саймон побежал вверх по лестнице, и Кася заторопилась за ним.

Когда они вошли в классную комнату, он воскликнул:

— Я хорошо себя вел, мисс Уотсон! И ничего плохого не делал!

— Ты был просто образец примерного поведения, — сказала Кася.

— Как вы думаете, о чем дядя Дарси будет говорить с вами после обеда? — спросил Саймон. Кася присела в кресло.

— Наверное, хочет дать мне длинный список всего, чему я должна буду тебя учить, — ответила она. — История, география, арифметика и куча всего другого.

У Саймона вырвался крик:

— Я не буду! Я не буду этого делать! Я не хочу учиться!

— Да я тебя дразню, — сказала Кася. — Не беспокойся. Я соглашусь с тем, что предложит твой дядя, а потом просто буду притворяться, что все выполняю.

— Обалденно придумано! — воскликнул Саймон. — Я боялся, что вы его испугаетесь и станете выполнять его приказы.