Бетина Крэн - Рай по завещанию

– Кстати, сегодня обещали приготовить на ужин что-то особенное, чтобы отметить конец наших мучений. Я слышал, даже его светлость наконец очухались.

– Правда?

– Арло, его слуга, говорил об этом. Он считает, что тебя нужно увенчать божественным нимбом. А доктор утверждает, что ты и без него – просто ангел.

Иден побледнела. Джеймс нахмурился.

– Дене, ты в порядке?

– Да, конечно, – она выпрямилась, вновь ощущая болезненную тревогу во всем теле. – Все хорошо.

Когда Иден вошла в кают-компанию, собравшиеся к ужину пассажиры встретили ее возгласами одобрения. Девушка смутилась и покраснела. Джеймс галантно помог ей сесть. Место Иден оказалось как раз напротив лорда Рэмсея Маклина. Шотландец был чисто выбрит, надел свой лучший камзол и рубашку с кружевными манжетами. Он изящно раскланялся и наклонился, чтобы поцеловать девушке руку.

– Ваш самый покорный слуга, мисс. Я многим обязан вашей доброте, – тон был подчеркнуто вежлив, и Иден не посмела отдернуть руку на глазах у всех. Рэмсей запечатлел на ней долгий поцелуй.

– Не будь вас, мисс, – раздался голос Арло, занимавшего свое место, – лорд Рэмсей вряд ли был бы с нами. К счастью, вы с вашим даром исцеления оказались рядом.

Все одобрительно зашептались. Иден попыталась избежать насмешливого взгляда Рэма.

– Арло считает, что я умею обращаться с животными, – при этих словах она в упор глянула на молодого шотландца. – Возможно, он прав.

Легкая улыбка появилась у нее на губах, когда она увидела, как отвисла челюсть Джеймса.

– Верно, мисс, – вновь заговорил Арло, не уловив никакого намека в ее словах. – Прикосновение и ласковое слово – как это важно! И мой господин сразу же затихал, как спящий младенец.

– Замечательно, – сухо сказал Джеймс, увидев застывшее лицо сестры. – Прикосновение и слово! Дене, ты не перестаешь поражать меня.

– Дене? – удивился Рэмсей. – Мисс Марлоу, мне казалось, вас зовут Иден.

– Это ласковое прозвище брат придумал мне в детстве, – вежливо ответила девушка.

– Прозвище, – казалось, лорд Рэмсей что-то обдумывает.

– Оно образовано из…

– Джеймс! – оборвала брата Иден.

– Из чего? – шотландец заинтересованно поднял брови.

– Девочка, – в улыбке Джеймса засияло все его мальчишеское обаяние. Он нежно сжал руку сестры. – Видите ли, наши родители были ужасно рады, когда родилась девочка – после того, как на свет появились трое ужасных, несносных мальчишек. Может быть, они знали, что дочь будет очаровательной молодой женщиной – и назвали ее «девочка на счастье», – он улыбнулся, словно поддразнивая Иден. Девушка попыталась скрыть смущение.

– Да, – лорд Рэмсей, глядя на нее, чарующе улыбнулся. – Она действительно девочка для счастья.

У Иден перехватило дыхание, лицо заалело. Но всем за столом понравилось замечание шотландца, и мужчины одобрительно загалдели, говоря о счастье, как о награде за заботу, а он чуть ли не в лицо обзывает ее шлюхой! В этот момент Иден показалось, что все мужчины заодно – несмотря на родственные связи, единство сильного пола против слабого для них важнее!

Во время ужина Иден была вне себя от гнева. Шотландец прекратил свои выпады и говорил мало. Но стоило ему заговорить, как все замолкали, внимая его глубокому, мелодичному голосу, словно ожидая жемчужин мудрости. Болезнь сделала его и без того интригующий голос более драматичным, и Рэмсей, казалось, это знал. К своему ужасу, Иден заметила, что ее глаза самым предательским образом смотрят в сторону Маклина, и девушке приходилось все время думать о том, чтобы глядеть в другую сторону.

Придя в каюту, Иден буквально упала на постель и зашептала проклятия, от которых седые волосы миссис Данливи встали бы дыбом.

Следующий день был не лучше. Завтракали в каютах, но после завтрака все вышли на палубу. ОН был там, его чертова юбка развевалась на ветру. Иден попыталась избежать общения и остановилась поговорить с доктором, мистером Джозефом и первым помощником капитана Мэллори. Но ОН подошел. Девушка уголком глаза видела, как ветер овевает его полуголые ноги, а рубашка на сильных плечах бьется, словно парус. Он молча наблюдал за ее попытками избежать его взгляда, только иногда ухмылялся.

А потом еще Джеймс начал разговор с шотландцами. Он беседовал на какие-то свои темы – брат явно никогда не говорил о подобном с сестрой. Взрывы смеха заставляли ее вздрагивать, и в какой бы части палубы она ни была, приходилось напрягаться, чтобы не потерять нить разговора с мистером Джозефом о коровах и овцах.

Почти неделю ей удавалось избегать Рэмсея Маклина, но однажды она спускалась с палубы в каюту, он оказался впереди и протянул ей руку, чтобы поддержать. Иден не воспользовалась предложением.

– Вы же не можете избегать меня все время, – казалось, он ничуть не обиделся. Протянутая было рука спокойно пригладила каштановые волосы.

Иден взглянула на него с верхней ступеньки. Кажется, он нисколько не смущен. Если она начнет спускаться, то, наверное, ошпарит ноги – так впереди горячо.

– Только еще одну неделю или около того, сэр. А потом мы сойдем с корабля и больше никогда не увидимся, – она вздернула подбородок.

– Не думайте об этом. Не стоит быть такими официальными. Меня зовут Рэмсей, или Рэм, если вам так больше нравится.

– Прозвище? – холодно спросила она, готовая к атаке.

– Можно сказать и так, – он растерянно улыбнулся.

– И вам это прозвище дали ваши многочисленные овцы?

Она коварно улыбалась, пока шла к каюте. Маленькая месть за его наглое, неблагодарное отношение. Иден села на сундук, обняв себя за плечи.

– В чем дело? – дверь распахнулась, чтобы впустить Джеймса, лицо которого покраснело от гнева. Он расставил ноги и подбоченился, словно готовый к схватке.

– Ты о чем? – удивилась Иден.

– О том, что рассказал мне Рэмсей. О чем ты с ним говорила?

– Ни о чем особенном. Он предложил обращаться к нему по имени, а я отказалась, – Иден густо покраснела.

– И все? Нет, дело в чем-то другом. Дене, я видел его лицо. Не стоит быть такой бессердечной по отношению к другим.

У Иден открылся рот.

– Твой сиятельный друг не является моим другом. Я считаю его грубым, высокомерным, просто ужасным. И не собираюсь включать его в круг своих друзей и выходить за рамки светского общения.

– Боже, какая ты отвратительная снобка! – он всплеснул руками. – Я знал, что ты слишком совершенная, чтобы быть непосредственной. Обычная английская леди-сноб. Он – шотландец, варвар, деревенщина, мужлан. Дело в этом? – не дожидаясь ответа, Джеймс продолжил: – Никогда не думал, что моя сестра дойдет до такой степени идиотизма, – он погрозил ей пальцем. – Я искренне разочарован в тебе.