Джулия Хилпатрик - Последняя любовь Скарлетт

Когда гости наконец-то собрались, музыканты ударили в смычки старинный танец «Индюк в соломе». Это был веселый старинный мотив джиги, под который в торжественные случаи жизни танцевали миллионы американских пионеров.

При мысли об этих далеких, давно уже умерших предках сердца гостей учащенно бились, в воображении возникала вся ушедшая уже жизнь, такая далекая и потому – непонятная, великие дела, унаследованные традиции… Дикие мустанги, деревянные форты, огороженные от враждебных прерий бревенчатыми частоколами, набеги индейских племен, добродушные, но в то же время бесстрашные ковбои, Буффало Билл… Короче – весь классический майнридовский и фениморкуперовский набор.

Старый скрипач с самой большой лысиной и с полным комплектом зубов то и дело выкрикивал фигуры:

– Марш!..

И танцующие после этой команды послушно шли друг за другом гуськом.

– Пара за другой!..

Пары тут же перестроились и пошли вокруг зала, веселые, радостные и гордые сознанием того, что они являются носителем самого главного – традиций доброй старой Америки…

Вскоре музыканты переменили тему – на этот раз гости уже танцевали лансье, на мотив «Старикашки Зипа». Два скрипача пиликали изо всех сил, контрабасист уже вспотел, дергая струны…

Точно так, наверное, в свое время они играли лет пятьдесят назад, когда День Благодарения или постройка новой деревенской хижины служили подходящим поводом для празднества…

И вот, наконец, настала торжественная минута, которой мистер Коллинз и его жена дожидались целый вечер, – самое главное из обещанных удовольствий. Четыре пары должны были танцевать кадриль; четыре пожилые, почетные и достойные пары покажут всем, и прежде всего этим молодым племянникам Джонатана, что такое настоящий старинный танец. Дамой самого хозяина, разумеется, была его жена, достопочтенная Элизабет.

Джонатан, подойдя к скромно стоявшим в углу Ретту и Скарлетт, предложил:

– Составите еще одну пару?..

Ретт с улыбкой обернулся к Скарлетт – а что, мол, скажет она?..

Скарлетт лишь очаровательно улыбнулась.

– О да, конечно…

Музыканты дружно заиграли кадриль на несколько искаженный мотив знаменитой старинной песни Стивена К. Фостера «Вниз по Соуоми-Ривер» – как всегда, без предупреждения.

Главный скрипач, разошедшись вовсю, то и дело командовал:

– Кавалеры, благодарите дам!..

После этого кавалеры галантно и учтиво кланялись своим дамам…

Потом следовала другая команда:

– Дамы слева!..

Кавалеры изящно и целомудренно кланялись дамам с левого ряда.

– Дамы справа!..

Теперь кавалеры точно также кланялись дамам с правого ряда.

– Веревочку!..

После такой команды кавалер подавал левую руку даме слева и кружил ее, а потом, взяв правую руку своей дамы, неспешно, с достоинством двигал ее по кругу, – правая рука, левая рука.

Миссис Коллинз уже не помнила всех фигур этих старинных танцев, не все помнил и Джонатан, и они, смеясь, весело поправляли друг друга…

Скарлетт и Ретт танцевали рядом с этой супружеской парой – Скарлетт, раскрасневшись, кружилась легко и беспечно, как семнадцатилетняя девочка.

– Променад!.. – крикнул скрипач-распорядитель. – Кавалеры! Кружите своих дам!..

Лицо Ретта тоже раскраснелось от счастья и гордости. Его Скарлетт счастливо улыбалась ему, бриллиантовое сияние на ее шее слепило глаза, и он дорого бы отдал за то, чтобы продлить это волшебное мгновение…

«Боже, как хорошо, что Скарлетт такая же… такая же красивая, – думал Ретт, кружа ее в танце, – как хорошо, что она почти не изменилась… Почти…»

Скрипач распорядился:

– Меняйтесь местами!..

Две пары – Скарлетт с Реттом и мистер Коллинз с Элизабет, двинулись друг к другу; затем кавалеры и дамы, скрестив руки, пошли обратно, обходя встречную пару справа, а затем кавалеры, держа своих дам за руки, покружили их и поставили на место.

– Шассе краузе!.. – громко, на весь зал воскликнул распорядитель; он произнес это слово как «шаше». А затем: – В круг!..

Танцующие двигались все с той же легкой грацией; во всяком случае, Скарлетт и Ретт знали наизусть каждое движение еще со времен Тары…

Скрипач разошелся вовсю:

– «Сильнее, ковбои, по залу кружитесь, крепче, ковбои, за тальи держитесь!..»

Это была старая танцевальная поговорка, которую ни Ретт, ни Скарлетт, ни мистер Коллинз с женой не слышали вот уже, наверное, лет тридцать… И опять новая команда:

– Кавалеры вокруг дам!..

Ретт, обходя Скарлетт, заметил, что та очаровательно улыбается ему…

«Да ведь она совсем не изменилась, – подумал он, с удовольствием поглядывая на свою жену, – нет, она все та же прекрасная южная красавица, какой я помнил ее прежде!.. Почти не изменилась…»

Последняя команда:

– Все вперед и назад!..

Танцующие засеменили, делая легкие шажки… Кадриль окончилась также внезапно, как и началась…

Мистер Коллинз со своей женой, подойдя к Батлерам, сдержанно поблагодарили их.

– Никогда не знал, что вы, мои соседи, так прекрасно танцуете…

Скарлетт хотела было сказать: «Разве это настоящее, беспечное веселье?.. Вот в свое время, когда я была молода и красива, мы в Таре…», но поняв, что такая реплика прозвучит как минимум неучтиво по отношению к хозяевам, только вежливо улыбнулась.

– Спасибо…

ГЛАВА 3

Спустя полчаса гости уже начали расходиться – перед этим они подходили к чете Коллинзов и благодарили их за прекрасно проведенный вечер.

Пришла очередь уходить и Батлерам.

– Сэр, – произнес Ретт, улыбаясь Джонатану и Элизабет, – если я скажу, что получил огромное, ни с чем не сравнимое удовольствие, то просто солгу… Честно говоря, у меня просто нет слов…

Скарлетт тоже нашлась с комплиментом, приличенствующим в подобных случаях:

– Не могу выразить, какое вы мне доставили удовольствие…

Мистер и миссис Коллинз, раскрасневшиеся от танцев и многочисленных похвал, были на седьмом небе от счастья.

Хозяин вечера, не скрывая счастливого блеска глаз, произнес:

– Что вы… Мы рады, что еще можем позволить себе вот так вот запросто пригласить хороших людей под свою крышу… – Вспомнив недавнюю размолвку Скарлетт с отставным генералом, мистер Коллинз добавил: – мне очень печально, что мой старый боевой товарищ, мистер Сойер позволил себе спорить с дамой… Ничего, он, в сущности, неплохой человек… Просто не всегда может контролировать себя… Простите его великодушно…

Скарлетт ответила:

– Нет, что вы, что вы… В случившемся есть и доля моей вины – просто мне не стоило с ним вступать в споры… В следующий раз буду умнее.

Когда мистер Коллинз уже проводил гостей до двери, он совершенно неожиданно сказал: