Розанна Битнер - Нежное предательство

Тусси внимательно смотрела на Ли, заметив, как сильно он похудел с тех пор, как она видела его последний раз. В его прекрасных голубых глазах таилось безмерное страдание.

– Вам тоже пришлось многое пережить, не так ли, мистер Джеффриз? Южане и негры, мы все считаем, что пострадали только мы. Но думаю, пострадали обе стороны, а особенно те, кто участ­вовал в войне.

Ли осмотрелся.

– Похоже, что война еще не закончена.

– Кое для кого война, должно быть, никогда не закончится. Но приходит время, когда мы должны простить все и забыть обиды, начать все снова, верно?

Их взгляды встретились.

– Все возможно, мистер Джеффриз. Бог помо­жет. Идите сюда, под навес. Мы сядем на это старое бревно и посидим в тени. Я расскажу вам все, что случилось с Одри и со всеми нами. А вы расскажете, почему так долго добирались до нас, ведь после окончания войны прошло два года. – Тусси взглянула на Элиа и предупредила: – Ни­чего пока не говори Одри, пусть она отдыхает спокойно.

– Ничего не скажу, – Элиа повернулся и подошел к крыльцу, подхватил малыша, который неуверенно топал ножками перед дверью. Элиа взял малыша на руки и показал Ли.

– Это маленький Джой.

Мальчик потянулся к гостю. Тусси заметила, с какой готовностью Джой тянется к людям, никого не боится. Ли едва слушал ее. Он взял мальчика на руки, прижал к себе, вспомнив дру­гого Джоя, у которого были такие же яркие черные глаза. Но у того Джоя была белая кожа и рыжие волосы. Когда-то тот Джой назвал Ли своим лучшим другом.

«Все хорошо, Ли», – снова и снова слышались ему слова умирающего Джоя. Юноша простил человека, который его застрелил. Ли снова отча­янно боролся с желанием достать фляжку виски и напиться до беспамятства. Но однажды он уже пережил это безумие, и ничего не изменилось. Был только один путь избавиться от этого ада – убраться отсюда.

Он поцеловал ребенка и вернул его отцу.

– У тебя прекрасный сын, Элиа, – Ли снова обратился к Тусси, вспомнив первый день, когда встретил ее, был поражен красотой девушки и сразу понял, что сестра Одри умна. Как хорошо, что Тусси теперь свободна, замужем и счастли­ва. – Я вижу, что скоро будет второй ребенок.

– Да, через пару месяцев, – она взяла его за руку. – Пойдем, мне нужно многое расска­зать.

Ли прошел под навес за домом. Тусси усадила его на бревно, села рядом. День перевалил на вторую половину. Элиа продолжал возиться с дверью и иногда посматривал в сторону беседую­щих. Он увидел, как мужчина неожиданно обхва­тил голову руками, было похоже, что он о чем-то сокрушается и плачет. Плакал ли он над тем, что случилось с Одри? Сожалел ли о том, что она потеряла прекрасный голос? Обо всем, что Одри пришлось пережить? А может быть, этот человек сам пережил что-то очень страшное, о чем никто не знает? Должно быть, Ли хороший человек. Элиа видел это по его глазам. Он уже давно научился различать белых людей по глазам, по­нимал, когда они выражают чувства искренне. Ли Джеффриз был искренним человеком.

Элиа казалось, что янки и Тусси разговаривают намного дольше, чем требуется, чтобы рассказать все. Что-то обстояло не так. Белый продолжал закрывать лицо руками, а Тусси гладила его по плечу, будто он угнетен неизбывным горем и безмерно страдает. Что с ним случилось? Одри позвала Тусси. Элиа вошел в дом и объяснил, что Тусси отправилась к соседям и скоро должна вернуться.

– Мне показалось, что вы… разговаривали с кем-то? – поинтересовалась Одри. Каждый вдох и выдох давался ей с болью.

– Приходили Джозеф и Вилена, – солгал Элиа. – Не волнуйтесь. Тусси скоро вернется, уже начинает темнеть.

– А что если… они опять явятся… после наступления темноты, – беспокоилась Одри.

Элиа понимал, что она говорит о бандитах. Он снова подумал о Ли. Тусси рассказывала ему, что Ли Джеффриз был полковником, высокопостав­ленным офицером в Союзной армии. И сейчас, когда он находится здесь, возможно, сумеет чем-нибудь помочь переселенцам. Ли должен знать, как нужно сражаться.

– У нас все будет хорошо, мисс Одри. Сердцем чувствую, что Бог услышал наши молитвы.

Одри с недоумением взглянула на него.

– Что ты имеешь в виду?

– Скоро вы узнаете, – Элиа засмеялся и вышел из комнаты, а Одри пыталась собразить, что он имел в виду. Ей хотелось самой пойти и узнать, как идут дела, но каждое движение при­чиняло нестерпимую боль. Она не сможет теперь сопротивляться, если преступники придут снова. Одри хорошо понимала, что с ней случится, если бандиты найдут ее, им будет безразлично, ранена она или нет. Женщина тревожилась не на шутку, но не хотела, чтобы Элиа и Тусси знали о грозя­щей ей опасности.

Одри снова почудилось, что она слышит голоса. Кто-то позвал маленького Джоя и ла­сково сказал, какой он уже большой и умный мальчик. Голос показался ей знакомым, человек говорил совсем не так, как говорит большинство негров, у него нет южного акцента. Где она слышала этот голос? В первое мгновение она подумала о Ли. Но тут же опомнилась, такое невероятно.

– Тусси? – снова окликнула она. – Кто пришел?

Ли был уже в соседней комнате и услышал слова Одри. Было ощущение, что его полоснули ножом по сердцу, когда раздался низкий, хрип­лый голос Одри.

Ли все еще помнил, как она пела в день их знакомства в Мэпл-Шедоуз. Голос Одри был чув­ственным, сильным и нежным, от этого звучания человека бросало в дрожь. Одри никогда не смо­жет петь снова так прекрасно. Жаль, что не Ли убил Марча Фредерика.

– Пришел совершенно замечательный гость, – предупредила Тусси, входя в спальню и склонив­шись над постелью. – У нас все будет хорошо, Одри. Приехал тот, кто обязательно поможет нам.

– Военный? Комендант форта Рили прислал нам помощь?

– Не совсем так, но это военный человек, по крайней мере, до недавнего времени он был офи­цером, – Тусси взглянула на Ли и дала ему знак войти.

Ли казалось, что ноги приросли к полу. Пять лет! Он пересилил себя и шагнул к двери. Тусси отступила в сторону, Ли вошел в комнату и при­близился к постели.

В спальне повисла напряженная тишина. Одри и Ли молча смотрели в глаза друг другу.

– Здравствуй, Одри, – наконец сказал Ли срывающимся голосом.

Глаза женщины заблестели от слез.

– Ли, – только и смогла прошептать она.

Глава 33

Несмотря на смешанные чувства, которые всколыхнулись у нее в душе, Одри не смогла скрыть улыбку радости и облегчения при появлении Ли. Приезд Ли казался ей невероятным чу­дом, настоящим чудом, хотя она еще не могла разобраться, как относится к нему лично. Появ­ление старого друга, человека из кажущегося таким далеким прошлого, любовь к кому была такой прекрасной, обрадовало ее. И все же столь­ко лет она повторяла себе, что ненавидит его и не хочет с ним встречаться.