Персия Вулли - Гвиневера. Дитя северной весны

Я легко надела ожерелье на шею и встала, чтобы посмотреть на себя в зеркало. Может быть, я никогда не обладала бьющей в глаза красотой матери или ее безмятежностью, но ее зеленое шелковое платье, перешитое Бригит и Винни, облегало мою высокую худощавую фигуру, а золотое украшение придавало мне царственный вид.

Стоя рядом со мной, Бригит громко прошептала:

— Она выглядит как настоящая верховная королева, правда?

Матрона удивленно повернулась. Озорство на лице ирландки заставило улыбнуться даже Винни, и после мгновенного, но очень внимательного взгляда, брошенного на меня, моя наставница кивнула.

— Думаю, что когда-нибудь так и будет, — прошептала она в ответ.

Я рассмеялась вместе с ними, вспомнив, как долго пыталась бороться с судьбой. Где-то среди веселья, наполнившего комнату, я услышала голос матери. Наверное, она расскажет Нонни, что я в конце концов оказалась достойной рода Куннеды.

Артур тоже одобрительно кивнул мне, когда мы вместе вышли на улицу перед большим залом, и я ухмыльнулась в ответ. Возможно, когда-нибудь я расскажу ему о том, как собиралась убежать, чтобы не выходить за него замуж, но в этот момент было просто приятно взять его под руку.

Входя в большой зал, я затаила дыхание. Мерлин настоял на том, что приготовит комнату сам, заявив, что будет гораздо больше пользы, если я помогу Кэю, а не стану заниматься расстановкой мебели. Поэтому я, как и другие знатные гости, была поражена, впервые увидев Круглый Стол.

Комната была украшена знаменами, цветами и многочисленными яркими настенными драпировками. В высоких подставках горели огромные сверкающие факелы, и на каждом столе крохотные солнца светильников с аккуратно подрезанными фитилями плавали в хрустальных заводях.

Столы были покрыты белыми полотняными скатертями, скрывающими крепкие козлы. Их поставили в круг, как для любого празднества у нас дома, только в центре не было ямы для очага, и нам не мешали смотреть друг на друга железные подставки для дров и подвешенные котлы. Пол был устлан свежими камышами, и полевые цветы лежали перед всеми гостями.

Каждый знатный человек имел свой стул, на спинке которого висела вышивка с указанием имени и титула, а его свита толпилась позади. Большинство гостей уже были на местах, и я заметила, что наших рыцарей рассадили между мелкими королями и знатью из других королевств.

Мерлин замечательно все оформил, превзойдя мои ожидания, и я мысленно поздравила его с успехом.

Трубач поднял трубу, и по кивку Артура прозвучал сигнал, заставивший наших подданных встать. Мы пересекли зал вместе, рука об руку. Артур шагал ровно, без намека на хромоту или неловкость, и никак нельзя было сказать, что король так серьезно ранен. Я украдкой бросила на него взгляд, отметив, что выглядел он замечательно: гордый, нетерпеливый и уверенный в себе.

Когда все расселись, в центр круга вышел Мерлин и поднял руки, заняв классическую позу для молитвы. Он обратил ее ко всем богам, и христианским, и языческим, а потом перенес свое внимание на гостей.

Медленно осмотрев собравшихся, он привлек к себе аудиторию с легкостью ткача, сплетающего на своем станке нити в ткань. В комнате наступила абсолютная тишина, и поразительный голос чародея, поначалу тихий, донесся до каждого из присутствующих.

— Рыцари Артура, союзники, правители и герои многих королевств, вы приехали сюда на самое лучшее мирное собрание из всех, которые когда-либо знала Британия. Король и герцог, граф и воин, вольный человек и знатный гость, жрец и епископ… вы — цвет этой страны, собравшийся здесь, чтобы оказать честь верховному королю и его королеве. Таким образом, от имени Артура и Гвиневеры я приветствую вас, лорды и леди королевства. — Мерлин сделал паузу. — Примите к сведению, что вы прибыли сюда со всего Альбиона, по особому приглашению нашего верховного короля, — продолжил он, ненавязчиво подчеркивая важность момента, будто наматывая нить на прялку. — Кумбрийцы и корнуэльцы, бретонцы и пикты, скотты, ирландцы и римляне — все вы свободные люди, могущественные в своих суверенных государствах, и тем не менее пожелавшие отложить в сторону личные разногласия ради возможности принять участие в этом торжестве. И разве боги не смотрят с улыбкой на прекрасную чету, которая собрала нас вместе?

Чародей помолчал. Этот момент очень понравился бы моему отцу, и я пожалела, что его здесь нет.

Мерлин заговорил снова, и глубокий голос пророка наполнил зал.

— Да будет известно всем собравшимся здесь, что вы участвуете в создании нового образа жизни. Варвары несут смерть и разрушение как городам, так и виллам Британии. Правители трепещут от страха перед мародерами, и святых людей любой веры убивают среди волнений и беспорядков. Однако на небесах записано, что Британии суждено подняться на свою защиту. Могущественный король проведет своих рыцарей через всю страну, отражая вторжение, которое распространилось на наш восточный берег. Он и его последователи будут держать факел цивилизации зажженным, пока остальная часть империи погружается во мрак. Смотрите, заветы древних становятся явью, потому что Артур Пендрагон — именно такой король, и сегодняшнее собрание рыцарей Британии — лишь первый шаг к ее великому предназначению. Отныне союзники Артура, собранные под знаменем красного дракона, будут угодны богам. Поэтому, — серьезно произнес он, — я предлагаю тост.

Наступила пауза, и кто-то, наполнив кубок, протянул его Мерлину. Люди слегка зашевелились, благоговея перед тем, что чародей решил оказать им такую честь. Артур подался вперед, сидя на кончике своего стула и так сильно сжав кулаки, что побелели костяшки пальцев. Я оглядела зал — все вожди были увлечены происходящим не меньше Артура. Потрясенные проницательностью Мерлина, люди начали оценивать себя совсем по-новому, и пожар восторга охватил их души.

— За рыцарей Круглого Стола, — нараспев проговорил Мерлин, поднимая кубок. — За нерушимый союз вождей и в войне, и в мире. В эту минуту боги выковывают ваше место в истории. В Бретани и Испании, в соседней Шотландии и далеком Константинополе люди услышат о дворе Артура и засвидетельствуют свое уважение Делу Британии. Поэтому я, Мерлин, маг, приветствую вас, первых из этого великого товарищества. Члены Круглого Стола, вы станете частицей славы, воспетой в веках. Пусть воссияет ваше мужество, пусть будет защищено ваше доброе имя, пусть вашу верность вознаградит вечная слава.

Он плеснул вина старым богам и выпил свой кубок одним глотком, как воин в расцвете сил.

Гости заревели, опьяненные возбуждением и гордые оказанной им честью.