Вирджиния Хенли - Желанная

— Боже, этот человек безумец! Как мог Эдуард выдать тебя за такое чудовище?

Брайенна неожиданно вспомнила о преданности Хоксблада и только сейчас по-настоящему оценила ее

— Эдуард не знал о том, что случилось, а я не хотела, чтобы он узнал! О Господи, как я желаю смерти Холланда! Почему он не заболеет проклятой чумой и не сдохнет?!

Брайенна обняла Джоан за плечи.

— Жизнь не всегда справедлива. Отец говорил, что, если бы желания были лошадьми, нищие бы ездили верхом, а молитвы, боюсь, это те же желания. Божественное вмешательство мы видим редко, а в этом мире существуют лишь добро и зло. Если мы объединимся и выступим против зла, которое несет Холланд, то обязательно победим, вот увидишь! Если же будем трусить и прятаться, погибнем!

— Брайенна, я люблю тебя! Смогу ли я когда-нибудь отблагодарить тебя за дружбу и верность?

— Ты принесла в мою жизнь смех и радость, Джоан, то, чего бы я никогда не узнала без тебя. Твоя дружба для меня не менее драгоценна.

— Мы можем говорить друг другу все, даже самое ужасное, ведь ничто и никогда не разрушит нашу дружбу.

— Это такое счастье, — вздохнула Брайенна, вытирая со щек Джоан последние слезинки.

Королева Филиппа больше не могла выносить неизвестность. Вместе со своей камеристкой Мэри они направились к большому розовому зданию, где разместился двор принцессы Джоанны. У двери стоял стражник с приказом никого не пропускать, но, увидев королеву, отступил, не смея ей перечить.

В доме все, казалось, было в полном порядке.

Около полдюжины служанок суетились, принося в комнату больной кипящую воду, тряпки и чистое белье. Остальные сидели в своих помещениях за запертыми дверьми. Глинис вышла из кухни с только что приготовленной припаркой и, заметив королеву, едва не запаниковала:

— Ваше Величество, я умоляю вас удалиться!

— Глинис, я рискну, как рискуешь ты. Я должна видеть свою маленькую Джоанну!

Глинис не хотела, чтобы Филиппа увидела, в каком ужасном состоянии находится ее дочь. Джоанну с утра рвало зловонной желчью, она металась в жару и бредила, а под мышкой выросла уродливая черная опухоль. Глинис собиралась положить туда припарку, которая поможет вытянуть яд из тела девушки и прорвать нарыв.

— Ваше Величество, прикоснувшись к ней, вы можете передать болезнь королю, или Изабел, или остальным детям, может, даже всем сразу. Джоанна умоляла не пускать вас. Она знает, что вы ее любите, и просит пойти в церковь помолиться за нее, — отчаянно лгала Глинис. Филиппа с радостью ухватилась за последнее предложение.

— Я немедленно так и сделаю. Пожалуйста, передай, что отец и я очень ее любим.

После ее ухода Глинис велела дозорному:

— Закрой дверь на засов. Никому не позволяй ни входить, ни выходить.

Король получил еще более ужасные известия. Прибыл раненый гонец с отчаянным посланием от Ланкастера. Армия потерпела поражение в яростной схватке с французами и отступила в направлении Шербура. Французское войско превзошло их численностью, и теперь Ланкастер не сможет соединиться с принцем Эдуардом. Король вызвал слугу, но явился не кто иной, как сам камергер.

— Сэр Джон! Я думал, вы отправились с принцем Эдуардом на рассвете.

— Э… нет… Ваше Величество! Я посчитал, что королеве понадобятся мои услуги, особенно теперь, когда принцесса заболела.

— Спасибо, Холланд. Должно быть, само провидение побудило вас остаться. Нужно отвезти послание моему сыну или Уоррику. Армия Ланкастера не может пробиться. Принц отправляется на верную гибель. Передайте им приказ немедленно возвращаться в Бордо.

Холланд мысленно выругался, но низко поклонился королю, который сказал:

— Пойдемте со мной, подождете, пока я напишу послание.

Холланд решил, что лучше всего сделать вид, будто он без промедления отправляется выполнять приказ короля. Но на самом деле он в душе ликовал — принца Эдуарда ждет поражение! Какая удача, что король велел именно ему отвезти депешу!

Должно быть, сама судьба распорядилась именно так и выбрала его своим орудием! Теперь он сможет по-настоящему попрощаться с соблазнительной молодой женой… в постели, конечно, а потом отправиться на приятную прогулку вдоль берега Гаронны.

Но, войдя в покои жены, Холланд первым делом увидел Брайенну. Эта стерва посмела встать между ним и его законной женой!

— Какого черта ты тут делаешь, сука?

— Собираюсь указать тебе твое истинное место, грязный негодяй!

— Если ты считаешь себя чертовым ангелом-хранителем, то глубоко заблуждаешься! Ты всего-навсего жалкая шлюха, а может, и того хуже! Спала с двумя братьями, а потом хитростью заставила одного прикончить другого!

— Ложь! — вскрикнула Брайенна, бросаясь на него и горя желанием изодрать ногтями мерзкую физиономию.

Но Холланд ударил ее по лицу с такой силой, что едва не сломал шею. Брайенна, потеряв сознание, упала. Холланд поднял ее, отнес бесчувственное тело в соседнюю комнату и закрыл дверь.

Джоан стояла, словно приросшая к месту, бледная как смерть, с широко раскрытыми глазами, дрожа, будто лань, пойманная волком.

Холланд был вне себя от бешенства. Как посмела она рассказать подруге обо всем, что произошло! Значит, они решили бросить ему вызов!

Джоан в ужасе вскрикнула, когда он, схватившись толстыми пальцами за вырез туники, одним взмахом разорвал ее до подола. Тонкая ткань повисла лохмотьями вокруг изящных бедер и груди. Джоан отпрянула, пытаясь прикрыть наготу руками, но Холланд безжалостно вцепился в серебряные волосы и потащил ее за собой. Вторая рука властно погладила впалый живот

— Я хочу, чтобы он набух моим сыном! Благодаря мне, сын будет следующим графом Кентом!

Именно в это мгновение Джоан поняла, что Холланд каким-то образом убил ее брата. Она растерянно огляделась, пытаясь найти хоть какое-то оружие, чтобы улучить момент и ударить Холланда. Брайенна теперь не сможет ей помочь, придется защищаться самой.

Взгляд Джоан упал на клинок Брайенны, выпавший из ножен на постель, когда Холланд ударил подругу. Сейчас он потащит Джоан в эту постель и скинет трико, чтобы снова ее изнасиловать. Но нет. В эту минуту она поняла, что должна сделать!

Сознание медленно возвращалось к Брайенне. Она недоуменно поднесла руку к подбородку: мучительно болела челюсть. Брайенна чувствовала себя так, словно ее ударили тараном.

Она застонала, и Зубастик осторожно тронул ее лапой, как будто понял, что ей больно, и хотел помочь ей подняться с пола.

Брайенна осмотрелась, постепенно вспоминая, где находится. Иисусе, сколько же времени она провела в обмороке? Джоан сейчас в лапах Холланда, и насилие — самое меньшее зло, какое он может ей причинить!