Элейн Барбьери - Дерзкое обольщение

– Прошу тебя, Девон. – Не в силах вынести воспоминаний, нахлынувших на нее при этих словах, Моргана отвернулась. – Все кончено. Что сделано, то сделано.

– Моргана, пожалуйста, выслушай меня. – В его голосе зазвучали какие-то странные непривычные интонации. Взглянув на Девона, она увидела в его глазах отчаяние. – Ты теперь моя жена, Моргана, и я хочу, чтобы между нами хотя бы не было тайн.

Девушка внутренне содрогнулась от дурного предчувствия, но продолжала смотреть на него.

– Когда я оправился от ран и обрел возможность мыслить связно, я был уже дома в Техасе. Раулю с Джоном каким-то образом удалось перевезти меня, хотя я совершенно ничего не помню. Единственное, что осталось в моей памяти, это как ты стояла возле моей постели, а Санта-Анна обнимал тебя за талию. Он целовал тебя и радовался, что ты наконец вернулась. Я отчетливо помню, что ты так и не подошла ко мне, так и не дотронулась до меня, хотя я так просил…

– Девон, пожалуйста, не продолжай. Какой во всем этом смысл…

– Дай мне закончить, Моргана, – взмолился Девон, внезапно потемнев лицом. – Я помню, как ты приоткрыла губы, чтобы он мог как следует поцеловать тебя. В тот момент я ощутил физическую боль. Я ненавидел тебя. Я думал, что ты решила во что бы то ни стало вернуться к Санта-Анне и уговорила Джона помочь тебе бежать. Мне казалось, что все ночи любви, которые мы провели вместе, ничего… ничего для тебя не значили…

– Они ничего не значили для тебя, Девон. Ты ясно дал мне это понять.

При этих словах Девон нахмурился и помолчал немного, прежде чем продолжить:

– Джон и Рауль пытались поговорить со мной, но все без толку. А потом я получил письмо от Эгги, в котором сообщалось, что ты ждешь от меня ребенка. Но ты любила Санта-Анну. Я не сомневался, что ты снова стала его любовницей, но Эгги утверждала, что ребенок действительно мой. Я не хотел ехать в Мехико, Моргана, я пытался найти в себе силы отпустить тебя. Я и так причинил тебе достаточно страданий, и мне ненавистна была сама мысль о том, что своим вмешательством я могу омрачить ваше с Антонио счастье, но письмо Эгги мучило меня. Я мог думать лишь о том, что ты беременна от меня, а значит, у меня есть право вернуться, снова увидеть тебя, забрать тебя с собой… хоть ты и не любишь меня.

Блаженство медленными волнами накатывало на девушку, пока Девон продолжал говорить:

– На следующее утро я уже был в дороге. В голове у меня не было никакого плана, Моргана. Я просто знал, что готов пойти на что угодно, лишь бы ты была рядом со мной. Оказавшись в Мехико, я сразу же отправился в церковь и сделал необходимые для свадьбы приготовления, хотя до самого конца не был уверен, что мне удастся вырвать тебя из объятий Санта-Анны. Он ведь ненавидит меня и ревнует к тебе, так что я вполне мог оказаться в тюрьме. А потом я увидел тебя на балу, возвращающейся из сада вместе с ним. У тебя губы распухли от поцелуев. – Девон больно сжал ее плечи, но Моргана даже не дрогнула. – В тот момент я потерял над собой контроль, Моргана, и выпалил правду… о том, что ты ждешь от меня ребенка и что я планирую жениться на тебе и забрать в Техас. Я очень обрадовался, когда он стал кричать на тебя, поняв, что между вами все кончено. Но радость моя длилась только до тех пор, пока я не увидел выражения твоего лица. Ты любила его, а я снова отобрал у тебя любимого, и я ненавижу себя за это.

– Девон, ноя не…

Прижав пальцы к губам девушки, Девон не дал ей продолжать.

– Позволь мне договорить, Моргана. Я еще не все сказал, что хотел.

Молча кивнув, потому что слезы мешали ей говорить, Моргана слушала, как он с мукой в голосе рассказывал дальше:

– Когда ты сегодня утром шла к алтарю, Моргана… ты была такая красивая… самая красивая женщина из всех, что я видел, и я понял, что только и мечтал о том, чтобы ты навсегда стала моей. Я хотел броситься к твоим ногам, умолять тебя принять мою любовь, но когда мы вышли из церкви… там опять был Санта-Анна. Он снова захотел тебя, Моргана. Несмотря на то что он сказал, его желание не ослабело. И я почувствовал, что, если ты подойдешь к нему, он тебя увезет. И в тот момент я решил, что расскажу тебе всю правду. Ты носишь моего ребенка, Моргана, и я жду не дождусь, чтобы он родился. Ты моя жена, пока смерть не разлучит нас. Санта-Анна никогда не будет твоим. Он женат, и с ним ты никогда не смогла бы жить полной жизнью. Вы не созданы друг для друга, милая. Если бы вам было суждено быть вместе, вы встретились бы раньше, когда в его жизни не было еще доньи Инессы. Ты создана для меня… только для меня. Волею судьбы мы оказались на борту одного корабля, плывшего в Мексику: ты собиралась начать здесь новую жизнь, а я – выполнить политическую миссию и вернуться домой. Судьба распорядилась так, что я влюбился в тебя настолько сильно, что не мог уехать из Мехико без ощущения того, что оставил позади часть самого себя. Поначалу я ненавидел тебя, Моргана, ненавидел за то, что по твоей вине я чувствовал себя недочеловеком, а ты во всем предпочитала мне Санта-Анну. – Суровые черты Девона смягчились, и его синие глаза потеплели. Проведя ладонью по щеке девушки, он почти прошептал: – Но теперь я готов признать свою ошибку, милая. Я готов признать, что люблю тебя, даже если никогда не услышу от тебя ответных слов.

– Но, Девон, я…

– И я хочу пообещать тебе, милая, что стану хорошим мужем. Я отвезу тебя домой, и мы будем вместе воспитывать нашего ребенка, и я сделаю все, чтобы загладить свою вину перед тобой… за то, что причинил тебе страдания, лишив тебя возможности видеться с любимым.

Сглотнув комок в горле, он проговорил хрипло:

– Я люблю тебя, Моргана, люблю так сильно, что ощущаю почти физическую невыносимую боль. И я обещаю сделать тебя счастливой, милая. Я сдержу слово.

Дрожащими руками Девон обнял жену за плечи и пристально вгляделся в ее лицо в поисках ответа. Моргана не в силах была вымолвить ни слова от переполнявшего ее счастья.

– Моргана, милая, скажи что-нибудь. Скажи, что не ненавидишь меня.

– Девон, я тебя не ненавижу. Я люблю тебя, Девон, я люблю тебя, и это все, что я хотел а услышать от тебя… только эти же слова.

Изумленно поглядев на девушку, Девон осторожно поинтересовался:

– А как же Санта-Анна? Ты разве не его любишь?

– Я никогда не любила его, Девон! Ты сам это придумал! Я долгое время восхищалась им, но после Сакатекаса… я увидела его истинное лицо. Он именно такой, как ты говорил: эгоистичный, амбициозный, жадный…

– А я… какой я, Моргана? – Продолжая недоверчиво смотреть на девушку, Девон медленно приблизился к ее лицу. – Какой я?

– Ты мужчина, которого я люблю, Девон. Единственный мужчина, которого я когда-либо любила.