Мария Грин - Охота на лис

Он стоял совсем рядом, Жюстина чувствовала его дыхание, видела сетку мелких морщинок вокруг глаз…

– Да… Я вижу это и отдаю должное Вашей решимости пойти на прямой разговор, – ответил лорд. – Только сейчас я преследовал Вас с одной-единственной целью – поинтересоваться самочувствием Вашей сестры. Как поживает Нора?

Такой неожиданный поворот разговора и близость Дамиана, которую она ощущала всем своим существом, привели ее в смятение. «Может, он и в самом деле хотел поинтересоваться здоровьем Норы, а я набросилась на него ни с того, ни с сего… Они с Норой – друзья, и он вправе спросить о ее здоровье…»

– Нора чувствует себя так, как все женщины в ее положении, – после небольшой паузы ответила Жюстина.

Меньше всего ей хотелось сейчас обсуждать подробности протекания беременности у Норы, но Дамиан не заметил ее замешательства или не придал ему значения и продолжал:

– Недавно Нора жаловалась мне на бессонницу. Сон не наладился? Беременность, должно быть, повлияла на ее нервную систему, и это может сказаться на ребенке…

Жюстина лихорадочно копалась в памяти, пытаясь отыскать какую-нибудь ничего не значащую фразу, которая положит конец этому разговору. Дамиан пристально посмотрел на девушку, и она опустила глаза.

– Вы будете хорошей матерью, мисс Брайерли! – ни с того, ни с сего произнес он.

Голос его стал тише и мягче, интонация – доверительней, а ласковый взгляд подбодрял ее. Жюстина поняла, что ее смятение не осталось незамеченным.

– Вы меня недостаточно хорошо знаете, чтобы делать такие заключения, – сказала она.

– Конечно, иголок у Вас побольше, чем у дикобраза, но одно другому не мешает.

Дорога поднималась в гору. Жюстина почувствовала усталость, говорить не хотелось. Она подвела лошадь к большому валуну на краю дороги и, воспользовавшись им, села снова в седло. Поняв, что разговор окончен, Дамиан учтиво откланялся:

– Передайте большой привет Норе, Эдди и моему тезке – червяку Дамиану. До скорой встречи, мисс.

По пути домой Жюстина размышляла о встрече с лордом, но прежнего раздражения эти мысли не вызывали. «Чего же в нем больше, хорошего или дурного?» У нее есть прекрасная возможность, находясь здесь, узнать его получше. Но тут же воспоминания о лондонских приключениях перечеркнули ее желание. Пустив лошадь вскачь, она помчалась прочь от Левингтона, от того места, где он привел ее в смятение, от его пассии, от своих мыслей о нем…

ГЛАВА 4

Прошел еще один день, но Жюстина никак не могла отогнать от себя мысли о лорде Левингтоне. Взгляд его бездонных голубых глаз и обворожительная улыбка преследовали ее повсюду. «Да пропади он пропадом вместе со всеми ему подобными! Будь моя воля, я бы сослала их всех на необитаемый остров! Пусть там попробуют кого-либо соблазнить…» – Девушка стояла у окна, всматриваясь в видневшийся вдали Ардмор Крест. Отсюда, с третьего этажа дома Алленсонов, владения Левингтонов были видны, как на ладони. Там, в большом старинном доме на холме, жил человек, так безраздельно завладевший ее душой, там витали его чувства, звучала его речь, там он смеялся и грустил, не догадываясь, вероятно, какую глубокую рану оставил в ее сердце. Вековые дубы и вязы, как древние стражи, охраняли покой и тишину Ардмор Крест и его обитателей. Порядок, царящий вокруг поместья, ухоженный тенистый сад – все свидетельствовало о заботливом отношении хозяина к своим владениям. Жюстина поймала себя на мысли, что неплохо было бы раздобыть подзорную трубу и получше разглядеть жизнь обитателей этого укромного уголка, вернее, одного из них. И тотчас готова была возненавидеть себя за свою слабость, за это постоянное, бессознательное влечение к Дамиану.

– Я получила весточку от Клары Траубридж, тетушки Дамиана, – объявила утром за завтраком Нора. – Она сетует на свою глухоту, жалуется на скуку, говорит, что не в силах больше переносить свое «заточение». Мне так хотелось бы утешить ее! Она часто собирала у себя женскую компанию из здешнего общества и скрашивала таким образом свое одиночество. Я была у нее первым гостем! Клара пишет, что понимает мое положение и что я не смогу приехать к ней на этот раз, но очень просит, чтобы я уговорила тебя посетить Ардмор Крест сегодня вечером. У нее будет скромный званый ужин, собираются женщины, и из наших соседей – Импери Данмор, родственница Левингтонов, и ее подруга Моника де Вобан. Они заедут за тобой.

– Ни в коем случае! – воскликнула Жюстина, нервно теребя свое платье. – Ведь это твоя компания, твои друзья, я никого там не знаю. Да и не хочу оставлять тебя одну – вдруг понадобится моя помощь? Думаю, тетушка поймет нас правильно и не обидится на отказ. А после родов, когда оправишься, ты сама нанесешь ей визит, как раньше.

– Если ты боишься, что там будет Дамиан, то напрасно. У тетушки Клары в доме свои апартаменты, и она никогда не приглашает на вечеринки мужчин. К тому же она не выносит разгульных друзей своих племянников, да и их самих не жалует. Она по сей день не изменила своего отношения к Дамиану, должно быть, не может забыть, сколько разочарований он ей принес в жизни! Она, по-моему, не замечает в нем перемен, а все потому, что они практически не общаются друг с другом. Зато теперь Роджер будоражит всех за двоих!

Сообщение сестры взволновало Жюстину, но перспектива встречи с лордом совсем не радовала ее. «Однако что же делать с саквояжем? – в сотый раз подумала она. – А что если принять приглашение, отвезти его в Ардмор Крест и незаметно оставить где-нибудь в доме?»

– Ты не слушаешь меня, сестра, – обиделась Нора.

– Извини, я стала такой рассеянной… Нора терпеливо продолжала:

– Я говорила о том, что буду тебе признательна, если ты навестишь тетушку Клару вместо меня. Это добрая, славная и очень одинокая женщина. Ее племянники заняты собой и почти не уделяют ей внимания.

– По всей вероятности, и она сторонится их. Ее за это нельзя винить.

Приближающиеся роды не прибавили Норе жизнерадостности: как никогда раньше, раздражительность ее проявлялась по любому пустяку, что могло плохо сказаться на здоровье будущего ребенка, а потому Жюстина дала себе слово не тревожить сестру ни по какому поводу. «Ради ее спокойствия надо принять приглашение Клары Траубридж, да и впредь постараться не перечить сестре. Скоро Нора разрешится, а я после этого не задержусь в Олдхэвене надолго, постараюсь поскорее уехать в Бат и забыть обо всех неприятностях», – размышляла Жюстина.

– Если хочешь, надень мое любимое платье из зеленого шелка и норвичскую шаль. К ним очень подойдут мои серьги с изумрудом.

Лицо мисс Брайерли озарилось улыбкой. Она давно мечтала об украшениях из изумруда, и ради того, чтобы блеснуть в них в обществе, стоило принять приглашение старой леди. Да и тайное любопытство, хотя бы одним глазком взглянуть на «гнездышко» своего обидчика, окончательно сломило ее упрямство.