Сьюзен Виггз - Круги на воде

– Это опасное животное. Его нужно придушить, – проворчал всадник.

– Это животное вполне способно защитить себя, Элджернон.

– Боже праведный, – молодой человек посмотрел мимо Стивена на Юлиану. Он рассматривал ее одежду, спутанные волосы. И девушка рассматривала молодого человека. На нем был прекрасного покроя камзол и плащ для верховой езды, тонкие руки, затянутые в перчатки, держали поводья. Пышные золотые кудри обрамляли удлиненное миловидное лицо под бархатной шляпой.

– Кого, черт возьми, ты привез сюда, Уимберлей?

– Свою большую ошибку, – ответил Стивен де Лассе. – И боюсь, я обречен. Мне не удастся ее исправить.

Обречен? Как будто речь шла о мерине с дефектом, которого ему всучили на лошадиной ярмарке. Юлиана и раньше была не очень высокого мнения о лорде Уимберлее, а теперь и подавно.

– Боже, я совсем забыл о правилах приличия, – продолжал он саркастическим тоном. – Элджернон, эта леди называет себя Юлианой Романовой. Юлиана, это Элджернон Бассет, граф Хэвлок.

Изысканный молодой человек ослепительно улыбнулся девушке. Он снял шляпу с длинными перьями и прижал ее к груди.

– Я очарован, леди Ошибка, – сказал он, весело рассмеявшись.

Юлиане понравился молодой граф. Хэвлок был человеком с юмором, прекрасно воспитан и с хорошими манерами. Он мог бы прекрасно вписаться в круг знатных друзей ее отца. Хэвлок совсем не похож на Стивена де Лассе – воспитанный человек не стал бы так открыто выражать свое сожаление, что женился на ней.

Она благосклонно улыбнулась графу.

– Enchantee,[10] граф.

Светлые брови Элджернона поползли вверх. Юлиана не поняла, что больше удивило его – ее акцент, голос... или улыбка.

– И что привело вас в наши места?

Юлиана хитро улыбнулась молодому человеку, этой улыбке она научилась у младшей сестры Родиона Катрионы.

– Замужество, мой господин.

– О-о, вы хотите выйти замуж за пастуха или за одного из деревенских парней?

Юлиане хотелось подразнить его еще, но Уимберлей нетерпеливо прервал их беседу.

– Она вышла замуж за меня, Элджернон. Но это долго объяснять, поэтому я...

– За тебя? – глаза Элджернона расширились. – За тебя?!

– По приказу короля, – объяснил Стивен, голос его помрачнел, как будто каждое слово давалось ему с трудом. – И, Элджернон, я был бы тебе очень признателен, если бы ты пока никому об этом не рассказывал...

– Не рассказывать? Но ведь у нас скоро бал, Уимберлей, – ответил Хэвлок, широко улыбаясь. – А эта новость слишком необычна, чтобы ее скрывать. Меня не смог бы сдержать даже начальник Тауэрской тюрьмы, нацепив на меня намордник. – Захохотав от истинного удовольствия, он быстро надел шляпу, пришпорил коня и галопом помчался в ту сторону, откуда приехал.

Уимберлей тяжело вздохнул, зажмурил глаза, потер переносицу. Он произнес незнакомое слово, которое, как решила Юлиана, возможно, относилось к какой-то неприличной функции человеческого организма.

Оставшуюся часть пути Юлиана изо всех сил старалась вести себя спокойно и благоразумно: все же она теперь жена знатного вельможи. Возможно, сможет извлечь выгоду из своего нового статуса. Теперь она баронесса, и это, несомненно, поможет ей отыскать и наказать людей, так жестоко расправившихся с ее семьей.

Глубоко внутри ее все еще мучили воспоминания об Алексее Шуйском, за которого она должна была выйти замуж. Чем больше проходило времени, тем прекраснее в ее мечтах становился образ молодого боярина. Какими бы счастливыми они могли быть, живя в одном из великолепных поместий Шуйских, воспитывая детей среди красоты и роскоши.

Юлиана хмуро взглянула на Стивена де Лассе, который выглядел сейчас как простолюдин. Одежда на нем была самой простой, его золотистые волосы давно нуждались в стрижке. Он лишил ее возможности вернуться в Новгород.

Если только... Смутная надежда мелькнула в ее голове. Король английский присвоил себе право разрешать разводы после того, как провозгласил себя главой англиканской церкви. Когда Юлиана с цыганами впервые оказалась в Англии, все об этом только и говорили. Король Генрих развелся с Екатериной Арагонской, своей испанской женой, чтобы обвенчаться с темноглазой придворной дамой. Даже цыгане были поражены смелостью короля.

Но еще больше их поразила судьба Анны Болейн: смерть на плахе.

И когда вдали возникло высокое здание с башнями и воротами, Юлиана вздрогнула. Англичане, таким образом избавляющиеся от жен, действительно, опасны.

Нечеловеческие вопли заставили Стивена подняться на второй этаж. Он быстро прошел по террасе, проходившей по всему фронтону дома.

В чем там дело, черт возьми? Они прибыли всего лишь несколько минут назад. Однако ужас, звучащий в голосе женщины, а это был женский голос, означал, что ее, как минимум, убивают.

Стивен быстро прошел мимо портретов своих предков в золоченых рамах. По давней привычке он отвел глаза от последнего портрета, на котором была изображена Мэг. И хотя Стивен старался не смотреть на портрет, он чувствовал на себе взгляд умершей жены. Словно стрела кольнула его в сердце. Не задерживаясь, он поспешил в спальню своей цыганской невесты.

Несмотря на внешне хрупкое телосложение у девушки были довольно сильные легкие. Ее пронзительные крики, возможно, были слышны в деревне за рекой, протекающей по границе поместья.

Стивен остановился в дверях, наблюдая следующую сцену.

Юлиана стояла напротив шкафа, украшенного вырезанными из дерева фантастическими фигурами. Их таинственные злобные лица с высунутыми языками очень соответствовали перепачканному грязью лицу девушки, они будто признавали ее своей.

Старая Нэнси Харбут решительно наступала на цыганку, прижав ее к шкафу. Сколько он себя помнил, Нэнси была частью дома Лунакре, как и этот шкаф, украшенный фантастическими фигурами.

– Отойди от меня, ты, старая висельница! – кричала Юлиана.

Нэнси заметила Стивена и с отвращением указала на рваные юбки и блузку Юлианы.

– Я знаю, что вас заставили жениться, мой господин, но где вам удалось отыскать такую драную кошку?

– Это длинная история, – Стивен внимательно рассматривал Юлиану, ища следы физического насилия. Старая Нэнси непрочь была воспользоваться прутом или плеткой, когда считала это необходимым. – Что у вас здесь происходит?

Ручка шкафа больно врезалась в спину Юлианы, но она старалась не морщиться. Чего можно было ждать от такого человека, как Стивен де Лассе, который вторгается без приглашения в женскую спальню?

– Она пытается меня посадить в эту... в эту... – изображая ужас, Юлиана махнула в сторону ванны, наполненной горячей водой, – в этот колодец.