Ширл Хенке - Гордость и целомудрие

— Сэр, оно, конечно, нехорошо вмешиваться, когда вам так везет, да только я держу это заведение для честных работяг, и мне не по карману ваши ставки.

В толпе загомонили: одни возмущались, что развлечение прервали на самом интересном месте, другие злорадствовали, что на американского счастливчика наконец-то нашлась управа. Алекс моментально уловил настроение последних, которых было большинство, и равнодушно пожал плечами:

— Уже поздно, и я не меньше вашего крупье устал следить за костями. — С этими словами он сгреб со стола выигрыш, скомкал двадцати— и пятидесятифунтовые банкноты в комок и кое-как распихал их по боковым карманам. При этом он не забыл щедро наградить свою рыжую «компаньонку».

— Красавчик, у меня тут за углом есть отличная комнатка, — с заговорщицким видом прошептала она, ластясь к Алексу, словно кошка.

По мере того как возрастала степень его опьянения, понижалась требовательность Алекса к представительницам противоположного пола. А заодно с ней здравый смысл и рассудительность. Алекс, не раздумывая, принял приглашение, и парочка направилась к выходу. По пути Алекс вручил свою визитку Драмму, который как раз в этот момент доставал из табакерки очередную понюшку. Денди вежливо принял карточку и многозначительно поднял бровь, когда увидел на ней адрес городского особняка Кэрузерзов.

Прохладный ночной воздух обрушился на Алекса, как порыв северо-восточного ветра, раздувавшего паруса отцовских кораблей на просторах океана. Блэкторн глубоко вздохнул и посмотрел на свою спутницу, чья фантастическая шевелюра казалась черной в обманчивом лунном свете.

— Куда идти, моя пташка? «Пташка» кокетливо хихикнула.

— Как раз за этот угол, голубок! — проворковала она, увлекая его в тесный проулок между домами.

Алекс с детства ходил на охоту со своими братьями — мус-коги и давно научился неким шестым чувством улавливать скрытую опасность. Именно такую, что подстерегала его сейчас. И если бы не адская смесь из шампанского и джина, притупившая его чутье, он заподозрил бы неладное задолго до того, как оказался в зловонном проулке.

Их было трое — вышибалы из заведения почтенного мистера Уитона. Алекс кинул взгляд через плечо и увидел зловещую ухмылку Кривого Носа. Крупье похлопывал по мясистой ладони здоровенной дубиной и подбирался все ближе, перекрывая Алексу путь к отступлению. Алекс мысленно проклял свою дурацкую беспечность и набрал полную грудь свежего воздуха, чтобы хоть немного прочистить буйную голову, пока она еще держится у него на плечах. Рука сама собой потянулась к рукояти ножа за голенищем. Холодный блеск острой стали немного остудил пыл Кривого Носа.

— Тихо, приятель, нам ничего не нужно, кроме денег! Выкладывай денежки — и разойдемся по-хорошему! — Достаточно было увидеть, как кровожадно сверкают его глаза, чтобы понять: негодяй лжет, стараясь притупить бдительность своей жертвы.

Алекс снова мысленно выругался. Надо же было именно в этот вечер оставить дома пистолет! Уж слишком ему хотелось покрасоваться в новом камзоле, сшитом так тесно, что рукоятка оружия бросалась в глаза, выпирая сбоку самым неприличным образом. Подумаешь, нашел из-за чего переживать! Зато теперь он еще более неприличным образом получит по черепу если вообще останется жив!

— Прочь с дороги, пока я не выпустил тебе потроха! Гнусно ругаясь, вышибала занес дубинку над головой Алекса. Полностью избежать удара не удалось: дубина с противным хрустом угодила по левому плечу американца. Рука онемела, и Алекс чуть не выронил нож. Он едва успел поднять правую руку, чтобы парировать следующий удар. На сей раз дубинка попала в стену. Крупье выпустил ее из рук, но в следующую же секунду выхватил нож, спрятанный за пазухой, чтобы отразить выпад Алекса.

Противники сцепились в тесном пространстве между домами, их ножи противно заскрежетали. Алекс слышал, как два других негодяя подбираются к нему со спины, и постарался развернуться так, чтобы Кривой Нос оказался перед ними. Внезапно он почувствовал, как холодная сталь вонзилась ему в спину, и один из нападавших крикнул:

— Я зацепил его, Джеки!

Чувствуя, что вот-вот упадет, Алекс сделал подножку крупье и резко развернулся, почти наугад махнув ножом. Его выпад был не напрасен: клинок располосовал горло второму вышибале. Пока он, задыхаясь, падал замертво на землю, Кривой Нос поднялся на ноги и ринулся в атаку, полный решимости прикончить чересчур прыткого американца.

Алексу было не до него: он едва успел увернуться от выпада третьего убийцы и ловко кинул нож. Оружие нашло свою цель, но американцу казалось, что смерть уже дышит ему в затылок. Рана на спине болела так, словно в ней полыхал огонь, а хлеставшая из нее кровь уже промочила лосины. Надо было хотя бы развернуться, чтобы встретить свою гибель лицом к лицу. Глаза Алекса застилал кровавый туман, колени подгибались. Он понял, что это конец.

Глава 4

Драмм слышал звуки борьбы, доносившиеся из переулка, пронзительный вопль, прервавшийся на жуткой ноте, и скрежет стали о сталь. Все это было ему до боли знакомо. Он бесшумно скользнул в то место, откуда был шум, только тускло блеснула шпага, искусно укрытая в щегольской трости с серебряным набалдашником.

Вскоре Драмм увидел Алекса, стоявшего на коленях. Верзила навис у него за спиной, предвкушая последний, смертельный удар, как вдруг ощутил острие шпаги, вонзившееся ему в основание черепа. Он хотел повернуться, но сталь вошла в шею еще глубже.

— И не пытайся, старина. Встань и отойди подальше от мистера Блэкторна. Вот умница! — процедил денди с мрачной ухмылкой, когда охотник за чужими деньгами выпрямился.

Мало того, что ему помешали расправиться с беззащитным противником — это сделал тот самый хлюпик, который уже сунул нос не в свое дело там, в зале. Из груди Джеки вырвался яростный звериный вопль. Он ловко ушел вниз, чтобы уклониться от острия шпаги и атаковать проклятого пижона. Вышибала, обманутый изящной фигурой и томными манерами изнеженного аристократа, надеялся, что длинные руки и гора мышц обеспечат ему легкую победу. Откуда Джеки Элему было знать, что он нарвался на слишком опасного противника, в совершенстве владеющего своим смертоносным клинком? Элвин Фрэнсис Эдвард Драммонд недаром брал уроки у лучших французских мастеров фехтования. Легким движением кисти он повернул шпагу так, что она вошла Джеки прямо в сердце.

Так нашел свой конец еще один головорез из трущоб лондонского Ист-Энда. Он испустил душу еще прежде, чем упал на землю. Драмм с брезгливой миной вытащил из бездыханного тела свой клинок.

— По крайней мере ты успел встать на ноги. Терпеть не могу отправлять на тот свет человека, стоящего на коленях. Это недостойно.