Ширл Хенке - Огонь в крови

Несколько часов спустя дождь наконец кончился и выглянувшее солнце, словно огромный шар расплавленного оранжевого пламени, низко повисло над горизонтом. Небо вокруг было прошито золотыми и пурпурными полосами. Только сейчас, на этом великолепном фоне путешественники увидели вдалеке величественно возвышавшееся главное здание ранчо «Джей Бар». Эти пылающие краски казались естественным обрамлением для обширного королевства, славившегося породистым скотом.

И это действительно было королевством, раскинувшимся на широком дне мелкой котловины, у подножья гор Медсен Боу. Веселый ручей, изгибаясь, вился вокруг долины, а высокие деревья и вечнозеленые растения, росшие по его берегам, образовали естественную защиту от ветра.

Несколько длинных низких зданий, где, по всей видимости, жили ковбои, и столовая располагались позади ряда загонов за высокой оградой, в которых содержались лошади и племенные быки. Маслобойня и сыроварня находились за большим, вырытым в земле, хранилищем для корнеплодов.

Маленький поселок из хозяйственных построек дополнялся большой конюшней рядом с загонами, курятником и кузницей.

Центром ранчо, его сердцем было, конечно, огромное здание, элегантный дом старого Маркуса Джейкобсона. Он был выстроен из пиленого лета, доставленного из Денвера, и выкрашен в ослепительно белый цвет, с красными ставнями и резными украшениями на фронтоне второго этажа. Большие двойные окна сияли чисто вымытыми стеклами, за которыми виднелись кружевные занавески. Широкая веранда окружала прямоугольник дома с трех сторон, рощицы высоких платанов и дубов защищали гонтовую крышу от солнца и ветра.

Джесс тихо свистнул. Лисса, успевшая задремать, удобно устроившись под пончо, вздрогнула и выпрямилась, когда Джесс стянул толстую ткань и небрежно сунул ее в седельную сумку.

— Довольно впечатляющее зрелище, особенно когда видишь его впервые, — спокойно заметила девушка.

Джесс удивленно поднял брови.

— Вам не нравится ваш замок, принцесса?

— Думаю, просто никогда не считала ранчо своим домом. Последние двенадцать лет я провела в Сент-Луисе, в школе, и приезжала сюда только летом, на месяц. Кроме того, папа все время разъезжает по делам. Правда, Жермен всегда здесь, — горько добавила она.

Джесс уже успел заметить на крыльце высокую одинокую фигуру, вглядывавшуюся в подъезжающих всадников. Должно быть, это и есть Жермен. Темные волосы, туго заплетенные в косы, уложены в строгую прическу на макушке. Костлявое тощее тело, резкие черты лица, длинный нос, увенчанный маленьким угловатым кончиком, впалые щеки. Самой главной особенностью Жермен были глаза — маленькие, пронизывающие, злобные пуговки, мечущиеся под тонкими редкими бровями. Ветер и солнце Вайоминга беспощадно обошлись с этой женщиной.

Уже оказавшись почти рядом с домом, Джесс заметил, как она неодобрительно поджала губы, увидев Лиссу в одном седле с незнакомцем, потом поднялась на несколько ступенек и неприязненно уставилась на них.

Одного взгляда на Джесса оказалось достаточно, чтобы впиться пронизывающим взглядом в Лиссу.

— Что скажет твой отец, когда узнает, что ты разъезжаешь с подобным типом… в таком виде, будто спала с ним? — прошипела она с сильным французским акцентом.

Глава 4

— И что же это за тип, мэм? — тихо, вкрадчиво осведомился Джесс.

Жермен Шанно, подняв голову, всмотрелась в стальные серые глаза и тут же, нервно заморгав, отвернулась:

— Отец еще услышит о твоих похождениях, — прошипела она Лиссе и, отступив, еще раз наспех окинула взглядом Джесса и исчезла в доме.

Лисса мрачно усмехнулась и, крепко ухватившись за руку Джесса, соскользнула по его ноге на землю.

— Ты первый мужчина, если не считать Уксусного Джо Райленда, который осмелился поставить Жермен на место.

— Она ваша родственница? — поинтересовался Джесс, хотя не мог найти никакого сходства.

— Да нет. Жермен — француженка из Канады, приехала с моей матерью из Сент-Луиса. После смерти мамы папа не пожелал с ней расстаться. Жермен — что-то вроде поварихи и экономки в одном лице. Мы друг друга не выносим.

— И ваш отец не желает избавиться от нее? Трудно поверить, чтобы Маркус отказал в чем-то своей принцессе.

Словно прочитав мысли Джесса, Лисса пояснила:

— Существуют вещи, которые отец не сделает даже ради меня.

Джесс внимательно всмотрелся в непроницаемое лицо девушки и невольно задался вопросом, что в отношениях француженки и Джейкобсона так неприятно Лиссе. Та ответила на пристальный взгляд медленно расплывшейся по лицу улыбкой. Поняв направление ее мыслей, Джесс издевательски-почтительно коснулся полей шляпы и повернул коня к домику ковбоев.

— До свиданья, принцесса.

— Увидимся утром, Джесс.

Роббинс медленно направился к скоплению длинных низких зданий, расположенных вокруг загонов, но Мелисса Джейкобсон не выходила из головы.

Она и в самом деле Неприятность с большой буквы, и нужно всеми силами избегать ее.

Но держаться подальше от избалованной упрямой девицы… честно говоря, это легче решить, чем сделать. До сих пор она вела довольно замкнутую жизнь, вращаясь в определенных кругах. Человек, добывающий оружием средства к существованию, в жилах которого течет смешанная кровь, наемник устрашающей репутации будоражил ее воображение, вносил элемент новизны в унылое существование. После зимнего заточения на ранчо Лисса умирала от скуки, — Джесс одновременно волновал, тревожил и развлекал ее.

— Должно быть, весенние соки начали бурлить в ее жилах как раз в момент моего появления, — пробормотал он себе под нос, раздраженный собственными странными чувствами, пробуждавшимися от близости девушки. Да, конечно, она, несомненно, красавица, с этими темно-рыжими волосами и огромными глазами цвета меда. Но прикасаться к ней запрещено — белая женщина, из почтенного семейства и, кроме того, дочь босса. Одним из строжайших правил, которыми руководствовался в жизни Джесс, было никогда не смешивать бизнес с удовольствием. Поэтому он, постаравшись выкинуть из головы гвоздем засевшие в мозгу мысли о дерзкой девчонке, спешился у самых дверей конюшни, где уже стоял Роб Остлер, держа под уздцы серого коня Лиссы.

— Я позабочусь о вашей лошади, мистер Роббинс, — предложил юноша.

— Буду крайне обязан, — кивнул Джесс и, вручив Робу поводья, снял с седла притороченные сумки и перекинул их через правое плечо.

Молодой ковбой повел Блейза и серого в полумрак просторной конюшни. Джесс подхватил футляр с револьверами и огляделся.

Из длинного деревянного барака, расположенного прямо напротив загона, донесся хриплый мужской смех. Джесс остановился на пороге, наблюдая сцену, типичную для всех ковбойских жилищ от Техаса до канадской границы.