Джулия Росс - Грешный любовник

Герцог откинулся в кресле и свел вместе кончики пальцев.

– Мужской костюм показался мне наилучшим решением именно для такого задания, хотя в серебряном платье и в бриллиантах с головы до пят ты само очарование. Все лорды и принцы тогда на балу в Вене смотрели на тебя как зачарованные.

– Бриллианты фальшивые, да и присутствие на балу – своего рода актерство, ваша милость. Вы знаете все не хуже меня.

– В самом деле?

Сильвия вернулась к более безопасной теме:

– Я не могу не согласиться, что мужское платье делает путешествие менее опасным, однако я не раз задавала себе вопрос: почему вы с такой страстностью настаивали на нем? Не могли бы вы мне объяснить причину?

Он не уклонился от ее взгляда.

– Я не мог, не поступившись своей совестью, допустить, чтобы ты стала любовницей Давенби.

– Ваша милость... – Ей пришлось остановиться и глубоко вздохнуть. Все равно в ее голосе прорвались язвительные нотки: – Вы даете мне задания. Вы платите мне очень щедро за ту информацию, которую я пересылаю вам. Но не в вашей власти решать, когда и с кем я буду делить постель.

– Может быть. Но мне хочется все-таки, чтобы ты держалась подальше от постели этого чудовища.

Пораженная, она не сводила с него глаз, и что-то тяжелое, как камень, опустилось внутри ее.

– Чудовища?

– Боже мой, мадам! – Он засмеялся. – Вы же не наивная мисс. Он очарователен. Привлекателен. Интересен. Остроумен. Храбр. Умен. Манеры его безупречны. Ну конечно. Но вам очень хорошо известно, что обаяние и привлекательность суть атрибуты дьявола, причем едва ли не самые полезные для него.

Сильвия принялась одергивать свои манжеты, стремясь скрыть охватившую ее панику.

– Я прибегаю к подобному маскараду только потому, что вам нужно, чтобы я вошла к Роберту Давенби в абсолютное доверие, – объяснила она. – Впрочем, если мужское платье убережет меня от черной мессы и сношений с Вельзевулом, тем лучше.

– Я не шучу, мадам.

– Я и не думала, что вы шутите. А вам известно, что он разъезжает на жеребце, которого зовут Абдиэль?

Ившир непонимающе уставился на нее.

– Что?

– Жеребца зовут Абдиэль, как ангела в «Потерянном рае», того, который противился восстанию Сатаны. «Верный нашелся среди неверных, верный только он». По-моему, очень подходящее имя.

Герцог встал, и золото волнами побежало по шлафроку от плеч вниз. Вдруг он грохнул кулаком по каминной доске.

– Я не шучу, мадам!

Сильвия еще раз набрала в грудь побольше воздуха.

– Не волнуйтесь. Достаточно сказать, что я очень успешно освободила мистера Давенби от его могущественной любовницы и от одежды, стоившей целого состояния. Он очень раздосадован.

– Сделанного недостаточно. Его нужно полностью уничтожить.

Сильвия уставилась на герцога. Ни разу еще она не видела, чтобы его милость полностью потерял контроль над собой.

– Но почему? Что Давенби такого сделал?

Ившир прошелся по комнате, бесшумно ступая по ковру.

– Из всех заданий, которые вы выполняли для меня в Европе... – Он умолк, опершись обоими кулаками о письменный стол и не сводя глаз с бумаг, разбросанных по нему. – Дело Давенби совсем другое. Мне нужно о нем больше сведений. Я должен знать все. Как он живет. Откуда берет деньги. Его привычки. Его слабости...

– Вы не говорили мне, что моя миссия также связана для вас с чем-то личным! Хотя, наверное, мне следовало самой догадаться, учитывая размеры гонорара, который вы мне обещали.

– Я вам говорю сейчас. Роберт Давенби – преступник. Он заслуживает смерти. Однако – да, ваше задание затрагивает лично меня самым непосредственным образом.

– Мне необходимо знать, как именно, иначе я не в силах буду помочь вам, – продолжала гнуть свое Сильвия.

Герцог прошелся по комнате и встал рядом с ней. Лицо его горело гневом столь же ярко, как и посверкивающая золотая нить в ткани шлафрока.

– На Давенби лежит ответственность за смерть моего брата.

– Простите меня, ваша милость, – промолвила Сильвия. – Я не знала.

Сухожилия на его руках выступили отчетливо, как веревки, когда он, вцепившись в подлокотники своего кресла, сел.

– Давенби разорил моего брата, затем устроил так, чтобы его хладнокровно убили. Моего младшего брата.

Она подперла голову обеими руками, вспоминая явившееся незваным страстное желание, охватившее ее при виде Давенби.

– Простите меня, – снова повторила она. – Как звали вашего брата?

– Эдвард. Эдвард Фредерик Джордж. Мы были не слишком близки. Он младше меня на пять лет. Но он мой брат и считался любимцем моего отца.

– Вы можете рассказать мне, как он умер?

– Его забили до смерти. Тогда-то я и узнал, что это сделал Давенби. Моего отца хватил удар, когда весть дошла до него. Я должен осуществить его предсмертное желание – отомстить за брата.

– Так поэтому вам нужно узнать все о Давенби?..

– Я почитаю уничтожение этого человека своим священным долгом.

Сильвия рывком поднялась на ноги и подошла к буфету. Не совсем твердой рукой она налила остро пахнувший бренди в стакан и, пройдя обратно к камину, вложила его в пальцы герцога. Он взял стакан и одним глотком выпил половину его содержимого. Красные пятна вспыхнули на его скулах.

– Вам не следует бояться, что мои личные чувства каким-либо образом скомпрометируют нашу миссию, Сильвия. Роберт Давенби гораздо больше чем просто личный враг.

– Но ему известно, что вы подозреваете его?

– Я абсолютно уверен, что известно, именно потому ваша связь со мной должна оставаться тайной.

– Вы говорите, что он преступник. Какого рода преступления он совершил?

– В том-то и состоит ваша задача – все выяснить. Мне известно только, что он дурной человек, язва на теле общества. Благодаря Мег Грэнхем он свободно вращался в большом свете, однако я убежден, что он ведет двойную жизнь. Еще до смерти моего брата ходили кое-какие слухи...

– Я не ребенок. Вы можете мне все сказать. На его лице появилось выражение неловкости.

– Эдвард всегда защищал его – говорил, что на него клевещут, однако слухи не прекращались. Его обвиняли в неслыханных пороках, девушки, с которыми он встречался, исчезали бесследно...

– Я поняла. Ничего не удалось доказать?

– Я нанимал людей, чтобы они проследили за ним, и узнал, что Давенби свободно посещает такие районы города, в которые не осмелится показать нос ни один джентльмен. И все.

– Какого рода места он посещает?

– Всякий раз, когда я пускал по его следу человека, ему удавалось уйти от слежки. Моим людям устраивали засады, уводили по ложному следу, иногда даже нападали на них.

Ей казалось, что кровь в ее жилах холодеет.