Элизабет Хойт - В объятиях графа

В ответ Анна пылко обняла свою подругу:

– Прости. Ты права. Я действительно давно не заходила к тебе. Как ты?

– Я растолстела. Нет, правда, – проговорила Ребекка, не обращая внимания на возражения Анны. – Даже Джеймс, этот чудный человек, перестал предлагать отнести меня наверх по лестнице. – Она резко села на диван, едва избежав корзины с шитьем. – Рыцарство совсем исчезло. Но ты должна все рассказать мне о своей работе в Эбби.

– Ты слышала? – Анна села на один из стульев напротив своей подруги.

– Слышала? Я практически еще ничего не слышала. – Ребекка театрально понизила голос. – Черный и таинственный граф Свартингэм нанял на работу молодую вдову Рен с неизвестной целью и ежедневно уединяется с ней для удовлетворения собственных гнусных потребностей.

Анна поморщилась:

– Я всего лишь переписываю для него бумаги.

Ребекка отмахнулась от этого мирного объяснения.

Мэг вошла с подносом, на котором стояли принадлежности для чая.

– Не говори мне этого. Ты понимаешь, что стала одной из немногих, кто действительно знаком с этим мужчиной?! Если он услышит, что рассказывают о нем деревенские сплетники, то запрется в своем зловещем особняке, чтобы больше не давать им повода. Он действительно такой омерзительный, как говорят слухи?

– О нет! – Анна почувствовала прилив гнева. Конечно же, они не говорили, что лорд Свартингэм кажется им омерзительным из-за нескольких шрамов? – Он, конечно, не красавец, но не лишен привлекательности. – «Довольно привлекателен для тебя, по крайней мере», – прошептал тоненький голосок у нее внутри. Анна нахмурилась, глядя на свои руки. Когда же она перестала замечать его оспины и обратила все свое внимание на мужчину, скрывающемуся под ними?

– Жаль. – Ребекка, видимо, была разочарована тем, что граф не оказался ужасным великаном-людоедом. – Я хотела услышать о его мрачных секретах и попытках соблазнить тебя.

Мэг тихо вышла.

Анна засмеялась:

– У него может быть сколько угодно мрачных секретов, – ее голос упал, когда она вспомнила счет, – но очень маловероятно, что он станет пытаться соблазнять меня.

– Конечно, не станет, пока ты носишь этот ужасный чепец. – Ребекка указала чайником на вызывающий ее отвращение предмет одежды. – Не знаю, почему ты его надеваешь. Ты не настолько стара.

– Вдовы должны их носить. – Анна смущенно прикоснулась к муслиновому чепчику. – Кроме того, я не хочу, чтобы он меня соблазнял.

– А почему бы нет?

– Потому что… – Анна остановилась.

Она с ужасом поняла, что у нее в голове пусто, и не могла придумать ни единой причины, почему бы она не хотела, чтобы граф соблазнял ее. Она положила в рот печенье и медленно жевала. К счастью, Ребекка не заметила ее неожиданного молчания и теперь болтала о стилях прически, которые, по ее мнению, лучше подойдут подруге.

– Ребекка, – прервала ее Анна, – как ты думаешь, все мужчины испытывают необходимость более чем и одной женщине?

Ребекка, которая наливала вторую чашку чаю, подняла на нее глаза слишком уж сочувственно.

Анна почувствовала, что зарделась.

– Я имею в виду…

– Нет, дорогая, я знаю, что ты имеешь в виду. – Ребекка медленно поставила чайник. – Я не могу говорить обо всех мужчинах, но абсолютно уверена, что Джеймс мне всегда был верен. И, действительно, если бы он собирался пойти на блуд, он бы сделал это сейчас. – Она похлопала себя по животу и потянулась еще за одним печеньем.

Анна больше не могла сидеть спокойно. Она вскочила и начала рассматривать безделушки на каминной полке.

– Прости меня. Я знаю, Джеймс никогда бы…

– Я рада, что ты так думаешь. – Ребекка деликатно фыркнула. – Тебе бы послушать совет, который дала мне Фелисити Клиавотер по поводу того, как вести себя с мужем, когда ты беременна. По ее словам, каждый муж только и ждет… – Ребекка неожиданно остановилась.

Анна взяла фарфоровую пастушку и коснулась украшения на ее шляпке. Она не могла ее разглядеть отчетливо. Глаза у нее затуманились.

– Теперь ты меня прости, – сказала Ребекка.

Анна не подняла на нее глаз. Она всегда задавалась вопросом, знала ли Ребекка. Теперь поняла, что да.

– Я думаю, любой мужчина, который так легко отнесся к своим клятвам, данным при вступлении в брак, непростительно опозорил себя.

Анна поставила пастушку обратно на каминную полку.

– А жена? Разве она не является частично виноватой, если он пошел на сторону за удовлетворением?

– Нет, дорогая, – ответила Ребекка. – Я не думаю, что жена вообще когда-либо виновата.

Анна почувствовала неожиданное облегчение. Она попыталась улыбнуться, хотя боялась, что улыбка вышла несколько дрожащей.

– Ты – лучшая из подруг, Ребекка.

– Ну конечно. – Ребекка улыбнулась, как самодовольная и очень толстая кошка. – И чтобы доказать это, я позвоню Мэг, чтобы она принесла нам пирожных с кремом. Декадент, моя дорогая!

Анна прибыла в Эбби на следующее утро, одетая в старое синее шерстяное платье. Она засиделась далеко за полночь, расширяя юбку, но надеялась, что теперь сможет благопристойно сидеть на лошади. Граф уже расхаживал взад-вперед у входа в Эбби, очевидно ожидая ее. Он был одет в бриджи из оленьей кожи с коричневыми ботфортами, которые доходили до середины бедра. Сапоги выглядели довольно ободранными и потускневшими, и Анна уже не в первый раз задалась вопросом по поводу добросовестности его камердинера.

– А, миссис Рен. – Он оглядел ее юбку. – Да, это вполне подойдет. – Не дожидаясь ответа, он направился к конюшням.

Анна поспешила за ним.

Его гнедой мерин уже был оседлан, и скалил зубы молодому конюху. Парень держал уздечку, стоя на расстоянии вытянутой руки, и смотрел настороженно. Округлая гнедая кобыла, напротив, спокойно стояла около колоды для посадки на лошадь. Пес появился из-за конюшни и подбежал, подпрыгивая, к Анне. Его занесло, и он остановился перед ней, пытаясь сохранить остатки достоинства.

– Я тебя раскусила, ты знаешь, – прошептала она ему и почесала его за ухом в знак приветствия.

– Надеюсь, вы уже закончили играть с этим животным, миссис Рен. – Лорд Свартингэм сердито посмотрел на собаку.

Анна выпрямилась:

– Я готова.

Он указал на колоду для посадки на лошадь, и Анна нерешительно подошла к ней. Теоретически она знала, как садиться в боковое седло, но действительность оказалась несколько сложнее. Она поставила одну ступню в стремя, но не смогла подтянуться и перекинуть другую ногу за луку седла.

– Вы позволите мне? – Граф стоял позади нее. Она почувствовала на щеке его теплое, слегка пахнущее кофе дыхание, когда он склонился над ней.

Она кивнула, не говоря ни слова.