Валери Кинг - Свадьба на Рождество

— Священник! — повторила она с отвращением. — Ты можешь вообразить себе Кита угрюмым викарием, отпевающим покойников, посещающим больных, сочиняющим проповеди? И это в то время как он просто создан, чтобы носить мундир!

Мэри была слишком изумлена, чтобы отвечать. Она была совершенно согласна с Джудит. По ее мнению, из Кита мог получиться такой же священник, как из барсука ласточка!

— Я ничего не понимаю, — проговорила она наконец. — Но садитесь или забирайтесь на кровать, если хотите. Я знаю, ваш братец Хью осуждает дурные манеры, но я на вас жаловаться не стану.

Сестры захихикали, тем самым несколько смягчив серьезность момента. Они удобно устроились с ногами на кровати, сбросив зеленые бархатные башмачки. «Какую безупречную породистую пару составили бы они, если бы были молодыми кобылками!» — подумала Мэри.

Сама она села в кресло у кровати. Она очень волновалась, и тысяча вопросов вертелась у нее на языке. Ей нужно было так много выяснить, что она просто не знала, с чего начать. Конечно, ее очень занимала мысль, как это Кит согласился стать священником вместо того, чтобы пойти в армию. Но гораздо важнее было узнать, почему Хьюго сделал предложение Гонории Юлгрив.

Между тем Джудит взяла брошенный на постель томик Байрона. Она показала его Констанции, и обе сестрицы покатились на подушки в притворном обмороке.

— «Корсар»! — воскликнули они одновременно и дружно расхохотались.

— Как же я по вас соскучилась! — улыбнулась Мэри. — Сезон всегда так быстро пролетает…

— Увы! — согласилась Джудит, развязывая розовые ленты шляпки.

— Он должен бы длиться пять месяцев вместо трех, — отозвалась Констанция, распуская белые шелковые ленты своей шляпки.

Мэри отметила про себя, как прекрасно смотрятся на фоне зеленой шерсти платьев золотистые локоны близнецов. Они были точно такого же цвета, как и у Хью. Из-под изящно очерченных темно-рыжих бровей лукаво поблескивали голубые глаза. Венецианскую прелесть безупречных овалов лица нарушали только вздернутые носики, унаследованные ими от матери.

Мэри обожала близнецов.

— Конечно, мне скучно без моих лондонских друзей, — нахмурилась Джудит, — но хуже всего то, что нам приходится возвращаться в Хэверседж, к Хьюго.

— Поэтому мы вообще стараемся бывать дома пореже, — подхватила Констанция. — Тетушка Филипс всегда приглашает нас на лето в Бат…

— Хотя мы сотни раз убеждали ее, — перебила сестру Джудит, — что купанье в Брайтоне было бы куда полезнее.

— Как ты нам и говорила всегда, — добавила Констанция.

— И все-таки нам никак не удается заставить ее изменить планы, — закончила Джудит. — Она обожает Бат.

Сестрицы вздохнули.

Их желание провести лето с ней в Брайтоне было приятно Мэри, кроме того, она обрадовалась, что разговор принял нужный ей оборот.

— Я понятия не имела, что вам не нравится дома. Я замечала, что вы неохотно говорили о Хью и о Хэверседже, но всегда считала, что вам просто веселее в Лондоне.

Близнецы обменялись многозначительными взглядами. Не глядя на подругу, Джудит сказала:

— А ты всегда очень настойчиво расспрашивала именно о Хэверседже.

— Да, — добавила Констанция, — ты всегда спрашивала о здоровье Джудит, потом о моем…

— А потом о здоровье и настроении Амабел, Кита и Беатрисы, о бедняках в деревне…

После краткой паузы сестры закончили в унисон:

— И только потом о Хьюго!

Мэри стиснула руки на коленях, как будто стараясь этим жестом скрыть от подруг то, что они наверняка уже знали или подозревали, — что она до сих пор влюблена в их брата. Она почувствовала, что кончики ушей у нее, загорелись, и глубоко вздохнула, чтобы подавить смущение. Мэри знала, что, если ей это не удастся, она мучительно покраснеет и тут же выдаст подлинное состояние своих чувств.

— Не знаю, что вы этим хотите сказать. Я всегда любила Хэверседж — и всю вашу семью.

— Особенно Хьюго, — твердо заявила Джудит.

Она слезла с постели, и Констанция последовала ее примеру. Обе девушки подошли к Мэри и опустились на колени рядом с ее креслом.

— Дорогая Мэри! — воскликнула Констанция. — Мы всегда надеялись, что Хьюго когда-нибудь одумается и женится на тебе. Вся деревня видела, что он в тебя влюбился, и насчет твоих чувств к нему тоже никто не сомневался. Все это было очень мило, так что тебе вовсе нет нужды конфузиться. Я помню, как вы носились по округе каждое утро, когда мы с Джудит еще спали, как от вас пахло весной…

— Не говоря уже о тайных поцелуях в лабиринте, — добавила Джудит.

— Довольно! — воскликнула Мэри, прижимая ладони к пылающим щекам. — Вы меня выставляете такой испорченной и легкомысленной…

— Такая ты и есть, — улыбнулась Джудит, опуская голову ей на колени. — Поэтому мы всегда и были так дружны с тобой!

— И навсегда останемся друзьями! — подхватила Констанция.

— Поэтому ты должна приехать в Хэверседж и провести с нами Рождество.

Мэри изумленно уставилась на Констанцию поверх головы Джудит.

— Провести с вами Рождество? — повторила она.

Мэри, конечно, мечтала получить такое приглашение, и все-таки это застало ее врасплох.

— Но разве ты не за этим приехала в Дербишир? — вкрадчиво заговорила Констанция. — Чтобы быть поближе к Хью, ведь так? Попробовать вернуть себе его любовь?

— Что же ты молчишь? — подмигнула ей Джудит. Ее голубые глаза озорно блестели.

Прислонившись к плечу Мэри, Констанция умильно заглядывала ей в глаза.

— Ну признайся же наконец!

Мэри обняла Констанцию одной рукой, а другую опустила на голову Джудит.

— Я не стану притворяться. Очень глупо было с моей стороны скрывать всю глубину моей… привязанности к Хьюго. Когда ваш брат не приехал в Лондон прошлой весной, на меня напало что-то вроде паники. А в своем последнем письме…

Джудит подняла голову с ее колен и выпрямилась.

— Что же он тебе написал? — спросила она, нахмурившись.

Мэри вздохнула.

— Он посоветовал мне поскорее найти себе жениха и сообщил, что не знает, когда ему представится случай снова написать мне.

Она вспомнила, каким холодом повеяло на нее, когда она прочитала эти жестокие слова, и, хотя гостиная в тот момент была залита солнцем, ей показалось, что вокруг потемнело.

— Но он не написал мне о своей помолвке. Я узнала о ней, только когда приехала сюда. Пожалуйста, расскажите мне, как все это произошло.

Близнецы уныло переглянулись.

— Гонория! — произнесли они в один голос.

Джудит сочувственно погладила Мэри по плечу и начала рассказывать.

— К июлю прошлого года я уже знала, откуда ветер дует. Она поселилась у тетки, леди Хаклоу, в мае, и, когда она впервые переступила порог Хэверседжа, мне сразу показалось, что она вознамерилась заправлять здесь всем — и нами в том числе.