Дорин Малек - Влюбленная пленница

Халмад поднялся и, подойдя ближе, с видом профессионала принялся рассматривать девушку. Пальцем он приподнял ей подбородок, чтобы в свете лампы получше рассмотреть лицо, потом провел рукой по волосам. Эми сопротивлялась изо всех сил. Ее непокорность не оставляла сомнений в том, что она прекрасно понимает суть происходящего.

– Прекрасно, – наконец произнес Халмад. – Две тысячи, не меньше. Однако красавица своевольна – могут быть проблемы с перевозкой. Раздень ее – я хочу видеть, стоит ли она хлопот.

Малик прекрасно знал, что эта минута обязательно настанет. Он подошел к пленнице ближе, чтобы расстегнуть платье. Эми стояла, опустив голову, она не смотрела на него, но было заметно, как из-под ее опущенных ресниц медленно текут слезы.

Наконец-то она заплакала.

Рука Малика опустилась сама собой.

– Нет, – вдруг произнес он. Работорговец изумленно смотрел на него.

– Ты хочешь, чтобы я купил ее, не глядя?

– Я хочу, чтобы ты ушел. Я передумал. Эта девушка не продается.

Анвар смотрел с ничуть не меньшим удивлением, но молчал. Ему не хотелось вступать в пререкания с другом на глазах у незнакомца.

– Так ты заставил меня напрасно проделать весь этот путь? – возмущенно воскликнул он. – Думаешь, мне нечего больше делать, кроме как без всякой пользы ездить взад-вперед через всю Турцию?

– Анвар оплатит тебе твои дорожные расходы, – отрезал Малик. – Уходи!

– Ну, больше не зови меня! – зло выпалил Халмад и стремительно вышел из пещеры.

Анвар посмотрел на товарища, ожидая приказаний.

– Отсчитай ему пять сотен и отправь восвояси! – распорядился Малик.

Анвар презрительно взглянул на него, но повиновался.

Малик повернулся к Эми. Девушка устало смотрела на него, и в этом взгляде облегчение смешалось со страхом; она обрадовалась, что Халмад ушел, но не знала, что произойдет дальше.

Малик твердо встретил ее взгляд, потом взял веревку, которой были связаны ее руки, и повел девушку обратно в палатку. Привязывая ее к шесту, он так и не поднял глаз. И тут же, не осмеливаясь встретиться с ней взглядом, вышел.

Анвар ждал неподалеку.

– Ты что, с ума сошел? – со злостью набросился он на Малика. – Почему ты не отправил ее? Упустить такие деньги просто нелепо!

– Две тысячи – это мало, – спокойно парировал Малик. – В другом месте за нее дадут больше.

– За нее ничего не дадут – потому что ты не продашь ее! Ты за идиота меня считаешь? Если бы ты раздел ее, как просил Халмад, он заплатил бы и больше! А теперь он ушел обиженный и больше не захочет иметь с нами дел. Выкинуть на ветер пятьсот курушей! И все это просто потому, что тебе взбрело в голову сохранить невинность этой чужестранки, которая явно тебя презирает!

– Халмад остынет. А если и нет, найдутся и другие торговцы. На этой неделе приедут из Медины.

– Ну да! И ты опять откажешься выполнять их пожелания! Твой план в том, чтобы отправить их всех и оставить девчонку здесь?

Малик спокойно и внимательно посмотрел на него.

– Ты явно торопишься с выводами. Я прекрасно знаю, что делаю.

– Лжешь сам себе – вот что ты делаешь!

– Я не раскрываю тебе все карты, Анвар. Кое-что ты узнаешь, когда придет время.

Анвар замолчал, но все равно взгляд его был полон недоверия.

– Не волнуйся, – успокоил его Малик. Анвар покачал головой.

– Малик, я совершенно спокойно отнесусь к тому, что ты соберешь гарем не меньше, чем у султана, но эта женщина могла бы принести кучу денег. А самое плохое в том, что ты выставляешь нас глупцами перед теми, кто может в будущем нам очень пригодиться для дела.

– Халмад нуждается в нас не меньше, чем мы нуждаемся в нем!

– Дело не в этом. Ты позволяешь этой девушке вмешиваться в дело восстания!

– Это не так. Я просто-напросто хочу получить за нее побольше денег – вот и все! И я сделаю это!

– А если она тем временем зарежет тебя, когда ты будешь спать?

– Этого не произойдет! Я держу ее на привязи!

– Похоже, что это она уже связала тебя, друг, – покачал головой Анвар и ушел.

Эми слушала, как мужчины спорят за палаткой. Она не понимала слов, так как разговор шел по-турецки, но была несказанно рада, что оба они заняты. Когда Матка уходила, одна из ее вязальных спиц упала, и близорукая старуха не заметила этого. И теперь это драгоценное орудие лежало на грязном полу совсем близко – всего в нескольких футах от ног Эми.

Если ей удастся дотянуться до спицы, то, может быть, получится с ее помощью разорвать веревку и освободиться.

Эми изо всех сил старалась дотянуться ногой до спицы, но поза была настолько неудобной, что ей это никак не удавалось. Она сделала еще одну попытку – пыхтя и отдуваясь. Время от времени девушка останавливалась и прислушивалась, боясь привлечь к себе внимание бандитов. Они продолжали разговаривать, стоя недалеко от палатки, но Эми все-таки решила дождаться, пока они уйдут.

Ей показалось, что прошла целая вечность. Эми знала, что ее охраняют, но часовые стояли дальше от палатки – им труднее было услышать ее. Она снова принялась за дело, которое требовало таких усилий, что лоб девушки покрылся испариной, а на земляном полу образовалась ямка. Она закусила губу; кто-нибудь может войти в любую минуту, и если она не достанет спицу, прежде чем ее похититель придет ночевать, то шанс будет упущен окончательно. Она еще раз изо всех сил вытянула ногу – так, что мышцы заболели – и наконец сумела подтолкнуть к себе спасительную железку.

Эми торжествовала, изогнувшись, она попыталась связанными руками подцепить спицу и застонала вслух: та была слишком далеко. Пот заливал глаза, и Эми часто-часто моргала, чтобы как-то смахнуть его. Она заставила себя остановиться, глубоко вздохнуть и обдумать ситуацию.

Необходимо сбежать, прежде чем явятся другие работорговцы, у нее вовсе нет желания повторять унижение сегодняшнего дня и снова терпеть эти унизительные смотрины, не говоря уже о той ужасной доле, которая ждет ее, если ее купят. Нужно бежать прямо сейчас.

Эми поняла, в чем дело, когда Матка и девочка явились, чтобы снова приготовить ей ванну и переодеть ее. Она позволила натереть себе кожу душистыми маслами и умастить лицо и руки лавзонией, но воспротивилась, когда они хотели втереть масло ей в волосы. Женщины явно спешили: очевидно, торговец уже приехал и ожидает, когда можно будет посмотреть товар. Поэтому ее так и оставили с неубранными волосами – на западный манер, с непокрытой головой.

Эми не знала, что Малик не хочет продавать ее, и была уверена, что передышка не продлится долго. Тем более странным казалось то, что причиной неудачи в переговорах послужил его отказ раздеть ее по требованию торговца. Девушка не сомневалась, что обычное для покупателя дело – внимательно осмотреть товар, прежде чем назначить цену, но ей и в голову не пришло размышлять о странностях в поведении своего похитителя.