Мэй Макголдрик - Пламя

– Это была всего лишь шутка о портрете. Проклятый эль развязал ему язык, – вставил Эдмунд. – И все… я имею в виду, что почти никто не смеялся, мой лорд.

– Точно, почти никто, – клятвенно подтвердил Эндрю. – Он хотел сказать, что непочтительность не превышала допустимый уровень, мой лорд.

Гэвин продолжал держать Питера за горло.

– Так это, значит, эль привел вас в мою комнату? Троица отрицательно замотала головами.

– Нет, мой лорд, – озвучил общее мнение Питер.

– Получается, что картину забрал эль, – Гэвин уставился в растерянное лицо своей жертвы. – Не пытайся отрицать, Питер. Это был, конечно, ты! А также ты, Эдмунд, – продолжил Гэвин, встав с груди здоровяка и шагнув к высокому рыжеволосому воину. Эдмунд попятился, а Питер тем временем быстро вскочил на ноги. – Жаль, что вы не подавились моим обедом. Хотя теперь я думаю, что вы, скорее всего, скормили его собакам.

Обвиняемые громко и возмущенно запротестовали, но Гэвин махнул на них рукой и повернулся к Эндрю, пребывавшему в полном недоумении.

– И ты тоже, Эндрю. Эти двое, несомненно, подстрекали тебя на первую попытку преступления против меня.

– Нет, мой лорд, – загудел верзила. – Я…

Гевин раздраженно прервал его.

– Ты даже не смог придумать какую-нибудь гадость… как твои дружки, стоящие здесь… и вместо этого развесил мою мокрую одежду возле камина. Я ведь тебя знаю, Эндрю. Разве не так все было? Теперь благодаря твоим усилиям эти чертовы вещи воняют, как паленая овца. Я хочу, чтобы ты об этом знал, болван.

Пока Гэвин переводил дыхание, Эдмунд торопливо попытался вставить словечко.

– Мой лорд, клянусь могилой моей умершей матушки, что мы не имеем никакого отношения…

– Нет, ничего такого, мой лорд, – затараторил Питер. – Это правда, что мы перебрали лишку с элем, но прошлой ночью мы все трое спали прямо здесь, в зале.

– Вы ведь знаете, мой лорд, что у меня сон очень чуткий, – добавил Эндрю. – Если бы Питер вставал, чтобы сделать какую-нибудь пакость, я бы непременно проснулся и схватил его за горло.

– Ага, так, по-твоему, это я нарушитель порядка? – Теперь, Питер со злобой повернулся к Эндрю.

– Ты, а кто же еще, – спокойно констатировал Эндрю. – И ты это знаешь.

Пока парочка препиралась, Гэвин внезапно обнаружил, что остальные мужчины, включая Аллена, управляющего, осторожно придвигаются поближе.

Однако прежде чем кто-либо смог продолжить, раздались вопли, привлекшие всеобщее внимание к входу в Грейт Холл. Гэвин шагнул вперед, увидев, что сквозь толпу пробирается молодой конюх.

– В чем дело, Дэвид? – заговорил Аллен первым. – У тебя такой вид, будто ты встретился с привидением.

– Она вернулась… на то же самое место, где была раньше! В зале воцарилось молчание, пока безумный взгляд Дэвида метался по толпе.

– Я не верил в них с тех пор, как повзрослел. Всем этим бабским россказням… о призраках. Не верил. – Он медленно покачал головой. – До сегодняшнего дня. Гибби уверяет, что ее кухонные горшки дребезжат по ночам, а Молли клянется, что стены плачут и стонут!

– Хватит, парень. Эта чушь для дураков и…

– Нет, Аллен, – Гэвин поднял руку, заставив управляющего замолчать. Глядя в испуганное лицо конюха, новый владелец замка произнес как можно мягче: – Так кто вернулся, Дэвид?

– Да эта картина, мой лорд, – ответил Он дрожащим голосом. – Портрет мисс Джоанны!

Гэвин грозно глянул на вояк, стоявших рядом. Однако все трое выглядели не менее озадаченными, чем молодой работник.

– Но ведь мы сбросили вниз оставшуюся часть пола в кабинете, – вмешался Аллен. – Туда никак нельзя попасть.

Молодой человек снова затряс головой.

– Да, это было жуткое дело: заглянуть туда и увидеть ее лицо, взирающее на нас с такой высоты, – Дэвид непроизвольно перекрестился. – Тот, кто вернул портрет обратно, не нуждался в ногах. На такую высоту ему, должно быть, пришлось взлететь.

– Думаю, что нам следует взглянуть на работу этого призрака, – скомандовал Гэвин, кивнув парню, чтобы тот показывал дорогу. Аллен и все собравшиеся последовали за ним.

Когда они достигли помещения, расположенного под кабинетом, Дэвид трясущейся рукой указал на картину, вновь висевшую над каминной полкой. Пол был полностью разобран, и с первого взгляда действительно казалось, что туда можно только взлететь. Правда, там оставалась одна узкая балка, едва видимая с нижнего этажа и лежавшая вдоль стены со стороны камина, но она находилась на некотором расстоянии от секретной панели в углу. Гэвин прикинул, что ее ширина вряд ли составляет больше двух или трех пальцев, и отбросил эту возможность. Насколько он понимал, никто не мог попасть к каминной полке через секретный проход. Гэвин покачал головой.

– Ты забил панель? – спросил он, посмотрев на Аллена.

– Да, мой лорд. Я сделал все, как вы приказали.

– Кто спал здесь этой ночью?

Трое из его собственных людей ответили утвердительно.

– И вы ничего не заметили?

– Нет, – ответил один, в то время как остальные только отрицательно качнули головой.

«Хорошо, – подумал он, – есть еще возможность залезть на стену с помощью лестницы».

Взгляд Гэвина внимательно пробежал по лицам его людей и коренных обитателей замка Айронкросс. Теперь все они зависят от него. Растерянные глаза, тихий шепот и общая атмосфера страха убедили его в том, что организатор этого фокуса среди них, с учетом трех его воинов, отсутствует.

– Ладно, ребята, если худшее, что может сделать этот призрак, – это похищение и возвращение картин на место, то он вполне безобидный парень. – Слова Гэвина вызвали улыбки и одобрительные кивки. – Хотя с учетом всех работ, которые здесь нужно выполнить, он мог бы действовать более продуктивно.

– Вероятно, он истинный джентльмен, – негромко сказал Питер, но так, чтобы все услышали.

Смех Гэвина совпал с реакцией окружающих и разрядил мрачную обстановку, которая так давила на всех еще несколько минут назад. Когда толпа разошлась и люди вернулись к своим повседневным делам, Гэвин повернулся к Эдмунду.

– Возьмите лестницы и все, что вам еще может понадобиться, и снимите оттуда эту проклятую штуку.

– Когда мы достанем картину, мой лорд, куда прикажете ее доставить? – спросил Эдмунд. – Должны ли мы будем упаковать ее для отправки?

Гэвин помедлил с ответом, задумчиво глядя в улыбающееся лицо на стене. Делом чести будет отослать портрет его законному владельцу. Однако ночное озорство только усилило его желание еще какое-то время подержать картину у себя.

– Отнесите ее обратно в мою комнату, – распорядился он, удаляясь. – И поставьте там, где она была.