Мэри Гилганнон - Возлюбленная леопарда

Они поднялись по узкой лестнице, ведущей в светлицу, на четвертый этаж главной башни. Астра дивилась прекрасному убранству внутренних покоев Фитц Хага. Стены были увешаны изысканной работы шпалерами из бархата и золота, на которых красовалась вышитая эмблема Фитц Хагов – величественный баран. Покрытая голубой мягкой тканью мебель стояла вокруг массивного очага. Астра последовала примеру Маргариты и присела на небольшую кушетку.

Девушки смотрели друг на друга. Маргарита в отчаянии ломала свои длинные пальцы. Астра сидела очень тихо и старалась успокоиться, редко и глубоко дыша.

Долго ждать не пришлось. Послышался грохочущий звук на лестнице, и в комнату ворвался лорд Фитц Хаг. Его грузное тело колыхалось от гнева. Астра вцепилась в мягкую материю кушетки и застыла в ожидании предстоящего тяжелого разговора.

Лорд Фитц Хаг глыбой навис над Маргаритой и, нетерпеливо постукивая огромной ножищей, как будто считал свою фигуру и поведение недостаточно угрожающими, прорычал:

– Я жду.

Маргарита героически попыталась начать говорить. Отец оборвал ее прежде, чем она успела произнести хоть слово.

– Так вот об историях, которые мне порассказали люди добрые, моя детка! Я готов поклясться, что речь велась о каком-то чужом ребенке, которого вместо родной дочери подсунули мне когда-то злые колдуньи. Потому что моя дочь никогда не стала бы подменять общинное вино винным уксусом или красть исподнее бедных сестер с веревки для сушки белья.

– Отец, все это просто невинные шутки. Ведь никто не пострадал… и сестра Бланш… она это заслужила. Она была так жестока со мной, папа, это правда.

– Шутки! Неужели? – проорал Фитц Хаг, возвысив голос до крика. – А что ты скажешь о другой истории, когда вы подсматривали за купающимися монахами и спрятали их одежду. Это что? Тоже невинная шутка?

Голос Фитц Хага поднялся до ужасающего крещендо. Астра подавляла в себе желание сползти на пол и укрыться за каким-нибудь предметом обстановки, но Маргарита решительно смотрела в глаза отцу. Ее обычно пухленькие губки стянулись в тонкую полоску.

– Но это еще не все, дочка. Объясни мне, как могла молодая леди, воспитанная при дворе короля, на образование, одежду и украшения которой пошло столько денег, что будь я чуть беднее, то уже давно бы пошел по миру с сумой, – объясни мне, как она могла назначать свидание в лесу ничтожному мальчишке из прислуги?

– Все было совсем не так, папа! Ничего особенного не случилось, кроме пары невинных поцелуев. Спросите Астру – она была там.

Лорд Фитц Хаг развернулся, чтобы взглянуть на Астру. Она неистово вцепилась в кушетку и больше всего желала провалиться сквозь пол.

– Леди Астра?! – как бы не веря собственным глазам, произнес лорд Фитц Хаг и поклонился. – Боюсь, что не успел с вами как следует познакомиться.

Астра не слишком вежливо уставилась на него, от смущения даже забыв подняться и сделать реверанс.

– Представьте, я знал вашего отца, – продолжал любезно поддерживать разговор лорд Фитц Хаг. – Отменно храбрый человек. Отменно. Я сражался вместе с ним в Уэльсе. Однажды уэльские подонки атаковали нас сзади, прижав к Старой стене. Все думали, что положение безвыходное, и приготовились отступать. Правду сказать, и я так думал. Но старый де Мортейн – Маленький Задиристый Петушок, как мы его звали, – никогда не отступал, и он продолжал сражаться. Когда подошло подкрепление, от нашего отряда остались всего-то я, де Мортейн да горсточка мужчин.

При воспоминании о былом широкая улыбка озарила испещренное рытвинами лицо Фитц Хага.

– Поверьте, папа, – прервала его Маргарита, – Астра похожа на своего отца, такая же верная и добродетельная – превосходная подруга. Я бы лучше умерла, чем поставила ее в неловкое положение. У меня даже и в мыслях не было сделать что-либо неподобающее в ее присутствии…

– Я говорю о другом, – перебил отец Маргариты, указывая мясистым пальцем на Астру. – Мне сказали, что ты ее совратила. Из-за тебя эта невинная и набожная молодая особа сбилась с пути истинного, обманом втянутая в самые что ни на есть дьявольские и развратные проделки.

Маргарита побледнела, чувство вины окончательно подавило в ней бесконечные попытки самооправдания.

– Это неправда! – неожиданно запротестовала Астра.

И Маргарита, и лорд Фитц Хаг посмотрели на Астру в недоумении, как будто вообще сомневались, что она способна произнести хоть слово. Поначалу Астра и сама испугалась своего порыва. Она до смерти боялась отца Маргариты, но не могла снести, что на ее подругу обрушиваются все эти ужасные обвинения.

– Маргарита ни к чему меня не принуждала. Я… я присоединилась к ней по собственной воле. – Астра повесила голову, ее слабый голос прозвучал почти шепотом в большой комнате: – И столь же виновата.

Воцарилась долгая тишина. Когда Астра отважилась поднять голову, лорд Фитц Хаг рассматривал ее в недоумении, его тяжелые темные брови поднялись от изумления.

– Преданна, – наконец провозгласил он. – В точности как отец. В этом, Маргарита, ты преуспела. Преданный друг стоит сотни других.

Маргарита отважилась улыбнуться.

– Видите, папа, именно поэтому я хотела, чтобы Астра поехала со мной. Я и думать не могла о разлуке с ней.

– Стыдись, детка. Эта девушка заплатила слишком высокую цену за дружбу с тобой. Из-за твоих так называемых невинных шуточек она потеряла дом и ту скромную долю, которую ее бедный отец – упокой, Господь, его душу – мог ей обеспечить. Теперь ты хочешь сделать ее наперсницей и оставить без будущего, без мужа и собственной семьи.

– Нет, вовсе я этого не хочу. Я возьму Астру ко двору и найду ей мужа.

Лорд Фитц Хаг нахмурился.

– Бесспорно, леди Астра миловидна, происходит из благородной семьи и заинтересует многих мужчин. Но вряд ли кто-нибудь из рыцарей согласится забыть о своих притязаниях ради того, чтобы жениться на миленькой и добродетельной особе, которая едва ли увеличит его состояние.

Он задумался и выглядел смущенным оттого, что так резко и откровенно указал на бедность Астры.

– Кроме того, я не стал бы обольщаться такими мужчинами, которым Астра может понравиться по другим соображениям. Возможно, что даже тяжкий труд экономки в каком-нибудь благородном доме окажется для нее лучшей долей, чем замужество за неблагородным мужчиной.

Маргарита выразительно покачала головой.

– Конечно, мы не позволим Астре выйти замуж за недостойного. Все, что ей нужно, – это скромное приданое. С приданым, красотой и мягкосердечием она выйдет замуж, возможно, даже удачнее меня. – Маргарита тепло улыбнулась Астре. – Вы сами говорили, что мужчины предпочитают мягкосердечных женщин.