Сильвия Холлидей - Как утреннее солнце

– Доктора уже, сколько лет назад говорили ей, чтобы выбросила палку и училась ходить сама. Но она боится, что упадет. И папа перестал ее донимать этим.

Бет указала на первые обшарпанные здания:

– Как вам нравится наш город?

– Я его еще не видел.

– Ну, как же не видели? А в тот первый день, когда вы только приехали?

– Я помню только приемную доктора. – Джейс снова легонько потянул ее за косичку. – И еще помню одну такую маленькую озорницу, которая принесла мне виски.

Бет пристально смотрела на него.

– Мне кажется, вы больше притворялись, что терпеть не можете виски.

Джейс возвел глаза к небу и заговорил еще более высоким голосом, чем всегда:

– Святые угодники! Как ты можешь так говорить! Девочка звонко рассмеялась.

– Постарайтесь только, чтобы сестра этого не заметила. Она так и взовьется. Келли ведь у нас трезвенница.

– Конечно, Бет. Можешь не беспокоиться.

На самом деле при мысли о том, как взовьется Келли, полная страсти и огня, сердце у него учащенно забилось.

Бет встала на коленки и крикнула:

– Мы подъезжаем!

Магазин Большого Джима не обманул его ожидания. Большой, шумный, он ломился от самых разнообразных товаров на любой вкус. «Неужели наступит такой день, когда часть всего этого будет принадлежать мне? – подумал Джейс. – Если, конечно, я правильно поведу игру». Ему не раз приходилось стоять за прилавком, когда возникала нужда подзаработать немного. С цифрами-то он управляться умеет. Может быть, это и окажется его золотой жилой и не понадобится отправляться в горы на разработки.

Большой Джим показывал магазин и складские помещения. Бет всюду следовала за ними по пятам как тень.

– Это первоклассное торговое заведение, мистер Саутгейт. Могу только надеяться, что я вас не подведу.

Большой Джим смерил его оценивающим взглядом. Они стояли почти лицом к лицу. Джейс оказался примерно на дюйм выше.

Большой Джим ответил хитроватой усмешкой.

– Можете не волноваться. Я не сомневаюсь, что здесь вы окажетесь на месте. Во всех смыслах. Понимаете, о чем я?

Джейс не был уверен, что правильно понял, однако переспрашивать не стал.

– С чего начнем, сэр?

Тот ответил широкой улыбкой.

– Можем начать с того, что ты будешь называть меня Большой Джим. Хватит этих глупостей вроде «мистер Саутгейт» и «сэр». Мы с тобой находимся на Западе, а не на дамском чаепитии.

– Смотрите, кто пришел! – воскликнула Бет и радостно кинулась к пожилому человеку.

Он дружески похлопал по ее котелку. Большой Джим знаком подозвал вошедшего.

– Джейс, познакомься. Это Билли Ди. Он будет помогать тебе в мое отсутствие. Билли Ди, это мой новый управляющий Хорэс Перкинс.

Билли Ди оказался седым плешивым стариком с обветренным, изборожденным морщинами лицом, слезящимися глазами и шишковатым красным носом, свидетельствовавшим о пристрастии его обладателя к выпивке. Он протянул руку, с отвращением глядя на приехавшего франта, потом вытер ладонь о свою рабочую рубашку и протянул снова.

– Здрасте. – Он окинул Джейса враждебным взглядом из-под кустистых бровей. – Как поживаете?

Джейс крепко пожал ему руку.

– Очень хорошо, Билли.

Старикан тоже, как видно, поживал неплохо. Судя по всему, принял сейчас такой коктейль, что другой бы на ногах не устоял.

– Меня зовут Билли Ди, парень. И я не собираюсь менять имя ради такого, как ты.

Джейс изобразил приторную улыбку.

– Конечно, приятель, конечно.

«Интересно, скольких покупателей этот остолоп уже отпугнул своим видом и обращением? Ну, ничего, теперь, с моим приходом, все изменится».

Большой Джим смотрел на Джейса так, будто был разочарован тем, что тот не ответил на оскорбление.

– Нечего вскидываться, Билли Ди. Ты выяснил, что пропало?

– Две туши бекона и мешок бобов. И еще один… этот… гальванизированный кофейник.

– Черт побери, кто у нас сторож, приятель?! Как могло все это исчезнуть прошлой ночью? Уже третий раз за последние две недели! Сколько замков я еще должен поставить? Тебя что, не было на складе в это время?

Глаза у Билли Ди забегали.

– Я спал как младенец и ничего не слышал.

– Трезвый? – тихо спросил Джейс. Старик двинулся на него с кулаками.

– Ах ты, паршивый сосунок, дерьмо собачье…

– Прошу прощения, Большой Джим, – спокойно сказал Джейс и схватил Билли Ди за плечо.

Казалось, это был небрежный жест, однако пальцы его сжались с такой силой, что старик сморщился от боли.

– Слушай меня, ты, сукин сын! Я в своей жизни уже встречал отребье вроде тебя. Если узнаю, что кражи – дело твоих рук, пристрелю прямо на улице, как собаку.

Билли Ди застыл, открыв рот.

– Ну… з-з-зачем же так… Пропало-то всего ничего. Может, у кого из старателей деньги кончились.

– В таком случае мы дадим им кредит, в магазине. Нечего рыскать с черного хода. Ты меня понял?

Он крепче сжал пальцы, ощущая хрупкие кости старика под рубашкой.

Билли Ди скрипнул зубами от боли и быстро закивал.

– Как скажешь, приятель.

Большой Джим дружески хлопнул Джейса по спине, отчего у того сразу заболели сломанные ребра. В магазин вошли несколько человек.

– Ну, мой мальчик, ты уже одержал верх над Билли Ди. Посмотрим, как у тебя пойдет дело с покупателями.

Следующие несколько часов новый управляющий крутился волчком без остановки. Не то чтобы это составляло для него слишком уж тяжелый труд. Большой Джим подсказывал ему цены, а Билли Ди доставал все необходимые товары. Джейс даже Бет подключил к работе: девчушка с удовольствием перевязывала пакеты бечевкой.

На редкость обаятельному управляющему удалось уговорить жену горняка купить лишний ярд набивного ситца, а владельца нового салуна он убедил в том, что стекло у Большого Джима лучшее на всей Миссисипи. Джейс даже сумел предотвратить ссору между двумя проститутками из-за последней пары модных ботинок на шнурках.

– Мадам, – обратился Джейс к одной из них, держа на весу красную нижнюю юбку, – я убежден в том, что ступни ног – это еще не самое лучшее, что у вас есть. Давайте покажем кое-что из вашей великолепной фигуры. Яркая полоска из – под юбки, когда вы ее приподнимете, привлечет взгляды мужчин как раз к тому месту, какое нужно. Пусть ботинки достанутся вашей подруге. А вот этот предмет женского туалета я с удовольствием продам женщине, которая его достойна.

После этого легко убедил вторую проститутку, что у нее самые изысканные ступни ног, какие он в своей жизни имел удовольствие лицезреть, и подруги удалились рука об руку, вполне довольные своими покупками.

Джейс потянулся и зевнул. Все это замечательно, но он устал. Болела грудь, голова гудела. Пожалуй, не стоило так надрываться в первый день. Он еще не совсем поправился.