Джейн Арчер - Атлас и серебро

– Ну, я бы моментально тебе опостылела, и мне не с кем было бы играть в карты!

– Поверь мне на слово: ты никогда мне не опостылеешь, а в карточной игре попросту не будет нужды, – его глаза вспыхнули.

Шенандоа не могла не прочесть скрытую в них мысль и растерянно потупилась под его пристальным взором.

– Но этому не суждено случиться, верно? – с печалью в голосе закончил он. – Так что лучше сейчас устроиться на ночь. Нам предстоит еще один бесконечно длинный день езды по жаре.

– Хорошо, – согласилась она, пряча карты. Обернувшись к Роже, Шенандоа обнаружила, что он все еще не двинулся с места и не сводит с нее глаз.

– Шенандоа, ночь будет холодной. Лучше тебе лечь поближе – нам обоим будет теплее. – С этими словами он привлек ее к себе и накинул одеяло. – Вот так, именно этого я и хотел, – заключил Роган, крепко обнимая спутницу.

Глава 5

«Эль-Торо-Роджио» оказалось двухэтажным зданием из кирпича, возвышавшимся над убогими саманными хижинами, которые и образовывали сонную, пыльную мексиканскую деревушку. К длинной коновязи у входа в таверну было привязано несколько лошадей под седлами. Повсюду царил один цвет – цвет песка в пустыне. Его монотонность нарушали лишь яркие наряды женщин, бравших воду из колодца в центре деревенской площади.

Все они как по команде обернулись в сторону Роже и Шенандоа, шагом въехавших на площадь. И никто из сельчан не промолвил ни слова. Путеводителем для приезжих послужила вывеска с нарисованным на ней рыжим быком: она скрипела под ударами ветра на ржавых петлях, торчавших над входом в таверну. Внимательно осмотревшись, Роже знаком велел Шенандоа спешиться. Затем путники привязали своих мустангов к коновязи, сняли седельные сумки и вошли внутрь.

Из жаркого, солнечного дня они шагнули в сумрак и прохладу, под защиту толстых кирпичных стен таверны.

Подождав, пока глаза привыкнут к темноте, они внимательно присматривались к обстановке.

По дальней стене тянулся бар со стойкой; в зале стояло несколько добротных деревянных стоЛов и стульев, почти сплошь занятых любителями выпивки и карточной игры. Кроме того, здесь имелись две тесные комнатки, отделенные от общего помещения занавесками из висячих стеклянных бус. Бармен – плотный, рослый американец – окинул вошедшую парочку оценивающим взглядом.

Роже решительно направился к нему, Шенандоа двинулась следом за ним, – оба отлично понимали, что все присутствующие насторожились, обратившись в зрение и слух. Отныне и до той самой минуты, когда им удастся – если удастся – освободить Арабеллу, любая ошибка в игре означала верную смерть. Их могли прикончить не задумываясь, а тела бросить в пустыне на растерзание стервятникам.

– Мы только что приехали, – произнес Роже по-английски. – И ищем подходящую нору, чтобы отлежаться.

– Что-то не встречал вас в наших краях, – отвечал бармен, с преувеличенным тщанием вытирая тряпкой поверхность бара.

– Да, мы здесь впервые. Нам только что удалось обстряпать одно дельце по ту сторону границы, и кое-кто шепнул нам, что здесь самое подходящее местечко для отдыха.

– Возможно. А что за дельце вы обстряпали?

Роже покосился на спутницу с легкой ухмылкой. Шенандоа улыбнулась в ответ, вдруг впервые за много дней почувствовав себя спокойно. Игра наконец-то началась!

– Скажем так: помогли кое-кому избавиться от лишнего багажа. Верно, Крошка До?

– Все верно, милый, – подтвердила она и обратилась к бармену: – У нас это классно выходит – помогать людям справиться с лишним багажом, – и она рассмеялась грудным смехом. – А мы только рады помогать ближним. Правда, Дирк?

– Спорю на что угодно. Вот только устаешь при этом чертовски. Так у вас найдется для нас местечко, мистер?..

– Зовите меня Редом[2], – отвечал бармен, все еще глядя на них с подозрением, хотя явно чуть дружелюбнее, чем вначале.

Только теперь Шенандоа обратила внимание на тронутые сединой рыжие усы и остатки рыжих кудрей на затылке у хозяина таверны, – большая же часть черепа была лысой, как коленка.

– Когда-то я был рыжим, – пояснил бармен, кивая Шенандоа. – Оттого и таверна названа «Рыжий бык».

– Отличное название! – улыбнулась она.

– В наши края не часто заглядывают красотки, конечно, исключая мексиканок, – продолжал бармен галантный диалог. – С чего бы вдруг такой леди иметь дела с таким малым, как этот Дирк?

Роже, моментально оказавшись рядом, демонстративно обнял Шенандоа за плечи. Она прижалась к нему, послав бармену взгляд, по ее мнению, исполненный игривости.

– Это мой парень. И я пойду за ним в огонь и в воду! – выпалила она.

– И вечно девчонки клюют на таких вот смазливых типов! – фыркнул Ред. – Вроде бы не может случиться, что классному любовнику просто досталась не та упаковка!

– Ну, обо мне ты можешь не беспокоиться, – заверила его Шенандоа, еще плотнее прильнув к Роже. – С любовью у нас все в порядке!

– Только это от вас и услышишь, – посетовал бармен, вернувшись к своим обязанностям за стойкой бара. – Там, наверху, есть отличные чистые комнаты. В них убирает мексиканка. Она же и готовит. Но сперва хочу взглянуть, есть ли у вас золотишко. И учтите: неприятности мне здесь ни к чему, я содержу приличное заведение.

– Мы тоже не ищем неприятностей, – ответил Роже, швыряя на прилавок полновесный золотой американский доллар.

– Отлично, – Ред проверил монету на зуб. Несколько смягчившись при виде настоящего металла, он добавил: – Небось вы и в карты перекинуться не прочь?

– Вот Крошка До – она охоча до покера. И будь я проклят, если ей не удастся отыграть этот золотой обратно в мой карман. Верно, Крошка?

– Вот только распакуем вещи – и тут же сядем за стол. Ты ведь составишь нам компанию, Ред?

– С удовольствием, Крошка До. Да и здесь найдется немало парней, которые будут рады сыграть с тобой.

– Ну что ж, я непременно предоставлю им шанс... попозже.

– А сейчас было бы не худо стряхнуть дорожную пыль. – В подтверждение своих слов Роже хлопнул по рукаву, подняв целое облако пыли.

– Идет. Первая комната направо на втором этаже. Целиком к вашим услугам.

– Спасибо. – Кивнув хозяину, Роже повлек за собой Шенандоа, не преминув многозначительно заглянуть в глаза каждому из посетителей, кто осмелился проводить их взором.

Только закрыв за собой дверь, Шенандоа позволила себе перевести дыхание:

– Роже, как по-твоему, нам поверили?

– Пожалуй, что да, но лучше зови меня Дирк. Мы не имеем права ошибаться, а за дверью могут подслушивать.

– Верно. Здесь нигде нельзя считать себя в безопасности, верно?