Джулия Гарвуд - Ангел – хранитель

Ознакомительный фрагмент

Кейн уселся на диван рядом с ней. Все еще хмурясь, он привлек ее к себе.

– Я настоятельно прошу вас не забывать, что мне не нравится, когда меня поджигают, – прохныкала она, уткнувшись ему в бок.

– Это судьба, – улыбаясь, прошептала Кристина мужу. – По-моему, нам лучше их сейчас оставить. Джейд, твоя спальня – первая справа от лестничной площадки. Кейн, твоя дверь следующая. – И она заставила подняться все еще не решавшегося уйти супруга.

– Душа моя, – возразил Лайон. – Я хотел бы знать, что все-таки случилось.

– Успеешь удовлетворить свое любопытство завтра, – пообещала Кристина. – Да и Дакота скоро поднимет нас. Тебе не мешало бы отдохнуть.

– Кто такой Дакота? – Джейд с улыбкой смотрела на то, сколько нежности проявляла друг к другу счастливая пара. В глазах у них сияла такая любовь… Она внезапно ощутила жгучую зависть, но постаралась подавить это чувство.

– Дакота – наш сын, – пояснил Лайон. – Ему почти шесть месяцев. Утром вы непременно познакомитесь с маленьким забиякой.

С этими словами он аккуратно прикрыл за собой дверь, и Джейд тут же попыталась отстраниться от Кейна.

– Джейд, я совсем не хотел вас высмеивать, – прошептал он – Я просто хотел разобраться. Вы не можете не согласиться что эта ночь оказалась довольно… нелегкой. А у меня к тому же такое чувство, будто я бегаю по кругу. Не так-то часто ко мне приходят леди и с милой улыбкой просят их убить.

– А я была милой? – Улыбаясь, она подняла на него глаза.

Он медленно кивнул. Ее губы были так близко и так влекли к себе! Не успел он сообразить, что делает, как уже наклонился и коснулся ее губ нежным, легким поцелуем.

Все произошло так быстро, что она не успела даже возразить.

– По-моему, неплохо, – шепнул он, и Джейд не смогла удержаться от ответной улыбки. Кейн снова прижал ее к себе, чтобы избежать искушения поцеловать еще раз, и добавил:

– Вам пришлось пройти сквозь ад, не так ли? Отложим разговоры до утра. Когда же вы как следует отдохнете, займемся вашими несчастьями.

– Очень мило с вашей стороны, – ответила она с искренним облегчением. – Ну а теперь будьте любезны объяснить мне, почему вы притворились Дикарем? Таким способом вы якобы надеялись выманить его, но почему…

– Старался уязвить его гордость, – пояснил он. – И разозлить настолько, чтобы он сам явился ко мне. Ведь если бы кто-то посмел выдавать себя за меня, я бы… Ох, черт, – пробормотал он, – как глупо. – Он поймал себя на том, что неосознанно перебирает мягкие локоны Джейд. – Просто остальные уловки не сработали. Даже награда за его голову.

– Вы хотели познакомиться с ним?

– Я хотел убить его.

По тому, как она замерла, он счел, что напугал ее.

– А если бы он прислал вместо себя кого-то другого, чтобы поддразнить вас, вы бы убили и этого человека тоже?

– Убил бы.

– Вы что же, профессиональный убийца? И таким способом прокладываете себе дорогу в жизни?

– Нет, я не убиваю ради собственной выгоды. – Он понял, что ее глаза наполнились слезами, хотя она смотрела на огонь.

– Но ведь вам уже приходилось убивать?

– Да, когда не оставалось иного выхода.

– А вот я никогда не убивала.

– Мне бы и в голову про вас такое не пришло, – мягко улыбнулся он.

– И вам действительно так уж необходимо убить пирата?

– Да, – грубо отрезал он в надежде, что она прекратит расспросы. – И я готов перебить всех его приспешников, если иначе до него не добраться.

– Ах, Кейн, как бы я хотела, чтобы вы никого не убивали! – воскликнула Джейд, чуть не плача.

Кейн откинулся на спинку дивана и, прикрыв глаза, вымолвил:

– Вы нежная леди, Джейд. Этого вам просто не понять.

– Так объясните же мне, – настаивала она. – Дикарь совершил столько чудесных поступков. Вы согрешите, если…

– Чудесных поступков? – перебил Кейн.

– Наверняка вам известно, что этот пират делится добычей с бедняками, – заявила она. – Да, и на нашей церкви отстроили новую колокольню от его щедрот.

– Щедрот? – Кейн тряхнул головой. Игра словами! – Этот малый не кто иной, как обычный воришка. Он грабит богатых…

– Он грабит богатых оттого, что у них и так всего вдоволь, и они не обнищают, если потрясти их мошну. А у бедных попросту нечего взять.

– Похоже, вы неплохо о нем осведомлены.

– О похождениях пирата известно всем. Он кажется таким романтичным.

– Похоже, вы почитаете его истинным рыцарем!

– Может, он такой и есть, – отвечала она, уткнувшись в его грудь. – Дикарь никому не причинил зла… И с вашей стороны не слишком благородно пытаться выследить его.

– Если вы так уверены, что он никого не убивал, так зачем же отправились его искать? Помните, вы хотели, чтобы он убил вас?

– Помню, – признала она. – А вы не будете смеяться, если я расскажу свой настоящий план?

– Обещаю, – произнес он, дивясь ее неожиданной откровенности.

– Я надеялась… ну, конечно, если он не захочет меня убивать… ну, может быть, тогда заберет меня на свой загадочный корабль и укроет там до тех пор, пока не вернется мой брат.

– Упаси вас Господь, если вы и вправду до такого додумались, – заметил Кейн. – Вы явно наслушались всяких небылиц. И к тому же глубоко ошибаетесь. Этот мерзкий пират уже запятнал себя убийством.

– И кого же он убил?

Кейн долго молчал, глядя на огонь в камине. А когда наконец ответил, в его голосе прозвучал ледяной гнев:

– Дикарь убил моего брата, Колина.

Глава 4

– Ох, Кейн, мне так вас жаль, – прошептала она. Наверное, вы места себе не находите от горя. Колин был старшим или младшим братом?

– Младшим.

– И давно погиб?

– Несколько месяцев назад.

– Должно быть, ваша семья сильно переживала, – еле слышно заметила она. – Ваши родители живы?

– Да, но отец никак не желал смиряться со смертью Колина. Он словно утратил смысл жизни.

– Не понимаю, – промолвила она.

– Отец всегда занимался политикой. Он был весьма известен как защитник бедноты, Джейд, и был способен горы свернуть, чтобы облегчить ее участь.

Девушка схватила его руку и прижала к груди. Вряд ли она сделала это осмысленно. Скорее всего ей просто хотелось утешить его. Но ему был приятен и сам поступок, и породивший его порыв.

– Да, – очнулся Кейн. – Отец, к примеру, мог противодействовать росту налогов.

– Но он оставил эти важнейшие дела?

– Он оставил все дела до единого, – подтвердил Кейн. – Политику, семью, друзей, клубы. Теперь он даже не читает газет. Все время сидит взаперти у себя в кабинете и думает. Я решил, что если Дикарь получит по заслугам, то отец… Черт, не знаю. Но сейчас он просто конченый человек.