Софи Джордан - Ночь перед свадьбой

– Пройдите в дом. Салли не понравится, что я задерживаю вас, миледи.

Мистер Финней ввел ее в дом. Колфилд, как заметила Мередит, не последовал за ними. Она не сомневалась, что ему предстоят и другие дела, которые подорвут ее авторитет, – наверняка где-то должен родиться ребенок или где-то надо покрыть соломой крышу. Мрачные мысли, не оставляли ее, когда она, устроившись на стуле, пыталась сосредоточить внимание на бесконечных жалобах Салли.

– Живот так раздулся, что я не могу ходить. В прошлые разы мне не было так плохо, – жаловалась Салли, утонувшая в постели под тяжестью огромного живота, а несколько подушек подпирали ее спину.

– Может быть, поможет, если подложить подушку под ноги, – предложила Мередит и встала, чтобы взять и подложить подушку.

Салли пожала плечами.

– Я на все согласна, миледи.

Мередит воспользовалась моментом, чтобы выглянуть в открытое окно и посмотреть, где Колфилд.

– Мари принесла вам свой особый чай? – рассеянно спросила она.

– Да, миледи. Она оставила здесь травы и показала моей Кейт, как их заваривать.

– Хорошо. И не стесняйтесь послать за Мари, когда придет ваше время. У нее есть опыт в таких делах.

– Я всегда благополучно рожаю моих детей, миледи. Мне не нужна вся эта суета. – Салли помахала в воздухе рукой, как будто отгоняя мух.

– Я настаиваю на этом. – Мередит оторвала взгляд от окна и сурово посмотрела на Салли. – Вы еще получите выговор от меня, если не послушаетесь.

Салли снисходительно улыбнулась:

– Ах, миледи, не надо суетиться вокруг меня как наседка. Я делала это множество раз.

– Салли, – с притворной строгостью предупредила Мередит, – вы дали мне слово.

– Да. – Салли подняла руки в знак того, что охотно сдается. – Обещаю, я пошлю за Мари, когда придет мое время.

Мередит еще немного задержалась, приготовляя свежую заварку чая, оставленного Мари. Наконец она встала, чтобы попрощаться, и обещала заехать через неделю.

– Надеюсь, младенец к тому времени уже будет здесь. – Салли потерла живот. – Не могу больше терпеть.

– Значит, я приеду к вам обоим.

– С медовыми лепешками вашей кухарки? – спросила с предвкушением Салли, причмокнув губами.

Мередит улыбнулась. У нее уже стало традицией приносить корзинку медовых лепешек и небольшие подарки в каждую семью, где рождался ребенок.

– Обязательно. И поскольку ваша семья увеличивается, я попрошу кухарку приготовить две корзинки.

Салли была довольна, и Мередит оставила ее. Она пробыла у Салли довольно долго и не ожидала увидеть Колфилда возле дома. Он небрежно набросил сюртук на плечи и теперь выглядел вполне пристойно, хотя все еще не совсем прилично одетым. По крайней мере его прекрасный мускулистый торс не так бросался в глаза. Он не носил галстука, его покрытая темным загаром шея резко выделялась на фоне белизны его рубашки, только наполовину заткнутой в облегающие бриджи для верховой езды. При виде его у Мередит пересохло во рту. Его мокрые волосы блестели в лучах солнца. Представив его умывающимся у колодца, его мощную фигуру, покрытую льющимися по его коже капельками воды, она почувствовала волнение.

Неприятно пораженная своими плотскими мыслями, Мередит поспешно отвела взгляд, заметив, что его конь привязан рядом с ее лошадью. Оба животных терпеливо ждали, а он болтал со старшей дочерью Финнея. Незаметно Мередит со все возрастающим подозрением бросила взгляд на милую парочку. У темноволосой Кейти была слишком большая для ее возраста грудь, и она выглядела более уверенной в себе, чем большинство женщин. Она прильнула к Брукширу и поглаживала пальцами его руку. На губах Брукшира появилось что-то напоминающее улыбку, и Мередит пыталась понять значение этой улыбки. На первый взгляд она казалась слегка снисходительной, но, без сомнения, за этой коварной усмешкой скрывались нечистые помыслы. Возможно, он намеревается во время пребывания в Оук-Ран развлечься и соблазнить молодую деревенскую девушку.

Мередит сжала губы и, со злостью постукивая себя хлыстом, направилась к этой парочке. Они заметили ее только тогда, когда она взяла поводья Петунии. Кейти вздрогнула и с виноватым видом убрала руку с его плеча.

– Думаю, ты нужна твоей матери в доме, Кейти. – Мередит сердито посмотрела на девушку поверх спины лошади.

Покраснев до корней волос, девушка, прежде чем ответить ей, взглянула на Колфилда. – Да, мэм. – Она неуклюже присела перед ним, изображая реверанс. – До свидания, милорд.

Мередит, поспешно садясь в седло, на минуту замешкалась, и тогда большая рука подтолкнула ее под ягодицы и бесцеремонно усадила в седло. Подавив возмущенный крик, она выпрямилась в седле и с негодованием посмотрела на него. Ее пальцы вцепились в хлыст, и ей безумно захотелось ударить им по этому ухмылявшемуся лицу и прогнать усмешку из его глаз. Глубоко вдохнув, она напомнила себе о необходимости вести себя прилично… даже если он не вел себя прилично.

– Я не просила вашей помощи, милорд. – Она яростно затрясла головой, смахивая с лица выбившиеся из-под шляпки непослушные пряди.

– Я подумал, что могу помочь. – Улыбаясь, он пожал плечами.

– Я не нуждаюсь в подобной вашей помощи. – Глядя на него сверху вниз со спины лошади, она позволила себе вложить в свой голос необходимую дозу холода.

Его глаза смеялись.

– Не смог удержаться. – Он приложил к груди руку. – Такова моя натура – помогать другим.

Все еще чувствуя обжигающее прикосновение его руки, Мередит посмотрела в сторону дома и заметила Кейти, тоскливо выглядывавшую из окна.

Он проследил за ее взглядом.

Было заметно, как, оказавшись в центре их внимания, Кейти вздрогнула и, отступив от окна, скрылась.

– Думаю, я начинаю понимать вашу натуру, милорд. – В ее голосе звучало презрение, когда она отвернулась от опустевшего окна. Он был развратником, готовым соблазнять всех, кто носил юбки.

Он посмотрел ей в глаза темным задумчивым взглядом.

– Значит, вы меня так хорошо знаете? Вы думаете, что я интересуюсь маленькими девочками?

Почти без колебаний она быстро кивнула, подтверждая его слова. Он был смелым, грешным человеком, который был готов погубить любую бедную деревенскую девушку, влюбившуюся в него. Он прожил неправедную жизнь. Это было совершенно ясно. Трудную жизнь безбожника. Сам ли он сделал ее такой или нет, тем не менее это была его жизнь.

Он понизил голос:

– И вы это видите, когда смотрите на меня, леди Брукшир? – Сочетание пристального взгляда темных глаз и этого мягкого звучного голоса дрожью пробежало по ее телу, будоража кровь. Неожиданно она почувствовала, что не совсем уверена в том, о чем они говорили. Что же она видела, когда смотрела на него? Когда истина дошла до нее, то это было самое страшное из того, что могло привести ее в ужас.