Мюриэл Митчелл - Детство Скарлетт

«Если она сейчас меня ужалит, я обязательно закричу. А если я закричу, то тогда Рональд и Клеопатра меня смогут увидеть. Боже, как же мне будет стыдно, если меня поймают за этим занятием и догадаются о том, что я подслушала их разговор».

Но пчела, пробежав по ее шее, вдруг резко загудела и улетела.

«Господи, слава Богу, наконец-то она улетела. Какие же мерзкие насекомые, эти пчелы! Они даже хуже, чем саранча. Саранча хоть не кусается, а пчела может ужалить».

Но вдруг жужжание снова приблизилось. Скарлетт закрыла ладонями шею, зажмурила глаза и как могла сильнее втянула голову в плечи.

Пчела продолжала жужжать над самой головой, а в ее лицо тыкались своими шелковистыми лепестками цветы, пыльца падала на щеки и в ноздри. И Скарлетт показалось, что вот сейчас, именно в этот момент она чихнет, настолько дурманящим и сладким был аромат пыльцы.

Она даже пальцами потерла нос, чтобы не чихнуть.

Гудение пчелы постепенно удалялось.

«Слава Богу, пронесло, можно сидеть и слушать дальше. Неужели, они так и не скажут ничего друг другу очень важного?»

Ведь все то, что она уже сегодня слышала, прячась в оранжерее, для нее не являлось большим секретом, о многом она догадывалась.

У Скарлетт была прекрасно развита интуиция, и о многих вещах она догадывалась только по каким-то неуловимым движениям, по вздоху, по кивку головы, по прикосновению рук. Но самыми красноречивыми были, конечно же взгляды.

Глава 4

Когда Рональд и Клеопатра покинули оранжерею, Скарлетт вздохнула с облегчением. Она перевела дыхание и подумала о том, какая же все-таки несчастная Клеопатра и несчастная потому, что честна.

Скарлетт уже больше не дурманил запах цветов, она уже свыклась с ним, как свыклась и с большой влажностью в оранжерее.

Тут на глаза Скарлетт попалась великолепная роза. Она вспомнила разрешение миссис Макинтош срезать все цветы, какие ей только понравятся.

Поэтому Скарлетт взяла ножницы и срезала пышную пурпурную розу на длинном стебле. С нею в руках она и вошла в дом.

— Какой чудесный цветок! — изумилась миссис Макинтош, завидев Скарлетт. — Я и не подозревала, что в моей оранжерее растут подобные цветы.

— Может, не стоило его срезать, миссис Макинтош? — спросила Скарлетт. — Но он мне так понравился, что я не смогла сдержаться.

— Да что ты, цветы для этого и растут. Ты правильно сделала, милая, ведь иначе бы этот цветок никто бы не заметил, и он отцвел бы и погиб.

Скарлетт, поднявшись в свою комнату, присоединила розу к букету. Цветок, конечно возвышался над всеми остальными, но он этого и стоил.

Скарлетт сидела на кровати, рассматривая свой чудесный букет. И тут ей в голову пришла немного странная мысль.

«А что было бы плохого, если бы Рональд и Клеопатра заметили меня в оранжерее? В конце концов, неудобно должно было быть им, а не мне, ведь я первая пришла туда и не я вела эти странные разговоры».

Охваченная такими мыслями, Скарлетт разволновалась, теперь появилось оправдание ее поступку.

«Я же ничего плохого не сделала, — уговаривала себя Скарлетт. — Конечно, я с самого начала могла дать понять Рональду и Клеопатре, что я слышу их, но ведь они успели сказать первые слова, не предназначенные для чужих ушей, и я бы только смутила их. В конце концов, каждый человек знает много такого, о чем другие и не догадываются».

Скарлетт с нескрываемым восхищением продолжала рассматривать собранный ее же руками букет.

И тут ей в голову пришла блестящая идея: каждый цветок похож на человека.

«На кого же похожа вот эта роза, что я срезала? — Скарлетт приблизилась и прикоснулась кончиками пальцев к шелковистым лепесткам розы, на которых еще поблескивали капли росы. — На Клеопатру она не похожа, потому что слишком уж она яркая и насыщенная и слишком уж этот бутон распустился. На меня? — Скарлетт посмотрела на себя в зеркало. — Нет, на меня она тоже не похожа, мне подошла бы белая роза, которая еще не распустилась, а ведь эта такая пышная, такая яркая…

Скорее всего, она подходит миссис Берлтон, ведь та такая же изящная и красивая, как эта роза.

А миссис Макинтош? Нет, ей этот цветок совершенно не подходит.

А мистеру Макинтошу цветы вообще ни к лицу. Ему больше подходят охотничьи ружья, лошади, собаки, хлысты, сапоги…

Да, этот цветок больше всего подходит Элеоноре, тем более, она такая замечательная женщина и не похожа ни на кого из тех, с кем я была знакома прежде. Мне надо этот цветок подарить ей, пусть она обрадуется, и тогда наша дружба будет еще крепче».

Скарлетт вытащила розу из букета.

Правда, шипы кололись, и Скарлетт даже поранила немного руку. Но наконец, она смогла вытащить цепкий стебель из букета.

«Где же может быть миссис Элеонора? — Скарлетт задумалась. — А где бы могла находиться я?»

Почему-то Скарлетт уже начала сравнивать себя с миссис Элеонорой.

«Конечно же я сидела бы у пруда и любовалась изящными птицами. Наверное, она там, на берегу, на белой скамейке, читает какую-нибудь книгу на французском языке. Как жаль, что я не могу прочесть те книги, которые читает миссис Элеонора! Наверное, они очень интересные — и все о любви».

И Скарлетт, держа на вытянутой руке цветок, заспешила к пруду.

И действительно, уже издалека она заметила миссис Берлтон, чья изящная головка была склонена над раскрытой на коленях книгой. Тяжелые серьги в ушах сверкали, и этот блеск привлек и манил Скарлетт.

Она заспешила к женщине. Но она шла так, чтобы та, если вдруг оглянется, не подумала, что Скарлетт спешит именно к ней.

Скарлетт подошла к Элеоноре очень тихо, крадучись, как кошка, и через плечо заглянула на страницу раскрытой книги: вместо закладки была записка. На голубоватой веленевой бумаге размашистым почерком было написано несколько слов, и Скарлетт успела их прочесть до того, как Элеонора захлопнула книгу: «Встретимся в библиотеке в полночь».

— Это ты? Изумленно воскликнула Элеонора и немного смутившись, прижала книгу к груди.

— Да, Элеонора, это я.

— Какой у тебя замечательный цветок! — воскликнула женщина.

— Это тебе, — Скарлетт протянула распустившуюся розу женщине, все еще не привыкнув называть ее Элеонорой.

— Спасибо, дорогая, — миссис Берлтон приподнялась со скамейки, прижала Скарлетт к себе и поцеловала в волосы. — Ты уже подумала над моими словами, подруга? — сказала Элеонора.

— Да, — Скарлетт кивнула в ответ.

Женщина взяла тонкими розовыми пальцами, на которых сверкали перстни, цветок, поднесла к лицу и вдохнула аромат.