Хиллари Эскотт - Испытание любви

— Завтра Кейт вернется, — сказал отец. — Если ты все еще будешь нуждаться в помощи, думаю, она тебя выручит.

Мей ничего не оставалось, как позвонить в специальное агентство и заказать на следующий день девушку-продавщицу. Все утро она обслуживала клиенток, пришедших посмотреть на новые товары. Поступали также телефонные просьбы отложить определенную вещь на пару часов. Это означало, что пустовать бутик не будет.

В полдень Мей вывесила табличку с надписью "Буду через десять минут" и побежала в соседнее кафе. Там она заказала сандвич и кофе на вынос, намереваясь перекусить в магазине. Возможно, ей даже удастся сделать это без помех.

— Мей! — внезапно раздалось за спиной. Знакомый акцент не оставлял сомнений в том, кому этот голос принадлежит. Мей почувствовала, как на затылке зашевелились волосы. Нет, только не это! — взмолилась она про себя. Однако, обернувшись, увидела сидящую за ближайшим столиком Франческу.

Присутствие соперницы именно в этом кафе вряд ли можно было счесть простым совпадением. Выходит, Франческа успела изучить ежедневный график Мей?

— Здравствуй, — сухо кивнула Мей, которая не могла отойти от прилавка, пока не принесут заказ.

— Почему бы тебе не присесть за мой столик?

Еще чего недоставало!

— Я спешу. Мне нужно поскорее вернуться в бутик. Как-нибудь в другой раз. — Которого никогда не будет.

— Ладно, тогда я чуть позже загляну к тебе.

Мей едва удержалась, чтобы не сказать: "Пожалуйста, не нужно". В этот момент девушка за прилавком подала ей накрытый крышкой стаканчик с кофе и пластиковый контейнер с сандвичем.

— До свидания, Франческа.

Обычную формулу прощания Мей произнесла на ходу, направляясь к двери. Она не собиралась любезничать с этой особой. Если бы от нее что-то зависело, Мей вообще предпочла бы не иметь с итальянкой никаких дел. К несчастью, та придерживалась на сей счет иного мнения.

Отпирая бутик, Мей услыхала, что внутри надрывается телефон. Она бросилась к нему и схватила трубку. Звонил Коста.

— Мне презентовали билеты на сегодняшнюю премьеру фильма, — сообщил он без всякой преамбулы, присовокупив название киноленты и имя режиссера. — Буду дома в шесть.

— Большое спасибо, — с иронией произнесла Мей.

В ответ прозвучал хрипловатый смешок.

— Будь осторожна, дорогая. Не перетруждай себя.

Попробуй тут не перетруждаться, думала Мей, обслуживая клиенток, которые как на грех пошли одна за другой, отвечая на телефонные звонки и в промежутках откусывая по кусочку от сандвича.

Впрочем, все это доставляло Мей удовольствие. Ей нравилось выбирать вещи вместе с посетительницами, давать советы относительно приобретения той или иной пары обуви, подходящих аксессуаров, бижутерии. Это был ее мир, здесь она могла проявить все свое дизайнерское искусство. И даже заказывая товар у поставщиков, она исходила из осознания вкусов некоторых постоянных клиенток.

Бутик никогда не был для Мей просто местом работы, и она вряд ли когда-либо сможет изменить к нему отношение. Перспектива продажи магазина и ухода от дел не возникала для Мей даже на горизонте. Хотя, вероятно, рано или поздно придет время, когда они с Костой решат завести детей. Вообще-то ребенок имеет огромное значение для их брака, потому что обеим семьям требуется наследник того громадного состояния, которое обязано будет перейти к молодому поколению.

Однако вопрос, когда именно должен появиться ребенок, пока не обсуждался супругами. Коста согласился с предложением Мей подождать годик-другой, а сама она полагала, что тридцать лет — хороший возраст для того, чтобы отказаться от контрацепции.

Собственно, почему мои мысли потекли сегодня в этом направлении? — спросила себя Мей. Не потому ли, что поступила угроза от Франчески?

Однако недоставало еще использовать ребенка в качестве предмета торгов или, что гораздо хуже, в виде орудия для спасения брака!

Мысли Мей были прерваны звоном дверного колокольчика. Пожаловала новая клиентка. К несчастью, ею оказалась Франческа. Помяни черта, и он тут как тут!

— Ланч у меня получился долгим, а потом еще захотелось пройтись по магазинам, — сообщила прелестная итальянка, прямиком направляясь к стенду с шелковыми блузками. — Я тут заприметила вчера нечто такое, что хотела бы купить. — Она начала перебирать пластмассовые вешалки. Спустя пару минут на ее красивом лбу образовалась хмурая поперечная складочка. — Может, ты сняла эту вещицу? — Франческа описала блузку, назвала цвет и размер, а затем уставилась на Мей так, словно ожидала, что та извлечет требуемое из воздуха.

— Эту блузку я продала вчера после обеда.

— Закажи для меня такую же!

Слова прозвучали не как просьба — как команда. Мей даже задохнулась на миг, но потом справилась с собой и ответила с подчеркнутым спокойствием:

— Могу попытаться, но трудность заключается в том, что все эти вещи из эксклюзивной коллекции.

Франческа пристально взглянула на нее, словно гадая, нет ли здесь подвоха.

— Позвони и закажи. Я хочу эту блузку. Мей в свою очередь смерила итальянку взглядом и решила, что в любезность играть нечего.

— Ты не можешь владеть всем, чего желаешь. Содержавшийся в этих словах намек понял бы даже полный идиот. Франческа несколько секунд изучала свои холеные руки, потом ядовито усмехнулась.

— Ошибаешься, прелесть моя. Я всегда получаю желаемое.

— Правда? — ехидно произнесла Мей. — Что ж, возможно, сейчас именно тот случай, который послужит исключением из правила.

Франческа вдруг неприятно оскалилась и стала похожа на разъяренную кошку.

— Значит, война?

— Понимай как знаешь. Я не собираюсь перевязывать Косту подарочной лентой и преподносить тебе на блюде.

— А зачем, дорогая моя? Мне не нужны твои подарки. Я сама способна взять все, что мне требуется.

Мей вдруг ощутила, как ее ногти впиваются в ладони, и поняла, что слишком сильно стиснула кулаки. Однако только это помогало ей до сих пор сохранять внешнее спокойствие.

— Даже чужое?

— Подобное обстоятельство лишь прибавляет привлекательности! Брак? А что это такое? — пожала Франческа изящными плечиками. — Просто клочок бумаги с печатями.

— Если не считать взаимных клятв в верности и любви, — добавила Мей.

Франческа взглянула на нее с сожалением.

— Бедняжка! Наивна, как дитя. Ты еще веришь в идеалы?

Не только верю, могла бы сказать ей собеседница, но и выросла в окружении людей, исповедующих подобные взгляды. Любой уважающий себя бизнесмен предпочитает действовать по правилам чести. Антонио оказался единственным, кто смог набросить на глаза Мей вуаль обмана.