Мэгги Осборн - Луна прерий

– Я нигде не задерживаюсь надолго и просто не задумывался об этом.

– Не слишком похоже на город, правда? – проговорила Делла, когда они въехали на центральную улицу.

Ту-Крикс в Техасе был основан как торговое поселение, пост, в месте слияния двух не пересыхающих речушек. Вокруг поста вырос город, и Ту-Крикс стал перевалочным пунктом по дороге из Форт-Уэрта в Санта-Фе. На покрытой пылью главной улице стояли две гостиницы, три салуна, множество всяких заведений и контор. Вечером по субботам, когда работники близлежащих ферм и ранчо приходили в город, тут бывало оживленно и весело. В будни же – тихо и безлюдно.

– Одно здесь замечательно, – проговорила Делла, когда Камерон остановил повозку. – Растущие по берегам рек деревья.

Камерон помог ей вылезти из повозки.

– Банк вон там, на углу. Я возьму деньги и вернусь сюда. Потом зайду в лавку мистера Ярроу. А вы, наверное, займетесь своими делами?

– У меня дела не в городе.

Его ответ обескуражил Деллу своей лаконичностью.

– Если ваши дела не в городе, – раздраженно проговорила она, – тогда где…

В этот момент Джо Хаскер, сидевший на скамейке у банка, поднялся и загородил Делле дорогу.

– Отойди в сторону и дай леди пройти.

– Я не уступлю дорогу девке из салуна. – На лице Джо играла кривая ухмылка, в руке он держал револьвер.

Делла поняла, что дело вовсе не в ней. Она была лишь предлогом. На самом деле мальчишка хотел вступить в противоборство с легендарным Камероном!

Едва она успела подумать об этом, как ее оттолкнули в сторону. Когда она осторожно приоткрыла один глаз, то увидела, что Джо Хаскер лежит на земле обезоруженный, а над ним стоит Камерон и целится мальчишке промеж глаз. Все произошло мгновенно.

– Полагаю, ты хочешь встать и извиниться перед леди? – Тон Камерона был таким же ледяным, как и взгляд. Камерон взвел курок, не дав ему опомниться. – У тебя две секунды, чтобы принять решение.

Делла смотрела на них во все глаза. Выражение Лица Камерона не оставляло сомнений в том, что он не колеблясь нажмет на спуск и без сожалений прикончит Джо Хаскера.

Хаскер вскочил. Глаза его были широко распахнуты, лицо покраснело.

– Прошу прощения, мэм. Я был не прав. – Он покосился на Камерона. – Отдайте, пожалуйста, мои револьвер, мистер Камерон.

– Заберешь его в конторе шерифа. – Джеймс сунул пистолет Хаскера за пояс, протянул Делле руку.

Дрожа всем телом, она сделала глубокий вдох и ухватилась за его рукав. Когда сердце женщины перестало рваться из груди и к ней вернулся дар речи, Делла проговорила:

– Этому мальчишке нужен был просто предлог, чтобы убить вас.

– Увы, я его разочаровал.

– Вы с легкостью застрелили бы его… – Ее сердце все еще глухо билось о грудную клетку, во рту пересохло. Делла только что чуть было не стала свидетельницей убийства. – Вы ведь знаете, что теперь он спрячется где-нибудь и несколько дней будет взращивать свою обиду. А потом придет за вами.

Камерон посмотрел на нее и пожал плечами:

– А может быть, шериф убедит его держаться от меня подальше и тем самым сохранить себе жизнь.

Они молча вошли в банк, а когда снова вышли на улицу, там оказалось гораздо больше народу. Все с интересом смотрели на них.

Теперь она поняла, почему он даже думать не хотел о женитьбе. Какой женщине понравится, что на ее мужа охотится каждый, кому не лень, по всему Западу? И какая жена могла бы мириться с тем, что ее муж служил мишенью для всех солдат-янки в армии Союза? По спине Деллы побежали мурашки. Ведь осознавать, что каждый раз, когда видишь любимого человека, может оказаться последним, – это кошмар. Нет, такого ей больше не нужно.

Делла постарается всегда помнить об этом. Чтобы пережить горечь утраты, когда Камерон уедет. Ей будет очень недоставать его. Неделя его пребывания у нее в доме была для Деллы самым радостным событием за последние несколько лет. Но у этого мужчины нет будущего, и Делла не хотела связывать с ним свою жизнь. Не хотела постоянно трястись от страха, что его убьют.

Но, черт бы ее побрал, она лелеет призрачные надежды и строит воздушные замки!

Стоя в дальней части лавки мистера Ярроу, Делла взглянула на картофелину в своей руке и рассмеялась. Она только что приняла решение не выходить замуж за человека, у которого и в мыслях ничего подобного не было.

– Интересно, что вас так насмешило?

Делла улыбнулась. О Боже, как он красив! Ни один мужчина после смерти Кларенса не заставил дрогнуть ее сердце. Как жаль, что они совершенно не подходят друг другу. Камерон лукаво приподнял бровь, и Делла покачала головой:

– Это я просто так. Смеялась над собственной глупостью. Дайте мне несуществующую нить, и я сотку вам ковер.

Он взял у нее сетку и принялся складывать в нее картофель, который она ему подавала.

– Моя сестра тоже любила пофантазировать.

– Боже праведный! – Делла провела ладонями по лифу платья и невольно попятилась. – Джеймс Камерон рассказывает о себе?! Еще немного – и я упаду в обморок!

Его губы искривились в усмешке, в глазах заплясали веселые огоньки.

– Приношу свои извинения, постараюсь не допускать подобного впредь.

Оба рассмеялись. Делла постаралась запомнить эту минуту: они стоят в лавке, окруженные запахами солений, земли и лука. Он уедет, а она еще долго будет хранить эти воспоминания, каждый раз переживая их заново.

Если только… Она постаралась прогнать прочь мысли.

– Это было самое вкусное блюдо из всех, которые мне когда-либо довелось отведать, – сказал Камерон.

Она пожарила для него бифштекс размером с тарелку, на гарнир приготовила картофельный салате маисовыми лепешками, на сладкое – персиковый десерт и кофе.

– Да в общем-то ничего особенного, – ответила Делла, покраснев от удовольствия.

Из-за поездки в город многие домашние дела были отложены, поэтому ужинать они сели намного позже обычного. На землю уже опустилась ночь, и на веранде было гораздо прохладнее, чем накануне.

– Расскажите мне о Кларенсе, – попросил он, наблюдая за игрой пламени от свечи на ее лице. Теперь, когда у него не будет ее фотографии, придется лишь вспоминать легкий изгиб ее бровей и линию губ.

– Вы же были его другом и хорошо знали его, – произнесла она в замешательстве.

– Представьте себе, что это не так. Расскажите мне о Кларенсе, каким вы видели его.

– Что ж. – Она попробовала свой кофе, добавила еще сахара. – Он был любящим сыном, верным другом. – С минуту она размышляла. – Играл на пианино, любил охотиться. – Она задорно улыбнулась. – Знаете, он был болтуном. Боже, как же он любил поговорить! Выспрашиваете его, который час, а он выдает двадцатиминутную лекцию о том, откуда вообще взялись часы и как люди начали исчислять время!