Мэри Патни - Повеса

— Вероятно, вы хотите ознакомиться с бухгалтерскими книгами? — спросила она, взяв себя в руки. — Или вы предпочитаете прежде осмотреть свою собственность?

Новый хозяин имения снова окинул ее изучающим взглядом.

— Что я на самом деле предпочел бы, так это поговорить и чего-нибудь выпить. У вас тут есть что-нибудь?

Элис молча открыла дверцу шкафа, достала бутылку виски и два высоких стакана и налила в каждый из них на два пальца напитка янтарного цвета. Сама она пила спиртное очень редко, но посетителям иногда было приятно пропустить у нее в кабинете рюмочку. Может, виски настроит Дэвенпорта на более благодушный лад, подумала она.

Взяв у нее из рук стакан, Реджи сел, скрестив ноги. Он держался настолько же непринужденно, насколько скованной ощущала себя Элис.

— Как я понимаю, старому графу не было известно о том, что вы женщина, — в противном случае он ни за что не оставил бы вас на этой должности. — Он отхлебнул глоток. — А молодой граф об этом знает?

— Нет, — ответила Элис, садясь за стол. — В тот раз, когда он приезжал в Стрикленд, я придумала предлог, чтобы уехать из имения и не встречаться с ним. — Она тоже глотнула виски — ей требовалось согреться.

— Приятно узнать, что мой дорогой кузен не подстроил все это, чтобы нанести мне оскорбление, — пробормотал Реджи.

— Вы собираетесь уволить меня за то, что я женщина? — В голосе Элис прозвучал вызов. Она была слишком взволнована, чтобы быть вежливой.

Холодные глаза Дэвенпорта вновь оценивающе скользнули по ее лицу.

— Не надо меня подталкивать, — отрезал он. — У меня и так весьма сильно искушение вас рассчитать.

— По-вашему, женщина не в состоянии выполнять работу управляющего? — Элис испугалась, что проиграла схватку прежде, чем она началась.

— Так или иначе, очевидно, что вы с ней справляетесь, — пожал плечами Дэвенпорт. — Мне никогда не приходилось слышать о женщинах-управляющих, но женщины, которые прекрасно справляются с делами в собственных имениях, встречаются не так уж редко.

— В таком случае зачем вам от меня избавляться?

Реджи допил свое виски и потянулся, чтобы налить еще.

— Каково ваше семейное положение — вы замужняя женщина, вдова или, может быть, девица? — спросил Дэвенпорт, уходя от ответа на вопрос.

— Я не замужем, но какое это имеет значение? Элис чувствовала, что ей становится все труднее сдерживать себя.

— Прежде всего вы в любом случае слишком молоды для должности управляющего — даже будь вы мужчиной. Что же касается того, что вы не замужем, это может стать причиной всевозможных слухов и пересудов, ведь владелец поместья — холостяк.

Элис изумленно уставилась на Дэвенпорта — последняя фраза поразила ее.

— Вы хотите сказать — всем известный повеса беспокоится о своей репутации?

Неподдельное удивление, прозвучавшее в голосе Элис, заставило Реджи рассмеяться, отчего жесткие черты его лица смягчились.

— У меня такое ощущение, что слухи обо мне опередили меня, — сказал он. — Неужели вы не допускаете даже мысли о том, что у такого повесы, как я, может возникнуть желание исправиться и стать приличным человеком?

Элис покраснела — то, что она назвала своего собеседника повесой, было непростительной ошибкой, и оставалось лишь порадоваться тому, что этим она его не разозлила, а лишь позабавила.

— Я не думаю, что в сложившейся ситуации кто-то будет очень удивлен тем обстоятельством, что управляющий в вашем имении — женщина, — взвешивая каждое слово, проговорила она. — Мне тридцать лет, я не какая-нибудь несмышленая девчушка, и к тому же я проработала здесь четыре года. В этих местах все ко мне уже привыкли.

— Однако я к вам не привык, — без обиняков заявил Реджи. — По вашей манере говорить сразу видно, что вы — порядочная женщина, а общаться с порядочными женщинами мне доводилось крайне редко. Если вы сохраните за собой должность, нам по роду вашей работы придется постоянно общаться, а мне вовсе не улыбается без конца следить за своим лексиконом только ради того, чтобы не оскорбить вас каким-нибудь грубым словом.

Элис пожала плечами.

— Меня трудно чем-то шокировать. Можете общаться со мной так, как если бы я была мужчиной, — сказала она и, не удержавшись, добавила:

— Пожалуй, так будет безопаснее.

Реджи поджал губы.

— Похоже, вы считаете, что я намерен кидаться на всех женщин, оказавшихся в пределах моего поместья, — проговорил он ледяным тоном.

— А разве не так? — вызывающе взглянула на него Элис.

— Когда я трезв — нет, — отрезал Дэвенпорт. Элис пожалела, что позволила их беседе двинуться в этом направлении. Она от души надеялась, что Реджинальд Дэвенпорт не из тех мужчин, кто оставляет незаконнорожденных детей там и сям по всему графству.

К счастью, Реджи сам сменил тему разговора.

— Не могли бы вы объяснить, мисс Уэстон, каким образом вы овладели профессией управляющего? — поинтересовался он.

— Я работала гувернанткой в имении неподалеку. Хозяйкой имения была вдова, миссис Спенсер, и у нее постоянно возникали проблемы с управляющим. Понимаете, я… выросла на ферме и кое-что смыслила в сельском хозяйстве. Время от времени я давала миссис Спенсер кое-какие советы. Кончилось тем, что управляющего она уволила, а его функции стала выполнять я.

— Понятно. — Реджи устремил на Элис бесстрастный взгляд. — А как вы оказались в Стрикленде?

Поколебавшись, Элис заговорила:

— Миссис Спенсер понимала, что скоро умрет и что племянник ее мужа, к которому должно было перейти ее имущество, наверняка меня уволит. Поэтому, когда здешний управляющий получил расчет, она посоветовала мне предложить свою кандидатуру на эту вакансию. Миссис Спенсер дала мне отличную рекомендацию и уговорила кое-кого из соседей сделать то же самое. Все они хотели тем самым сыграть злую шутку с графом Уоргрейвом — землевладельцев, которым недосуг заниматься имением, в этих краях не жалуют. Поверенный Уоргрейва нанял меня, даже не удосужившись встретиться. Под моим руководством дела в имении пошли очень хорошо, так что впоследствии ни у кого не возникало сомнений в моей компетентности.

Элис, однако, не упомянула о том, что, хлопоча за нее, миссис Спенсер выдвинула свои условия: вдова потребовала, чтобы после ее смерти молодая женщина взяла на себя заботу о ее племяннице и племянниках. Элис, впрочем, это ничуть не тяготило — ее волновала судьба воспитанников. Тем не менее она решила, что не следует пока рассказывать о них новому хозяину — положение и без того достаточно сложное.

Дэвенпорт нахмурился и, разглядывая носки своих сапог, размышлял, как ему поступить. Элис, понимая, что в этот момент решается ее судьба, внимательно всматривалась в его лицо, но по нему было практически невозможно что-либо прочесть.