Сабрина Джеффрис - Сначала замужство, потом постель

Взглянув на Дэвида, Шарлотта увидела на его лице обворожительную улыбку.

— Я этого не говорила.

— Но я здесь, а он — нет.

Боже, какое самодовольное лицо!

— Кроме того, мою кандидатуру одобрил ваш отец, а вашего избранника, как я догадываюсь, нет.

— Откуда вы можете знать…

— Иначе вы уже были бы замужем. Ни один мужчина в здравом уме не стал бы медлить с предложением.

— Вы хотите сказать… из-за моего приданого или наследства, — тихо произнесла она.

Дэвид помрачнел.

— Если бы меня интересовало только это, я не стал бы прикидываться пьяным в день вашего приезда.

У Шарлотты перехватило дыхание. Стало быть, это не шутка. Если бы только она могла поверить Дэвиду.

— Значит, вы изображали пьяного до тех пор, пока не увидели меня? Это заставило вас переменить свое мнение?

— Совершенно верно, — произнес Дэвид, а потом, когда до него дошел смысл сказанного, поспешно добавил: — Нет! Я хотел сказать… в общем… — Шарлотта продолжала смотреть на него, вопросительно вскинув брови, и Дэвид решительно сменил тему. — А как насчет того, что титул перейдет мне? Полагаю, это вас интересует меньше всего.

— Вы не ошиблись, — ответила Шарлотта, которую немного позабавило минутное замешательство Дэвида Мастерса. — Ваш титул интересует моего отца.

— А для моего отца представляет интерес ваше приданое.

— Да, вас же заинтересовала лишь моя внешность, — сухо произнесла Шарлотта.

Дэвид невесело рассмеялся.

— Вы не можете не согласиться с тем, что у вас весьма привлекательное лицо. — Бесстыдный взгляд молодого человека скользнул по телу Шарлотты. — И все остальное тоже весьма впечатляет.

Шарлотта фыркнула.

— Теперь я понимаю, почему мать называет вас негодяем.

Но Дэвид лишь отмахнулся.

— Мать просто пытается отвратить вас от меня, потому что не хочет этого брака. — Осознав сказанное, Дэвид вздохнул. — Простите. Лично к вам это не имеет никакого отношения. Она надеется, что я подыщу себе более знатную супругу. В нашем союзе заинтересован мой отец.

— И мой.

— Но не вы, — тихо произнес Дэвид.

Шарлотта внимательно посмотрела на молодого человека.

— Я много слышала о вас и ваших разгульных друзьях. Я же хочу выйти замуж за надежного человека, а не за распутника и гуляку.

В глазах Дэвида вспыхнул огонь.

— Разве вам не рассказывали, что именно исправившиеся распутники и гуляки становятся лучшими из мужей?

— А вы уже встали на путь исправления?

— Мог бы. — На этот раз Дэвид принялся медленно рассматривать Шарлотту с головы до ног, словно лицезрел ее прелести сквозь ткань платья в тусклом свете лампы.

Подчеркнутый интерес Дэвида к ее телу оказал на Шарлотту совершенно неожиданный эффект. Она вдруг почувствовала, как зародившийся внизу живота жар поднимается вверх, разливаясь по груди и шее, окрашивая щеки румянцем. Это, несомненно, не ускользнуло от внимания Дэвида.

— Вот уж воистину вы именно такой, каким вас описывают все вокруг, — гневно выпалила Шарлотта, стараясь придать своему голосу твердость. — А еще я не верю, что мужчины вроде вас способны исправиться ради женщины.

Меньше всего ей хотелось связывать свою судьбу с мужчиной, который станет делать что ему вздумается, в то время как жена будет сидеть дома и страдать.

— И несмотря на все ваши неловкие попытки произвести на меня впечатление, — продолжала Шарлотта, — вы еще не готовы к браку, не так ли? Признайтесь.

— О Господи, Шарлотта, я не знаю, — взволнованно ответил Дэвид. — Честно говоря, я вообще не задумывался о женитьбе до сегодняшнего утра, когда отец позвал меня к себе и сообщил о вашем приезде.

— Вот видите! — Шарлотта облокотилась о край стола. — Так что мы будем делать? Вы же знаете, что они всю неделю будут заставлять нас общаться.

Внезапно в глазах Дэвида вспыхнули озорные искорки.

— Так может, стоит удовлетворить их желание? Я могу сделать вид, что ухаживаю за вами. Поверив, что мы настроены на свадьбу, они оставят нас в покое. А потом, в последний день перед вашим отъездом, объявим им, что жениться не собираемся. Если будем твердо стоять на своем, им придется смириться.

— Но почему же не настоять на своем сейчас и не сказать, что мы не подходим друг другу?

— Думаете, они поверят нам? Мы ведь знакомы всего один день. — Шарлотта вздохнула, и Дэвид добавил: — Нужно постараться убедить их, что мы действительно пытались понравиться друг другу. В противном случае они придумают иной способ поженить нас.

Шарлотте пришлось признать доводы Дэвида убедительными.

— Хорошо. Я согласна сделать вид, что принимаю ваши ухаживания. — Шарлотта неуверенно улыбнулась, — Хотя я совсем не знаю, что под этим подразумевается. Поскольку у меня не было дебюта, за мной еще никто не ухаживал.

— Даже… Кстати, как его зовут? Молодого человека, к которому вы испытываете симпатию? — стараясь сохранять спокойствие, спросил Дэвид.

— Капитан Джеймс Харрис. — Шарлотта сняла с рукава нитку, не в силах поднять глаз на Дэвида, когда говорила о капитане Харрисе. — Он офицер кавалерии.

— И он не увивался за вами? — не унимался Дэвид. — Что с ним не так?

— Он джентльмен. Только и всего.

Дэвид поднялся с пола, встав в полный рост.

— Мужчина перестает быть джентльменом рядом с женщиной, которую желает, — хрипло произнес он.

И без того небольшая комната вдруг показалась Шарлотте крошечной.

Дэвид стоял так близко и источал такую… чувственность.

— Наверное, мне лучше вернуться в дом, — запинаясь, произнесла Шарлотта, — пока никто не заметил нашего исчезновения.

Дэвид подошел ближе.

— Они не догадаются искать нас здесь.

— Да, но…

— Вы хотели знать, что такое ухаживания. — Дэвид стоял теперь так близко, что Шарлотта слышала, как участилось его дыхание. — Я могу показать вам одну вещь.

Сердце Шарлотты отчаянно затрепетало.

— Да? — И как ей удавалось говорить так спокойно, когда дрожь сотрясала все тело?

Когда же Дэвид положил ладонь ей на талию, Шарлотта едва не лишилась чувств. Сердце учащенно забилось, и дышать стало трудно.

— Ухаживание включает в себя вот что. — Дэвид наклонился и поцеловал девушку.

Шарлотте следовало прийти в ужас. Возмутиться. Насторожиться. Но вместо этого она почувствовала себя так, словно всю жизнь ждала этого поцелуя.

И ожидания того стоили. Поцелуй Дэвида оказался легким, точно прикосновение шелка, дразнящим и ласкающим. Он побуждал Шарлотту дотронуться до Дэвида, но она все же сдержалась, когда ее пальцы уже коснулись его талии.