Патриция Филлипс - Возьми меня с собой

В воскресенье цыгане решили тронуться в путь. Ярмарка закончилась, пора в дорогу. Они разделились на несколько групп. Самая большая, во главе с Розой, направилась к северу. Решено было поколесить по графствам Суррей и Суссекс, прежде чем отправляться на ежегодную ярмарку в честь Дня святой Маргариты, что традиционно устраивалась в Лондоне. Испокон веков она проходила в начале сентября в Саутуорке, на южной стороне Темзы. Но Кромвель отменил увеселения, а теперь Карл II решил возродить обычай. На большой ярмарке цыганам было где развернуться. И не только им одним. Воры и мошенники всех мастей резонно рассчитывали на богатый улов. Жители Лондона, истосковавшиеся по веселым забавам, тысячами потекут на площадь, 40 так что только успевай срезать кошельки.

– Теперь можешь выходить, – объявила Роза одним прекрасным утром. Трава весело серебрилась росой. Солнце, еще не жаркое, отражалось в каждой ее капельке.

Дженни была благодарна цыганам за спасение, но сидеть взаперти в такую погоду не слишком приятно. Она поспешно спрыгнула с повозки и в приятном изумлении огляделась вокруг – густая зелень травы была расцвечена солнечными лютиками, поляну украшали лиловые метелки вереска и ярко-розовые головки болотных орхидей, росших по берегам небольшого ручейка. Синяя вода и темно-розовая двойная полоса вдоль берега – все это напоминало необыкновенной красоты ожерелье на зеленой шее земли.

– Где мы? – спросила Дженни.

– В Фарнеме. Впрочем, не думаю, что это название тебе о чем-то говорит. Так, медвежий угол. Но здешний констебль едва ли станет за тобой охотиться. Так что можешь поразмять ноги, а заодно и начать зарабатывать себе на хлеб.

Очень скоро Дженни с горечью убедилась в том, что цыгане, за исключением Розы, относятся к ней с угрюмой настороженностью, стараясь избегать ее по мере возможности. Правда, Петро – дрессировщик медведей – не был к ней безразличен, он постоянно наблюдал за ней, прожигая своими черными глазами. Впрочем, теперь, когда Аддстон остался далеко позади, Дженни не нуждалась в защите. Она подумала было убежать из табора той же ночью, но, поразмыслив, решила, что будет разумнее добраться до Лондона вместе с цыганами. А там будет видно.

Дженни должна была зарабатывать на жизнь продажей талисманов и цыганских заговоров. Роза намазала ей лицо кашицей из какого-то растения, после чего кожа Дженни стала намного смуглее, а на голову велела надеть платок, чтобы прикрыть рыжеватые кудри.

Роза оказалась права – в бедной деревушке больших денег от показа медвежьих танцев или гаданий ждать было нечего. Не приходилось рассчитывать и на большой улов иного рода – красть у местных жителей особенно было нечего.

Впрочем, к ночи во многих котлах варились упитанные цыплята. Дженни не задавала ненужных вопросов, и гак ясно, откуда они взялись. Однако, вздумай кто-нибудь из деревенских найти виновного в воровстве, ничего у него не получится. Цыгане возили с собой клетки с птицей всех расцветок, чтобы потерянные в неравной борьбе перья нельзя было использовать как доказательство кралей. Цыгане – прекрасные актеры и умеют напустить на себя невинно оскорбленный вид – пожалеешь, что связался.

На второй день пребывания в деревушке Роза приставила к Дженни молоденькую цыганку, чтобы та научила ее искусству обчищать карманы. Ученица из Дженни получилась неважная.

– Ты так с голоду помрешь! – со злостью выпалила цыганка.

– Прости, я стараюсь, – схитрила Дженни – сознаваться в том, что у нее отсутствует желание учиться воровству, она благоразумно не стала.

Марта презрительно фыркнула. Горджио оказалась тупицей. Девушка ускорила шаг – идти рядом с Дженни она считала для себя зазорным.

– Безнадега, – заключила Марта, отвечая на вопросительный взгляд Розы.

Старая цыганка вздохнула.

– Я этого боялась. Ты умеешь петь, танцевать или кататься верхом без седла?

– Нет, ничего такого я не умею, – призналась Дженни.

– Пусть катится к своим, – посоветовала Марта, прежде чем войти в свой старый, видавший виды вагончик. Дженни заметила, что, не переступая порога, Марта поцеловала прибитую к двери ветку боярышника – на удачу. – Или лучше, – добавила Марта, высунув голову из двери, – продай ее в бордель.

Дженни, хоть и выросла в деревне, знала, что такое бордель. Эти заведения недавно были открыты вновь – с возвращением короля на престол.

– Вы ведь не сделаете этого? – в ужасе прошептала Дженни.

– Заходи, нам надо поговорить, – ответила Роза.

В вагончике было темно и прохладно. Роза села за стол, указав Дженни на табурет напротив.

– Лучше быть шлюхой, чем голодать, – заметила Роза.

У Дженни от ужаса расширились глаза.

– Не бойся, – усмехнулась старуха – вместо переднего зуба зияла чернота. – Я шучу. Продавай себе приворотное зелье – довольно с тебя. Возьми-ка оберег, он принесет тебе удачу. – С этими словами цыганка повесила на шею девушки деревянную, искусно вырезанную рыбку на шелковом шнуре.

Дженни, тронутая щедростью своей покровительницы, благодарно улыбнулась.

Цыганка взяла Дженни за руку и пристально всмотрелась в линии на ее ладони, после чего подняла на Дженни серьезные черные глаза.

– Что там? Что вы увидели? – обеспокоенно воскликнула Дженни.

– Да ничего. Неужто ты веришь в то, что мы умеем предсказывать судьбу? Это всего лишь трюк, чтобы обманывать вас, горджио!

На этом разговор закончился. Однако с этого дня отношение Розы к Дженни изменилось. Она вела себя теперь так, будто присутствие Дженни представляло особую важность для племени. Наверное, цыганка все же слукавила – умела она читать судьбу по ладони.

Именно Роза заставила Марту сопровождать Дженни на ярмарке. Дженни не могла похвастаться бойкой торговлей. Разве что только голос сорвала, зазывая покупателей.

– Иди туда, видишь, толпа глазеет на обезьянок. Люди легче расстаются с деньгами, когда чем-то увлечены.

Дженни последовала совету, сама между делом любуясь представлением. Обезьянки в разноцветных шляпках забавно кланялись и плясали. Люди тоже были разряжены под стать приматам. Все в красивых нарядах, украшенных лентами, – целое море ярких цветов. Народ истосковался по веселью. Женщины носили лифы с весьма рискованным декольте. Даже мужчины отпустили волосы и украшали шляпы цветными лентами. Торговцы лентами и кружевами были в большой прибыли.

Дженни, надеясь хоть что-нибудь продать, решила, что просто выкрикивать цену недостаточно – надо подходить к каждому перспективному клиенту и улыбаться ему как можно ласковее. Взгляд ее упал на высокого господина в зеленом камзоле. Дженни направилась к нему, но, приблизившись, разочаровалась – наряд его был явно с чужого плеча и сильно поношен.