Барбара Картленд - Повезло в любви

Отец девушки, человек очень богатый, в ярости из-за ее поведения лишил дочь всего и приказал, чтобы ее имя больше не упоминалось в его доме.

Но семейство Харлей отнеслось к этому иначе. Все вздохнули с облегчением и понадеялись, что пройдет немало времени, прежде чем Гарри объявится вновь.

Лорд Харлестон припомнил, что все эти годы до него от случая к случаю долетали вести от друзей, возвращавшихся из Нью-Йорка, Чикаго или Флориды.

Пару раз ему передавали отчаянные мольбы о деньгах, Которые отец Гарри неизменно выполнял, потому что по-прежнему любил младшего сына и не мог смириться с мыслью, что тот окажется в долговой тюрьме или на грани голодной смерти.

Последние несколько лет о Гарри не было ничего слышно.

Сейчас, задумавшись, лорд Харлестон понял, что на самом деле прошло лет пять, а то и больше, с тех пор, как он последний раз слышал имя Красавчика Гарри.

— И чем занимается этот Харль? — спросил он Уальдо.

— Играет, — ответил тот. — А если он ваш родственник, могу сказать одно: у него самая легкая рука, и он самый удачливый картежник во всем штате!

Лорд Харлестон поджал губы.

Его нисколько не удивило, что Гарри стал шулером.

Оставалось лишь надеяться, что кузен не влипнет ни в какую историю, пока лорд Харлестон находится в Колорадо.

Он ловко сменил тему разговора, и за обедом беседа велась о животноводстве, золоте, серебре и угольных рудниках, стремительно развивавшихся в этих краях последнее время.

Еда была простой, говядина — превосходной, а вино, импортируемое из Франции по немыслимым ценам, оказалось вполне сносным.

Уальдо Альтман пил бурбон, но лорд Харлестон не любил этот напиток и решил, что если бурбон — единственное, что будет предлагаться ему во время путешествия, лучше обойтись без алкоголя.

Бренди, которое предложили ему в конце ужина, было французским, и он, отхлебнув глоток, задал вопрос:

— Случались ли у вас последнее время неприятности с индейцами?

— А я надеялся, что вы об этом не спросите.

— Почему?

Уальдо выглядел смущенным.

— Я бы не хотел пугать вас.

Лорд Харлестон улыбнулся:

— У вас и не получится.

— В общем, мой отец и некоторые другие влиятельные люди беспокоятся по поводу племени юта.

— Кто это? — поинтересовался лорд Харлестон.

— Это небольшое племя на севере, — объяснил Уальдо. — Земля, на которой они охотятся, лежит по ту сторону гор.

— Что там происходит?

— Это не их вина, по крайней мере мой отец так думает, — ответил Уальдо, — но после пятнадцати лет мира с белым человеком, вожди разочаровались действиями агентства «Уайт-ривер».

— А что делает «Уайт-ривер»? — спросил лорд Харлестон скорее из вежливости.

— Их агенты одержимы планами отучить племя юта от охоты и привить им навыки сельскохозяйственной деятельности. Они противостоят индейцам, например, пропахивают дорожки там, где воины ездят на лошадях.

— Но это же глупо!

— Мой отец беспокоится, что, если в дело вмешаются солдаты, начнется новая война. Наш штат пережил уже достаточно бедствий, и мы не хотим лишних хлопот в прериях.

— Ну конечно, вы правы! — согласился лорд Харлестон;

Он полагал, что все войны с индейцами уже закончились, хотя в некоторых книгах читал описания того, как сжигали фермы, убивали поселенцев и снимали с убитых скальпы.

Однако после ужина он понял, что у Уальдо нет желания продолжать эту тему и что больше всего на свете молодой человек хочет показать ему город.

Возле дома их ждал удобный экипаж, запряженный парой лошадей. Когда они устроились на сиденьях, Уальдо сказал:

— В первую очередь я отвезу вас во «Дворец»!

Лорд Харлестон удивленно приподнял брови, и Уальдо рассмеялся:

— Не такой, как у вас, но лучшее, что мог построить король Эд Чейз.

Он объяснил, что «Дворец» стал первым по-настоящему элегантным игорным домом, а Эд Чейз — лучшим крупье в Денвере.

Король Эд, сказал он, уже открыл игорный клуб под названием «Прогрессивный» на те полторы тысячи долларов, что выиграл в покер, работая на железной дороге.

— Там находится первый в Денвере бильярдный стол, — Гордо вещал Уальдо. — Его притащили через прерии быки!

Когда лорд Харлестон рассмеялся, он добавил:

— А еще Эд устроил первый грандиозный бал в честь «Нимф мостовой».

На случай, если собеседник не понял, он пояснил:

— «Хрупкие сестренки», так называют их некоторые.

Единственная, кому они не нравятся, так это вторая миссис Чейз. Она пыталась пристрелить Нелли Бельмонт, а затем развелась с Эдом, потому что тот свил для Нелли маленькое любовное гнездышко.

После такого вступления лорд Харлестон, приехав во «Дворец», с интересом посматривал на Эда Чейза.

Седой, с серо-голубыми глазами, которые не упускали ничего, Чейз обычно сидел в Прогрессивном клубе на высоком стуле. На коленях у Эда покоился обрез.

«Дворец» был столь же фантастичен, как и его владелец.

Там имелись зал на двести игроков и бар, украшенный зеркалом в шестьдесят футов. Это был не только игорный дом и салун, но и театр.

Когда приехали лорд Харлестон и Уальдо, на сцене шла чрезвычайно непристойная комедия, в который был стих, начинающийся так:

Дворец блаженства и чувственности,

Где прекрасные дамы очаровывают сердца…

Уальдо обратил внимание лорда Харлестона на этот стих:

— Настоятель собора Святого Иоанна называл его смертельной ловушкой для юношей, грязной лачугой греха и преступности.

Посмотрев представление, лорд Харлестон пришел к выводу, что у настоятеля были причины для такого заявления.

Девушки во «Дворце» казались очаровательными и соблазнительными и, как пояснил Уальдо, предпочитали цветам золотой песок и самородки.

Он также во всех подробностях описал, как один из его друзей, выиграв семьдесят пять тысяч долларов, потратил все на драгоценности и меха для одной из танцовщиц.

А когда он узнал, что танцовщица замужем, то застрелил ее прямо из своего кабинета, пока она выступала на сцене.

— Мне кажется, что вы в Денвере слишком быстро спускаете курок, — заметил лорд Харлестон.

— В этой стране вопрос часто стоит так: или убьешь ты, или убьют тебя, — ответил Уальдо.

Понаблюдав немного за игроками, лорд Харлестон поставил на свой счастливый номер, подождал три круга, затем забрал выигрыш и сказал Уальдо, что, наверное, пришло время отправиться куда-нибудь еще.

— Вы хотите сказать, что не собираетесь продолжать игру? — удивился молодой человек. — Вам же везет.

— Я никогда не испытываю удачу, — ответил лорд Харлестон и тут же подумал, что в последнее время ему не очень-то везло.