Виктория Александер - В объятиях незнакомца

Ознакомительный фрагмент

Если все как следует продумать и исключить возможность возникновения трудностей, у нее все получится.

– Так вот ты где, Камилл, – раздался за спиной у Делайлы голос Грейсона. – Клемент сказал, что я найду тебя на террасе.

При виде жениха глаза Камилл вспыхнули радостным огнем, и Делайла ощутила укол чего-то, очень похожего на зависть. Однако она постаралась не обращать на это внимания. Прекрасно, что Грейсон и Камилл нашли любовь, и Делайла всем сердцем желала им счастья. Вот только сама она не искала любви. Не на этот раз.

– В такой чудесный день непростительно было оставаться дома. – Камилл поднялась со своего места и двинулась навстречу Грейсону.

Делайла же развернулась, чтобы посмотреть на сопровождавшего Грейсона гостя. Однако тот стоял в тени. Делайла заметила лишь, что он был довольно высок. Хотя, казалось, все американские друзья Грейсона не отличались низкорослостью.

Грейсон поднес руку Камилл к губам и заглянул в ее глаза так, что Тедди и даже Делайле захотелось с умилением вздохнуть – настолько романтично все это выглядело.

– Ты помнишь моего дорогого друга…

– Конечно, помню. – Камилл высвободила руку и подошла к гостю. – С момента нашей последней встречи прошло не так уж много времени.

– Приятно видеть вас снова, леди Лидингем, – произнес американец. Теперь обзор закрывала Камилл, и Делайле вновь не удалось разглядеть гостя. Его голос показался ей смутно знакомым. Впрочем, все американцы говорили одинаково. – Позвольте мне извиниться за столь ранний приезд. Надеюсь, мое пребывание в вашем доме не доставит вам неудобства.

Делайла и Тедди обменялись скептическими взглядами.

– Ну конечно. Милверт огромен, и в нем хватит места для всех, – произнесла Камилл тоном радушной хозяйки. – Но вы, должно быть, умираете от голода после столь длительного путешествия. Прошу вас присоединиться к нам. Я прикажу подать что-нибудь из еды.

Делайла взяла со стола чашку и допила остатки чая.

– Если вам нетрудно, – произнес американец.

– Конечно, нетрудно. – Камилл вернулась к столу. – Позвольте представить вам леди Теодоусию Уинслоу. Она занимается организацией свадьбы. Не уверена, что вы встречались в Нью-Йорке с моей сестрой.

Делайла ослепительно улыбнулась, повернула голову, подняла глаза и…

Едва не утонула в темно-карих глазах своего американского приключения.

И худшего ночного кошмара.

Глава 3

У нее перехватило дыхание.

Желудок болезненно сжался.

Чашка выскользнула из рук.

– Ди! – Тедди вскочила на ноги.

Делайла оторвала взгляд от мистера Рассела – мистера Сэмьюэла Рассела – и посмотрела на стол.

– Проклятье, – пробормотала она и поморщилась. Делайла никогда не ругалась. Никогда в присутствии посторонних и очень редко про себя. Но когда для выражения эмоций требовалось гораздо более крепкое выражение, нежели «О боже», Делайла употребляла именно это слово.

– Господи, Делайла! – охнула Камилл, хотя Делайла не знала, что именно ошеломило ее сестру: ругательство или опрокинутая чашка, до которой младшей из сестер не было никакого дела. – Хорошо, что твоя чашка была пуста, иначе ты бы всех нас облила.

– Да, конечно. Прошу прощения, – виновато улыбнувшись, произнесла Делайла, наконец к ней вернулся дар речи.

Подбежал лакей, чтобы вытереть стол. Делайла подметила, что чашка выскользнула из ее пальцев как нельзя кстати. Суматоха дала ей время взять себя в руки. К сожалению, времени этого оказалось недостаточно.

Это друг Грейсона? Его старинный друг и деловой партнер? А вовсе не простой клерк? Очевидно, не она одна была не до конца откровенна в Нью-Йорке. Этот негодяй нагло солгал!

– Делайла, – произнес Грейсон, – это мой давний друг мистер Сэмьюэл Рассел. Вы, должно быть, встречались в Нью-Йорке.

– Слишком много новых людей встречаешь на своем пути. – Делайла смогла лишь нерешительно улыбнуться. Что, во имя всего святого, он делает здесь? Здесь! В Англии! В Милверт-Мэноре! Доме ее родителей! В ее мире! Именно там, где не должен был оказаться ни при каких обстоятельствах! Там, где она не желала его видеть. Где она даже не ожидала его увидеть. Делайла глубоко вздохнула. – Когда путешествуешь.

– Среди большого количества новых лиц трудно запомнить одно из них, – неожиданно дружелюбно заметил мистер Рассел.

– Так и есть. Я должна извиниться. Боюсь, я вас совсем не помню. – Делайла пыталась говорить любезно и изо всех старалась сохранять спокойствие. Хуже всего во лжи и предательстве, какими бы невинными они ни казались, было то, что они наносили ответный удар в самый неожиданный и неподходящий момент. А уж Делайла никак не ожидала подобного поворота событий. Не ожидала его.

– Но мне кажется, мы встречались. Мимолетно. На балу, если память мне не изменяет. – Мистер Рассел одарил Делайлу самой невинной улыбкой, которая выглядела весьма убедительно для окружающих, но Делайле говорила обо всем красноречивее всяких слов. – Леди Харгейт, не так ли?

– Именно так, – кивнула Делайла, в голове которой начали роиться сотни мыслей – одна страшнее другой.

Лучше всего вести себя так, словно они действительно никогда не встречались. В этом случае не будет никаких измышлений о том, почему она не упоминала о встрече с мистером Расселом раньше. Делайла еле заметно вздернула подбородок. Она сможет. Шок от неожиданного и крайне нежелательного появления этого американца постепенно перерастал в раздражение.

– О, не стоит придерживаться формальностей, – произнесла Камилл. – Здесь только друзья и члены семьи. Мы все почувствуем себя довольно неуютно, если вы начнете обращаться к нам соответственно нашим титулам.

– Хотя того требуют правила приличий, – заметила Делайла.

– Ну что ты такое говоришь? – Камилл бросила на сестру неодобрительный взгляд, а потом улыбнулась мистеру Расселу: – Вы должны простить мою сестру. Несмотря на то что она самая младшая в семье, Делайла удивительно консервативна в отношении приличий.

– Хоть кто-то должен быть консервативным, – пробормотала Делайла. В подобные моменты она по-настоящему ценила важность правил приличий. Ведь они давали ей необходимую защиту.

Однако Камилл не обратила на ее слова никакого внимания.

– Прошу вас, зовите меня по имени. А это – Тедди.

– Очень приятно познакомиться с вами, мистер Рассел. – Тедди грациозно протянула руку. – Американцы всегда приводили меня в восторг. Хотя, боюсь, до вас я не встречала ни одного.

Мистер Рассел взял руку Тедди в свою и заглянул в ее зеленые глаза так, словно на всем белом свете существовала только она.