Джулия Грайс - Дикие розы

– Делия, взгляни…

Он развернул ее лицом к объятому пламенем домику. Над оранжево-красным заревом поднимались клубы черного зловонного дыма. Корри прикрыла глаза и почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота.

– Этот тип… он остался там, в доме. Он погиб, Делия. Сгорел заживо. Смешно… но теперь, когда это случилось…

Куайд все сильнее наваливался на Корри, она с трудом удерживала его обмякшее тело. Еще несколько секунд, и он заснет стоя. Даже небольшая доза опия – хорошее снотворное.

Двенадцать часов спустя остов старой фактории уже только дымился. Обугленные бревна горой возвышались на пепелище. По какому-то волшебству розовый куст уцелел и казался особенно свежим и благоухающим на фоне почерневшей земли. Когда Корри подошла к реке, чтобы набрать воды, то обнаружила на берегу седовласого проводника Дональда, убитого выстрелом в затылок. Корри накрыла его тело одеялом и решила похоронить, как только они с Куайдом придут в себя после случившегося.

Палатка, в которой Куайд держал вещи, тоже не пострадала. Корри вытащила оттуда тюки и отнесла в лодку. Когда Куайд проснулся, она помогла ему вползти внутрь и удобно устроиться на куче одеял, а потом принялась готовить ужин.

После ужина Куайд обнял ее за плечи и сказал:

– Я вижу, Делия, ты не забыла мои уроки кулинарии? Сколько я проспал? Полдня? А кажется, что вечность. И нога что-то разболелась.

– Я… я не знаю, чем помочь тебе. По-моему, у нас где-то была настойка опия.

Они посмотрели друг на друга и расхохотались. Когда порыв веселья прошел, Корри смахнула набежавшие на глаза слезы и сказала:

– Я до сих пор не могу поверить, что Дональда нет.

– А я могу, – грустно сказал Куайд, глядя на свою раненую ногу.

– Интересно, куда подевались доктор Санти и Арти?

– Скорее всего отправились в Ноум. Говорят, там горы золота. И лежит оно прямо на поверхности. Только не ленись подбирать.

– Но почему они бросили Дональда?

– Кто их знает? Может, доктору Санти надоело убивать людей. Не исключено, что он догадывался о сумасшествии Дональда, и когда оно достигло последнего предела, решил сбежать. А может, решил, что, как только они с Арти перестанут быть ему нужны, он от них быстро избавится, чтобы не оставлять свидетелей.

Корри молча прислушалась к шуму ветра, шелесту древесных крон, далекому крику уток.

– Я ненавидела Дональда, это правда. Но думать о том, что он умер такой страшной смертью, невыносимо. Какой ужас – сгореть заживо! Пусть он негодяй и убийца, но каким бы плохим ни был человек, он не заслуживает такой мучительной смерти.

Куайд не сразу ответил, и Корри видела, что он не меньше ее потрясен происшедшим.

– Да, ты знаешь, Делия, о чем я подумал. Он, наверное, тоже пытался спастись. Я совсем забыл о нем. Я боялся за тебя. Огонь был таким сильным и так быстро распространялся, что мог в любую минуту добраться до тебя. Поэтому я хотел как можно скорее вытолкнуть тебя наружу. Сейчас мне кажется, что я чувствовал его у себя за спиной. Он тоже хотел выбраться, но не успел. Хоть он и тронулся рассудком, но гореть заживо не в состоянии даже безумец.

– Скорее всего он поскользнулся на разлитом керосине. Мне кажется, я слышала, как он упал. Иначе не понимаю, почему он не выскочил. Его смерть действительно оказалась случайной.

– Поскользнулся? Но…

Корри вспомнила об Иле Хилл и замолчала. Дональд погиб той же смертью, что и его первая жертва! Случайно это или нет, им не дано судить. Такова воля Господа – Дональду суждено было гореть в адском пламени еще при жизни.

– Куайд… – Корри нежно погладила его по голове, мягко провела ладонью по заросшим щекам. – А как быть с брошью, Куайд? Теперь ведь ты можешь с ней расстаться? Дональд мертв. Прах Илы теперь найдет успокоение.

– Да. – Куайд ласково коснулся ее плеча, потом того места, где на шее пульсировала маленькая, тоненькая жилка. – Знаешь, Делия. Когда я проснулся, а ты была чем-то занята в палатке, я решил еще раз взглянуть на брошь. Обыскал все карманы и не нашел. Она осталась там, в сгоревшем доме.

– Что?

– Да, любовь моя. Она погребена на пепелище. И я думаю, теперь там – самое подходящее место для нее. Я очень любил эту камею, но в нашей с тобой будущей счастливой жизни она не нужна. И без того память об Иле всегда будет с нами. А теперь обними меня, Делия. Я хочу чувствовать тебя рядом, совсем близко. Я хочу, чтобы так было всегда.

Корри обвила руки вокруг его шеи и поняла, что охватившее ее пламя любви – это и есть так странно сбывшееся предсказание Матти Шеа, это и есть ее судьба.

От автора

Огромную помощь в создании книги мне оказали работы Е.А.Хегга, выдающегося фотографа нашей эпохи, перед которым я чувствую себя в неоплатном долгу. Он сделал великолепные фотографии Юкона в невероятно тяжелых и сложных условиях «золотой лихорадки», что теперь, много лет спустя, дает нам возможность стать очевидцами этого бедствия. Мне также посчастливилось отыскать мемуары тех людей, которые сами были в числе золотоискателей. Среди этих мемуаров книга Монт Хауртона «Дорога на Север», написанная блестящим языком и с юмором; «Дневник участника 98-го года» Базила Аус-тина, содержащий множество любопытных фактов и реалий того времени; путеводитель по Юкону Анджело Хельприна «Аляска и Клондайк. 1898 год».

Воссоздать живую и детальную картину «старательского быта» мне помогла книга Дэвида Уортона «Золотая лихорадка на Аляске», наиболее полную информацию о реках Аляски я почерпнула из книги Ричарда Матью «Юкон».

Нет необходимости говорить, что все персонажи романа вымышлены и не имеют прототипов среди реальных людей. Хотя такие пароходы, как «Алки», «Нора», «Ора» и «Ханна», действительно существовали, их капитаны и команды – плод авторской фантазии.

Цитата из книги Дэвида Уортона, взятая в качестве эпиграфа, публикуется с разрешения издательства «Индиана Юниверсити», в котором книга вышла в 1972 году.

Я хочу поблагодарить членов Ассоциации писательниц Детройта, и особенно Веру Хенри и Маргарет Дуду, за теплую поддержку. Особую благодарность хочется высказать моему отцу, Уиллу Хогей, который помог мне в работе над морскими сценами, а также моему менеджеру Джону К. Пэйну за все, что он сделал для выхода этой книги в свет, и прежде всего за то, что он побудил меня обратиться к жанру исторического романа.