Кристина Скай - Черная роза

— Тогда, может быть, проведем маленький эксперимент? Сделка, разумеется, нечестная, поскольку мои глаза закрыты повязкой, — злобно добавила Тэсс, — но вы, пожалуй, не были справедливы ни к одной из ваших жертв, правда? Почерк истинного труса.

— С тобой, дорогая моя, жизнь могла бы стать занимательной, — тихо произнес Леннокс. — Я почти жалею, что должен отказаться от такого удовольствия. А что касается экспериментов, то придется обойтись без них. Уже поздно, и не остается времени для глупых шуток. — Его сапоги заскрипели по направлению к Тэсс. — Отдай его мне, — приказал он.

— Ни за что. — Сердце Тэсс бешено билось. Ради всего святого, где Дейн? Почему он не помогает ей? У них осталось совсем мало времени.

Тэсс замерла, услышав слабый шум. Может, это отдаленный топот конских копыт? Возможно, Томас или Хобхаус?

— В таком случае твой друг виконт полетит вниз — и раньше, чем я предполагал.

Проклятие! Тэсс молча выругалась. У негодяя все козыри, и он знает это. Но почему Рейвенхерст все еще молчит? Неужели его рана так серьезна?

Где-то поодаль, в темноте, топот копыт становился все громче, приближался всадник.

У Тэсс пересохло в горле. Выбора не оставалось.

— Очень хорошо. Оставьте его здесь, и я отдам вам пистолет. Можете делать со мной что угодно. К тому времени как он освободится, вы вместе с вашим драгоценным золотым грузом будете далеко отсюда.

Леннокс тихо рассмеялся.

— Весьма разумно, дорогая моя. Всегда восхищался женщинами, делающими хорошую мину при плохой игре даже в безнадежных ситуациях. А теперь отдай мне пистолет и обсудим судьбу Рейвенхерста.

Откинув голову, Тэсс рассмеялась.

— Вы, должно быть, считаете меня полной идиоткой, если просите об этом. Без пистолета я беспомощна.

Леннокс бесшумно приблизился к ней.

— Даже с этим пресловутым пистолетом, которого я, между прочим, еще не видел, ты столь же беспомощна, моя дорогая. Ибо по одному только моему знаку Ранзли перебросит виконта через обвалившуюся стену. — Голос Леннокса стал каким-то напряженным. — Господи, неужели ты действительно любишь его? Так сильно, что все отдашь ради него?

— Полагаю, это не ваше дело, — сухо заметила Тэсс. — Любовь — чувство, вряд ли доступное вашему пониманию. Теперь я это вижу. К моему великому стыду, я поняла это слишком поздно.

Леннокс прищелкнул языком.

— Не укоряй себя за это, моя дорогая Тэсс. Моя пьеска была разыграна очень неплохо и отрепетирована на гораздо более приземленных существах, чем ты. — Звук его шагов неумолимо приближался, под сапогами скрипели мелкие камешки.

— Не подходите, — зашипела Тэсс. — Предупреждаю, я буду стрелять. Я ничего не вижу, но слух у меня очень острый.

— А мне начинает приедаться это представление.

Тэсс почувствовала, как под толстой повязкой, закрывающей ей глаза, кожа намокла от пота.

— Вы собираетесь рисковать жизнью в этой игре?

— Ничего другого не остается.

Где-то на склоне, спускающемся к огромному дому, послышалось лошадиное ржание. Сердце Тэсс переполнилось надеждой.

— Прекрасно, раз уж вы не оставляете мне выбора… Вдруг Рейвенхерст с приглушенным рычанием оторвался от стены, вырываясь из железных рук Ранзли. Резко ударив его в незащищенный живот, Рейвенхерст освободился и бросился к Ленноксу.

Потом наступила тишина.

Побледнев как полотно, Тэсс силилась распознать малейший шорох. Мгновение спустя послышался скрип пары сапог по усыпанной камнями площадке в центре крыши.

Она смутно слышала песню ветра внизу над холмами, где-то коротко и пронзительно закричала сова. До нее дошло, что стук копыт затих, осталась только зловещая тишина.

Она бешено извивалась в держащих ее путах, силясь дотянуться до повязки на глазах. Но руки ее по-прежнему оставались связанными, узлы были такими же крепкими и неподатливыми. Прижавшись спиной к холодным камням, она мелкими, осторожными шажками пошла вдоль стены, пробираясь к ступеням.

Ей бы только дойти до Томаса…

За ее спиной по гравию скрипели сапоги, медленно кружа. Соперники молчали, полные решимости довести до конца эту борьбу не на жизнь, а на смерть.

Тэсс уже почти подошла к лестнице. Еще один фут, и тогда…

Снизу послышались тяжелые шаги.

— Томас? — прошептала Тэсс.

На плечо ей мягко легла рука, потом слегка сжала его.

— Слава Богу, — выдохнула она, прислоняясь к короткому мощному телу. Не слишком ли широкие для Томаса плечи? Не слишком ли твердые пальцы?

На шею ей повеяло теплым, влажным дыханием.

— Этот Томас хорошо утешал тебя, а? Я сделаю это еще лучше, милашка. Ты уж поверь мне.

Из горла Тэсс вырвался стон, когда короткие пальцы начали ощупывать ее шею. Ее держал Эймос Хоукинз — и Хоукинз был одним из людей Орла!

Глава 41

Повернувшись, Тэсс рванулась вперед, но тут же споткнулась о лежавшую гранитную плиту. В следующее мгновение Хоукинз поднял ее на ноги.

— Пусть себе эти ублюдки дерутся. Мы с тобой займемся более важными делами, а? — Он безжалостно ощупывал ее грудь, бедра и живот.

За спиной Тэсс послышался резкий звук мощного удара, опустившегося на чье-то тело. Леннокс застонал, процедив сквозь зубы ругательство.

Хоукинз рывком вытащил ее руку из кармана, не обнаружив ничего, кроме крепко сжатого кулака.

— Здорово надула его, а, девка? — Он приблизил к ее уху горячий, влажный рот. — Скоро кто-нибудь научит этого мерзавца уму-разуму, а сейчас я намерен заняться тобой. Господи, еще немного — и я взорвусь! — Его грубые и требовательные пальцы лезли ей под юбки, отыскивая тайные впадинки ее тела.

Тэсс неистово изгибалась и лягалась, пока не попала ногой в нечто твердое и выступающее. Хоукинз взвыл от боли.

— Чертова маленькая сучка! Я научу тебя… — Размахнувшись, он ударил Тэсс ладонью по щеке, и она упала на колени. — Да, а теперь я возьму тебя прямо здесь. Грубо, на всех четырех, пока не попросишь остановиться. Только я не остановлюсь, понятно? Я стану вбиваться в тебя снова и снова, пока не научишься придерживать язычок! Иди сюда, девка. — Его голос возвысился и стал хриплым от похоти и предвкушения низменного удовольствия.

Тэсс подавила крик боли, поджимая по себя ноги и силясь встать. Из бреши в каменной стене у нее за спиной послышались короткие, приглушенные ругательства. Снова раздался звук удара, и на этот раз от боли застонал Рейвенхерст. Спотыкаясь, она осторожно пошла назад вдоль стены, слыша, как Хоукинз подбирается к ней.

— А-а, доберусь я до тебя, сучка! И тогда…

Вдруг позади них раздался прерывистый крик. Чьи-то пальцы в отчаянии хватались за разбросанные камни; ноги молотили по гранитным плитам. Потом послышался резкий вопль и звук подталкиваемого через полуразрушенный парапет и тяжело падающего на землю тела, вслед за которым дождем посыпались гравий и камни.