Роберта Джеллис - Нежный плен

Холодный взгляд Джоанны несколько смягчился. Возможно, этот человек не был вежлив неумышленно, а пребывал в смущении. Она ведь ничего не говорила ему, полагая, что о выкупе его оповестит кастелян.

Джоанна жестом предложила сэру Леону сесть.

— Я — леди Джоанна из Роузлинда, заплатившая за вас выкуп. Схватка не имеет к вам никакого отношения. Тут дело личного характера, которое вас ничуть не касается.

Сэр Леон вдруг тяжело опустился на землю, словно ноги не держали его.

— Вы заплатили за меня выкуп? — тихо сказал он. — Зачем?

— Затем, что мой муж находится в руках вашей супруги, и она ни за что не освободит его, пока я не доставлю к ней вас и деньги!

— Моя жена? Джиллиан?

Сэр Леон был явно озадачен. Удивленная его недоверием, Джоанна вскинула брови.

— У вашей жены есть основания не желать вашего возвращения?

Сэр Леон не успел ответить на провокационный вопрос, ибо к Джоанне подошел сэр Ги и спросил, не хочет ли она есть. Его почтительность и готовность прислуживать Джоанне, а затем и тактичность, с какой сэр Ги удалился за пределы слышимости их разговора, заставили сэра Леона широко раскрыть глаза от удивления.

— Лорд Роузлинда, должно быть, очень знатный человек… — сказал он.

— Нет никакого лорда Роузлинда! — сердито ответила Джоанна. — Хозяйка Роузлинда — моя мать! После нее хозяйкой стану я, а моя дочь — да наградит меня Господь дочерью! — после меня. Мой муж — лорд Джеффри Фиц-Вильям. Его земли унаследуют сыновья.

На мгновение сэр Леон лишился дара речи. Он закрыл глаза, откашлялся и попытался вызвать в своей голове более важные для него мысли, а не те, что касались женщины, наделенной такой властью и волей.

— Значит, я свободен? Но…

— Вы будете свободны, когда лорд Джеффри окажется рядом со мной!

— Но как решить эту проблему? Я с радостью освобожу пленника под честное слово, но мне трудно будет…

— Вам не придется говорить или действовать без моего на то приказа до тех пор, пока, как я уже сказала, лорд Джеффри не получит свободу! Я отвезу вас во Францию в ваш замок, но буду держать при себе до той минуты, как отпустят моего мужа.

— Вы отвезете меня во Францию? Но… но… женщина… я ничего не знаю о последних событиях… Война закончилась? Подписан ли договор?

— Что мне войны?! — снова рассердилась Джоанна. — Я еду освободить мужа, и с Божьей помощью — а Бог всегда помогает тем, кто способен сам помочь себе — добьюсь своей цели! А пока я возьму с вас честное слово не пытаться бежать. Тем не менее за вами постоянно будут следить сильные и бдительные люди. Если вы не хотите, чтобы вас связали, как цыпленка, и доставили домой, словно мешок с овсом, то постараетесь сдержать свое слово. Не обманете меня — ваше путешествие пройдет в таком же спокойствии, как и мое. Если обманете, я дам вам повод пожалеть об этом!

Джоанна слегка приподняла юбку и подогнула ноги, собираясь подняться. Взглянув на сэра Леона, она протянула ему руку, но он в недоумении посмотрел на нее. Ее рука еще не успела опуститься, как рядом оказались сэр Ги и Нуд. Высокое общественное положение имеет свои преимущества: Джоанна оперлась на руку сэра Ги, и он помог ей подняться на ноги. Она посмотрела на сэра Леона, покачала головой и засмеялась.

— Надеюсь, сэр Леон, ваша невежливость объясняется лишь обидой. Если нет, то я отлично понимаю тогда, почему вы так удивились, услышав, что ваша супруга с нетерпением ждет вашего возвращения. Я бы вас уж точно не ждала! Думаю, любая женщина способна отлично прожить без общества столь грубого мужлана. Даже мой слуга обладает куда более изысканными манерами!

До этой минуты сэр Леон и думать не думал об обиде. Его в равной степени переполняло восхищение этой незаурядной женщиной, недоумение, как его супруге удалось заполучить столь важного пленника, и чувство благодарности ко всем и каждому, кто участвовал в его спасении, надеяться на которое он уже почти перестал. Однако презрение, с которым относилась к нему Джоанна, уязвляло его. Он не понимал, чем заслужил такое отношение. Да, его взяли в плен. Но он, естественно, не сдался добровольно. Такое может случиться с любым человеком, когда его превзойдут в силе. К тому же муж леди Джоанны тоже в плену. Но она же не презирает лорда Джеффри, хотя и говорит весьма странные вещи о его собственности…

Всякий раз, когда леди Джоанна посмеивалась над ним, сэр Леон думал, что она имеет в виду его манеры. В чем же он оплошал? Он не плевался, не ковырял в носу, не выпускал газы… Что за дурацкий вопрос: захочет ли Джиллиан вернуть его? Конечно, захочет! Она из тех женщин, что занимаются лишь шитьем и домашними делами.

Сэр Леон в изумлении наблюдал, как люди леди Джоанны расстилали на земле свои плащи, чтобы лечь и отдохнуть. Плащ рыцаря свернули для подушки леди. Что за нелепость! Если им снова придется драться, эти люди от холода не смогут и пальцем шевельнуть. Затем все голоса стихли; если кто и хотел поговорить, то дергал своего товарища за рукав и отводил подальше. Любой человек решил бы, что леди Джоанна сделана из хрупкого стекла. Но сэр Леон собственными глазами видел, как она скакала верхом наравне с мужчинами и бесстрашно наблюдала за схваткой с расстояния, едва превышающего длину копья.

После отдыха, придавшего путешественникам сил, все складывалось отлично. Погода была прекрасной; их никто не преследовал. Когда они добрались до Мерси, в гавани стоял корабль, превосходно подходивший для их цели. Купец собирался везти груз в Брюгге. Доставив его, он должен был плыть в Дюнкерк, где и намеревалась высадиться Джоанна со своими людьми. Если их начнут спрашивать в порту, капитан расскажет самую обычную историю. Сэр Леон приехал в Брюгге, чтобы отвезти домой недавно овдовевшую бездетную сестру. Там он заболел и был все еще слишком слаб, чтобы носить оружие. Поэтому он нанял сэра Ги и еще пятерых человек, чтобы они охраняли его самого, сестру и возвращенное ей после смерти мужа приданое — так назывался груз, включавший выкуп за Джеффри.

* *

Сэр Джон, управляющий поместьем Мерси, раскрыл от изумления рот, когда услышал о намерении Джоанны отправиться во Францию. Он горячо возражал против этого и предложил свою кандидатуру. Исчерпав свои доводы, он обратился за поддержкой к Адаму… но ничего не добился. Адам знал, что большинство женщин не справились бы с подобным делом, но только не его мать и сестра. В основном женщины годятся лишь для любовных утех, когда мужчинам вовсе не обязательно говорить с ними или в чем-то зависеть от них. Однако Элинор и Джоанна умеют все, если не считать участия в сражениях. Это выдающиеся женщины!