Вирджиния Хенли - Желанная

— Кто это? — переспросила Брайенна.

Оба ответили одновременно, хотя очень по-разному:

— Она пленница, — объяснил Пэдди.

— Я баронесса Лизетт Сен-Ло.

Пэдди пренебрежительно фыркнул:

— Она не кто иная, как французская шлюха, нагло захватившая хозяйскую спальню. Сейчас я выброшу отсюда этот хлам, миледи.

Лизетт решительно уселась на сундук.

— Хоксблад сам решит, кто из нас будет делить с ним постель!

Брайенна окаменела, с изумлением глядя на француженку. Кровь отлила от лица, но, хотя душа и ум были смятении, она нашла в себе силы остаться сдержанной и совершенно бесстрастной.

— Уходи отсюда, Пэдди. Я выберу другую спальню, подальше от этой. Можешь поставить мои вещи туда.

Не разбирая пути, Брайенна зашагала в противоположном направлении, пока не столкнулась с Аделью. Пэдди шел следом, молча проклиная Лизетт и себя за то, что не выгнал ее из хозяйской спальни еще вчера, а Хоксблада — потому, что тот послал эту шлюху в Бордо. И вот теперь чертову кошку пустили в голубятню, и Пэдди боялся последствий. Он знал, что Кристиан обожествлял леди Брайенну, и, если эта французская тварь расстроит ее, беды не миновать!

— Хоксблад держал здесь женщину. В этом дворце, — широко раскрыв глаза, прошептала Брайенна, все еще не в силах опомниться и поверить, что все происходит на самом деле.

— Сядь, мой ягненочек. Не стоит печалиться из-за этой француженки, — утешала Адель, свирепо глядя на Пэдди.

Тот лишь беспомощно пожал плечами и спросил:

— Какая спальня вам по вкусу, миледи?

Обида быстро сменилась яростью. Кажется, все, кроме нее, знали о баронессе!

— Не важно. Все комнаты очень красивы. Постарайся только выбрать такую, которая надежно запирается!

Пэдди мгновенно исчез.

— Он держит в плену ее и ее брата-барона, дожидаясь купа. Она его узница, а вовсе не то, чем кажется.

— Да? И чем же она кажется, Адель?

— Ну… — покраснела камеристка, — ты же понимаешь… его любовницей.

— Вот именно! Почему бы не добавить — одной из его любовниц. Он ведь араб, не забывай!

— О, мой ягненочек, не дай ей испортить радость пребывания в этом дворце! Здесь все великолепно: есть мраморный бассейн, сады, фонтан и пруд, выложенный зелеными плитками, с резвящимися в нем золотыми и серебряными рыбками, и…

— Ну, конечно, ты права, не стоит из-за нее портить себе удовольствие. Кстати, Пэдди не рассказал тебе, как удалось арабу завладеть этим дворцом?

Адели стало ясно, что Брайенна в бешенстве, если называет мужа «арабом».

— Когда Хоксблад впервые был в Бордо и увидел дворец Уоррика, он купил соседний, хотя ни разу не видел графа и только подозревал, что тот — его отец. Пэдди сказал, что Кристиан сделал это из гордости. Он должен был купить дом лучше и больше, чем у графа.

— Но где он взял деньги?

— Пэдди только сказал, что Хоксблад заплатил золотом.

— Ну что ж, вижу, Пэдди знает все на свете. Кстати, он упомянул, где его хозяин умудрился украсть столько золота?

Адель прикусила язык. Не похоже на Брайенну — быть такой язвительной!

— Пойду посмотрю, куда он поставил твои сундуки, — ушла она от ответа. — Отдохни пока немного.

Адель нашла Пэдди в красивой, выкрашенной в нежно-розовый цвет комнате по другую сторону холла.

— Ты проклятый осел, Пэдди! Почему не выгнал ее из хозяйских покоев до приезда Брайенны?

— Потому что она чертова баба! Такие родятся на свет, только чтобы сеять беду и смуту.

— Вот это мило!

— Но, дорогая, я не имел в виду тебя, потому что знаю, ты избегаешь скандалов, как чумы! Поэтому послушай моего совета: не показывайся мне не глаза, пока не появится хозяин. Он заткнет рот Лизетт, и, если леди Брайенна попытается скандалить, он и с ней справится! Вот ее проклятый ключ, много от него пользы, как же!

Пэдди протянул Адели ключ.

— Пожелай мне удачи, дорогая! Нужно вытащить француженку за шиворот и запихнуть в какую-нибудь дыру.

У леди Джоан Холланд тоже было немало вещей. Одежда, меха и драгоценности занимали около дюжины сундуков. Даже перина была принесена на борт, чтобы леди могла отдохнуть с комфортом до отплытия корабля Они отправлялись с утренним приливом, и Джоан со слезами прощалась с братом.

— Жаль, что ты не едешь с нами, Эдмунд!

— Я наместник короля здесь, в Кале, Джоан, — с сожалением вздохнул граф.

— Только не притворяйся, что ты несчастлив здесь, Эдмунд! Твое положение привлекает женщин, как нектар пчел.

— Положение и власть — это все, помни, милая, — подмигнул Эдмунд.

— Почему мужчины всегда такие грубияны?!

— Только не говори мне, что материнство превратит тебя в ханжу, — поддразнил брат.

— Пора тебе жениться и завести детей, Эдмунд. Моей малышке нужны кузены, чтобы было с кем играть.

Джоан поцеловала брата.

— До свидания, Эдмунд! Я буду скучать по тебе.

— Ты полюбишь Бордо. Юг Франции — это рай. Беззаботное лицо на мгновение стало серьезным.

— И, ради Бога, береги себя, Джоан.

Он окутал ее меховым плащом и крепко обнял.

— Ангелы позаботятся обо мне, Эдмунд, — тихо сказала она.

— Надеюсь, родная.

Дюжина рыцарей Холланда провожали на судно Джоан и Глинис. Сэр Джон должен был провести последнюю ночь в штаб-квартире гарнизона и прибыть на корабль прямо к отплытию.

Эдмунд Кент вышел из дома Джоан и направился к штаб-квартире в самом центре Кале. Холланд приветствовал зятя:

— Рад, что вы зашли, милорд граф. Я назначил сэра Невилла Уигса своим заместителем. Он не прочь прибегнуть к силе, если понадобится.

— Не думаю, что в Кале начнутся волнения. По-моему, здесь привыкли к англичанам, в городе уже английские порядки. Хотя на пристани еще есть злачные места с насквозь прогнившими шлюхами.

— О, нет, — покачал головой Холланд, — наоборот, контроля требуют скорее дорогие бордели на южной стороне. Я мог бы показать вам места, которые обязательно должны охраняться… Если, конечно, у вас возникнет желание пройтись, милорд.

— Ну что ж, по удивительному совпадению, я как раз собирался прогуляться в том направлении! Нет лучшего средства разжечь аппетит к ужину!

Мужчины направились на юг к большим особнякам, где жили богатые бюргеры, миновали величественный дом, где остановилась королева, и завернули за угол в какую-то аллею.

— Именно вот на таких тихих улочках чаще всего совершаются преступления, и стража должна обходить их дозором. Кстати, вот и один из наших людей! Все, как я приказал.

Пока вооруженный рыцарь приближался к ним, Холланд быстро обнажил нож с широким лезвием и заостренным концом и с силой вонзил его в спину Эдмунду Кенту. Тот с приглушенным: криком свалился на землю между обоими мужчинами. Холланд повернул и вытащил нож. Теперь кровь хлынула потоком.