Кэрол Финч - Сердце дикарки

Вокруг нее роились и жужжали тучи москитов, и пока она раздраженно отмахивалась, снова поскользнулась на заросшем мхом корне. Алекса забарахталась в трясине. Она представила, как медленно и беспомощно погрузится в бездонную яму и никогда больше не увидит Кина. Ей предстоит умереть в этом Богом забытом омерзительном болоте, а он даже не знает, где ее искать.

«Возьми себя в руки!» – кричал ее разум. Ужасающее ощущение, что ее засасывает в трясину, становилось невыносимым.

– Кин… – сорвалось с ее дрожащих губ. Заметив крючковатую, похожую на руку ветку у края тростниковых зарослей, Алекса скрипнула зубами, напряглась и уцепилась ногтями за спасительницу. Собрав все оставшиеся силы, она тянулась и тянулась, пока не сумела как следует ухватиться и выбраться на край трясины.

Алекса буквально обвилась вокруг раздвоенного ствола и подняла полные благодарности глаза к небесам. Вдохнув полной грудью едкие болотные испарения, криво улыбнулась. Что ж, одно хорошо – теперь по крайней мере москитам не удастся сожрать ее заживо – каждый дюйм ее тела покрыт песком и вонючей грязью. Какое создание может решиться отведать такое зловонное блюдо?

Напомнив себе, что излишняя поспешность не приведет ни к чему хорошему, Алекса пробиралась по заросшей лианами узкой дорожке и вздрагивала каждый раз, прикоснувшись рукой или ногой к чему-то холодному и мокрому, – боялась встречи со змеями. Она поклялась, что так или иначе, но найдет дорогу к Кину, к его спасительным объятиям. Никто и ничто не может встать между ними, особенно теперь, когда она знает о его любви. Он – единственный смысл ее существования, и именно мысли о нем толкали ее вперед, когда так легко было потерять всякую надежду. Любовь вела ее вперед, и каждый раз, спотыкаясь и падая, она видела перед собой красивое лицо, окаймленное черными волосами, с пронзительно синими глазами, которое звало ее к себе и заставляло двигаться дальше – к спасению.

Кин вышагивал взад-вперед по своему кабинету в ярости оттого, что вернулся с пустыми руками. Чанлер понятия не имел, где находится хижина Ходжеса, а Джессика исчезла. Он бы выжал из нее сведения, причем в прямом смысле этого слова, попадись только ему эта подлая сучка.

– Сядь! – прорычал Клинт. Он постоянно поглядывал на часы – драгоценное время утекало – и мрачнел все больше и больше. И это лихорадочное расхаживание еще сильнее нервировало его. – Джессика скоро появится, и ты отдашь ей деньги. – Лучше бы ей поспешить, мрачно подула мал он. Клинт терпеть не мог, когда кто-то опаздывал, а сейчас его заставляла ждать эта подлая, мерзкая Джессика. – Мы не будем выпускать ее из виду, пока Ходжес не доставит Алексу.

Кин что-то пробормотал себе под нос и опустился на стул. Он совершенно обессилел от бессонной ночи и беспокойства за Алексу. Они с Клинтом провели совершенно бесплодные поиски в болоте. Ничего. Ни следа, ни намека. Наконец Кин признал поражение и вернулся в Новый Орлеан собрать требуемую Джессикой сумму.

Всю дорогу домой и сейчас, расхаживая по кабинету, он продолжал спрашивать себя, почему сдержался и не придушил Джессику за то, что она сотворила с Алексой. Эта женщина положительно процветала на несчастьях других людей.

Он сжал кулаками ручки кресла и выругался. Джессика заплатит за все, поклялся он себе. Слишком уж много зла она причинила ему и Алексе.

Звук подкатившего экипажа заставил мужчин вскочить на ноги. Чанлер первым подбежал к двери и нахмурился, увидев, как Джессика спустилась на землю и улыбнулась.

– Если она полагает, что может провернуть такую махинацию и не поплатиться за это, значит, сделала большую ошибку в рассуждениях, – вслух подумал Чанлер.

– Тебе придется встать в очередь, – фыркнул Кин. – Сначала она будет держать ответ передо мной.

– Ага, а потом передо мной, – вмешался Клинт, пролезая в дверь следом за Чанлером.

– Но она моя… была моей женой, – напомнил им обоим Чанлер. – И это дает мне право быть в очереди первым.

Джессика замерла на месте, увидев, что Чанлер обошел Кина и Клинта и встал перед ней. Призвав на помощь все свое мужество и сдержанность, она гордо вскинула голову и посмотрела сквозь мужа прямо на Кина.

– Ты достал деньги? – спросила она уверенным, требовательным тоном.

«Господи, как же я презираю эту надменную манеру!» – подумал Кин.

– Да. И не думай, что дам тебе время пересчитывать их. Я хочу видеть Алексу. Немедленно.

– Увидишь… в свое время. – Джессика усмехнулась, внутренне ликуя, что загнала троих мужчин в угол. Они ненавидели ее лютой ненавистью, но были бессильны. – Я заберу деньги, Кин.

– Он не будет платить тебе, Джессика.

Голос, донесшийся от угла особняка, заставил ее пошатнуться. Она побледнела, будто увидела привидение. Она обернулась и увидела покрытую грязью и мхом Алексу.

Кин не мог поверить своим глазам. Как ей удалось сбежать от Ходжеса и выбраться из смертельно опасного болота живой и невредимой? И неожиданно понял. Алекса была неисправима – и она любила его. Она смогла бы найти путь даже из адского пламени.

Джессика полезла в сумку, продолжая яростно сверлить Алексу взглядом. Рядом с Кином раздался пистолетный выстрел, и он почувствовал, будто движется медленно, как под водой.

Когда рассеялся дым, прогремел еще один выстрел. Джессика поникла и опустилась на землю. Три пары глаз устремились к Чанлеру.

– Она всегда носила с собой пистолет. Всему остальному миру стоило бы тоже носить оружие, чтобы защищаться от нее.

Кин подхватил Алексу на руки и прижал к себе. Всего какую-то долю секунды назад он подумал, что видит ее в последний раз!

– Ты в порядке, любовь моя? – озабоченно спросил Кин.

– Буду, как только приму ванну, – заверила его Алекса и вывернулась из объятий, боясь, что ее вид, а главное, «аромат» вызовут в нем отвращение. Она выглядела и благоухала, как болотная крыса. – Тогда я, возможно… – Слова замерли у нее на губах, когда она увидела, что Чанлер глаз не может оторвать от безжизненного тела своей жены. – Чанлер, мне жаль, что именно тебе пришлось…

– Она бы убила тебя, – ответил Чанлер и посмотрел на Алексу затуманившимся взором. – А теперь она не сможет никому больше причинить зла.

Клинт шумно выдохнул и обвел глазами грязную, потрепанную Алексу.

– Позапрошлой ночью я думал, что худшее уже позади. Кажется, тогда я чересчур поспешил с выводами. Но может, хоть теперь нам всем удастся вздохнуть спокойно.

Внезапно прогремел винтовочный выстрел, и Алекса завизжала. Она в ужасе наблюдала, как Кин пошатнулся, закрутился, схватился за руку и повалился на крыльцо. Клинт толкнул ее на пол, накрыл своим телом и начал обшаривать глазами кустарник, окружавший особняк. Чанлер, вырванный из молчаливого созерцания тела жены, присел за перилами и смотрел, как на рукаве белоснежной сорочки Кина расплывается огромное кровавое пятно.