Хизер Грэм - Непокорная и обольстительная

– Самое главное сейчас заключается в том, что ты победил! – прервала его Криста.

– Верно, только не я победил, а мы победили, – уточнил он, глубокомысленно посмотрев на жену. – Ты сможешь пережить все это? – спросил он вкрадчивым голосом.

Криста улыбнулась, захлопала ресницами и снова опустила голову ему на плечо.

– Да.

– Ты уверена в этом?

– Я могу все пережить, если ты будешь рядом со мной.

– Но я еще долго буду находиться в окружении многочисленных янки.

– Сейчас это уже не так важно, – задумчиво проронила Криста.

– Означает ли это, что ты больше не испытываешь к ним ненависти?

Она резко повернула голову и посмотрела ему в глаза.

– Нет, я еще долго буду ненавидеть некоторых из них, – откровенно призналась Криста. – Но все дело в том, что моя любовь к тебе гораздо сильнее ненависти к ним.

– Никогда еще не встречал такой глубокой и страстной ненависти, – подытожил Джереми.

Ее улыбка стала еще шире.

– Совершенно верно. А теперь представь себе, насколько глубокой и страстной является моя любовь к тебе.

Джереми откинулся назад и погрузил пальцы в ее густые волосы. Над головой тихо шелестела листва, а чуть поодаль так же умиротворенно журчал ручей.

– Криста! – неожиданно пробормотал он.

– Что?

– Из тебя действительно получилась превосходная жена кавалерийского офицера. – Джереми собрал все свои силы, осторожно повернулся и, заключив ее в объятия, нежно поцеловал в губы. – Я восхищаюсь тобой! – едва слышно шепнул он, засыпая от усталости.

Вскоре он уже крепко спал, прислонившись спиной к дереву.

Криста стояла по колено в воде, предварительно сбросив с себя одежду, и с небывалым усердием терла покрытое пылью и потом тело. Она черпала горстью чистый песок со дна ручья, как это обычно делают команчи. Какой-то шум на берегу потревожил ее покой, и она быстро подняла голову. Ей казалось, что они ушли так далеко вглубь индейской территории, что встретить какого-нибудь незнакомца в этих краях будет просто невозможно.

К счастью, на берегу не оказалось посторонних. Это Джереми проснулся и сбросил с себя одежду, чтобы осмотреть раны.

Изрезанный ножом Парящего Орла, покрытый с ног до головы ссадинами, он, тем не менее, был красив и привлекателен.

Нет, не совсем так. Точнее сказать, сейчас он выглядел даже более привлекательным, чем прежде. А все эти раны скоро заживут и останутся только шрамы, что тоже неплохо. Глядя на них, она будет до конца жизни помнить, чем он жертвовал ради нее.

– Тебе не стоит вставать, – ласково пролепетала Криста, но тот уже поднялся на ноги и осторожно вошел в воду. Солнечный свет ярко отражался от гладкой поверхности ручья, чуть искривляя отражения двух обнаженных людей, чем-то похожих на Адама и Еву. Криста подумала в этот момент, что даже если бы сейчас сюда нагрянули команчи, то, скорее всего не посмели бы нарушить столь впечатляющую идиллию.

Перед ее глазами раскинулся Дикий Запад, чем-то напоминающий библейский Эдем.

Нет, не совсем Эдем. Они не ощущали себя столь же совершенными и безупречными, какими были Адам и Ева. Он весь был изранен и изможден, а она уже не могла скрыть свой с каждым днем увеличивающийся живот. Впрочем, может быть, именно это последнее обстоятельство делало их обоих сейчас особенно прекрасными.

Джереми подошел к жене и, взяв ее за руки, нежно и страстно поцеловал в губы.

– Ты же ранен, – томно шепнула она, закрыв от счастья глаза.

– Нет, нет, сейчас я чувствую себя намного лучше. И вообще наплевать на все эти царапины. Пусть даже все мое тело расползется на куски, но я все равно хочу немедленно заняться с тобой любовью. Причем сделать это по-новому.

– По-новому? – игриво переспросила она.

– Да. Ты будешь все время шептать мне на ухо, что безумно любишь меня, а я буду повторять то же самое, но только не шепотом, а громогласным криком.

– Правда? – недоверчиво заморгала Криста, не препятствуя его страстным поцелуям. – Джереми!

– Что?

– Я люблю тебя…

После беспокойной и чрезвычайно переменчивой осени зима показалась какой-то уж слишком вялой и по-домашнему привычной. Пятого октября им удалось подписать договор с отдельными индейскими племенами, включая команчей. Кристе показалось, что Джереми очень доволен этим обстоятельством, но потом выяснилось, что он не очень-то доверяет этому договору.

– Не думаю, что наша сторона действительно полна решимости выполнять все его условия, – откровенно признался он жене.

Однако в Форт-Джекобсоне, где они провели уже несколько месяцев, пока еще никто не потревожил их мирного существования, если не говорить о некоторых чудесных открытиях. Во-первых, резко изменилось отношение к Кристе всех обитателей форта. Когда она вернулась с мужем из индейского плена, ее встречали как самую настоящую героиню, причем возгласы восхищения раздавались даже из уст стервозной миссис Брукс.

Во-вторых, Роберт Черный Коготь, к счастью, выжил и быстро поправлялся благодаря неустанной помощи Кристы и их нового доктора Реми Монфорта. Доктор Монфорт был гражданским лицом, в течение всей войны находился на индейской территории и гордился тем, что никогда и ни при каких обстоятельствах не становился на ту или иную сторону. Криста не знала толком, так это или нет, но этот открытый голубоглазый парень понравился ей с самого начала.

Когда состояние Джереми и Роберта уже не внушало абсолютно никакой опасности, она решила поделиться с ним своими опасениями относительно будущего ребенка.

– Любая новая жизнь, – глубокомысленно изрек тот, – это неповторимое чудо! На самом деле мы все намного крепче, чем иногда кажемся себе. Сейчас вам остается только ждать, не забивая голову ненужными пустяками. Уверен, что все будет просто превосходно.

И он не ошибся. Однажды утром, как раз в день святого Патрика, Криста проснулась с жуткой болью в спине. Поначалу она никому ничего не сказала, так как Джереми был очень занят подготовкой к встрече с военнослужащими форта, расположенного на границе с Канадой, и ей очень не хотелось отвлекать его от срочных дел, тем более что тревога вполне могла оказаться ложной. Но потом обстоятельства вынудили ее обратиться за помощью. Не долго думая Криста отправилась к Селии, где всегда собирались почти все женщины полка, и все рассказала ей. К этому времени боль стала просто невыносимой.

– Криста Макгоули, – с привычной помпезностью обратилась к ней миссис Брукс, – похоже, у тебя начинаются предродовые схватки!

– Не знаю, что и думать, Мэри, – испуганно промямлила Криста, впервые назвав ее по имени.

Многие женщины стали обращаться к ней по имени с того момента, когда Джереми привез в форт молодого священника, а миссис Брукс научилась доброжелательно улыбаться. Впрочем, некоторые считали, что это произошло под непосредственным влиянием команчей.