Джо Гудмэн - Любовница бродяги

— Прошу прощения за руку, Салливан, — сказал Холлис. — Должно быть, это адская боль.

Ледяной взгляд Джаррета не дрогнул, но трясущаяся правая рука мгновенно перестала дрожать. Он уверенно поднял «ремингтон» и выстрелил. Пуля попала Холлису в плечо и отбросила его назад. Он отпустил Ренни и упал.

Когда Джаррет подошел к Холлису, тот отчаянно пытался встать на колени. Джаррет отвел в сторону «ремингтон» и жестом указал сержанту, чтобы тот взял заключенного под стражу. Обняв Ренни за талию, он притянул ее к себе. Ренни пристально глядела на Холлиса.

— Прошу прощения за руку, — сказала она. — Должно быть, это адская боль.

Эпилог

Лето 1877 г.

Была ясная ночь. Поверхность озера отражала лунный свет. Рыба, играя, прыгала за звездами, как будто это были сверкающие хлебные крошки. Закутавшись в легкую шаль, Ренни сидела, свесив ноги, на заросшем травой берегу озера, всего в нескольких сантиметрах от тихо плещущейся воды. В нескольких сотнях метров отсюда, за рощей из высоких сосен, находился горняцкий поселок Куинс-Пойнт. Так как час был поздний, всего несколько масляных ламп еще мерцали дымным желтоватым светом.

За спиной Ренни, выше по склону горы, фонари и факелы отмечали входы в туннели. Время от времени слышался окрик, короткое распоряжение, шум механизмов, двигающихся в штольне, но большая часть звуков от деятельности рудников пропадала в недрах отливающей серебром горы.

Это не значило, что вечер был тихим. Там, куда сейчас Ренни не могла заглянуть, на склоне горы, бригада рабочих прокладывала рельсы вдоль кривой, с нивелированной только сегодня утром. По стальным костылям и рельсам стучали кувалды. Тяжелые шпалы ударялись о землю. В этих звуках выполняемой работы Ренни были слышны свой ритм и своя музыка. Откинувшись назад на локтях, закрыв глаза, она указательными пальцами отбивала такт, слегка покачивая головой.

Ренни не услышала, как подошел Джаррет, Он остановился за ее спиной, не желая вторгаться в ее излюбленное убежище на берегу озера. Он наблюдал за слабыми движениями ее рук и головы, смотрел, как бьют по воздуху ее свисающие ноги. Когда Джаррет наконец опустился на землю рядом с ней, на его лице была улыбка.

— Дирижируешь? — спросил он.

Ренни не вздрогнула. Теперь ей больше не нужно было слышать шаги Джаррета, чтобы почувствовать его приближение. Ее глаза остались закрытыми. Она мечтательно улыбнулась, стараясь не пропустить такт.

— Хммм. Симфония Куинс-Пойнт.

Джаррет прислушался. Он слышал тот же ровный ритм и громовое стаккато, что и она. Сегодня вечером Ренни дирижировала собственным произведением. Утром Джаррет будет снова выполнять новую задачу. Все, рабочие в бригаде знали, кто решает, каким маршрутом пойдет путь, какой уклон может преодолеть локомотив, как будет проходить туннель и какие материалы нужно использовать. Люди уважали инженерные способности Ренни, но, как и предсказывал Джей Мак, не очень-то стремились получать приказы непосредственно от нее. Ренни писала музыку, а Джаррет был ее аранжировщиком.

Это была хорошая аранжировка. Ренни никогда не стремилась руководить бригадой строителей, а вот Джаррет был прирожденным лидером. В Нью-Йорке Джей Мак пожинал плоды своего удачного решения направить их сюда.

Налюбовавшись видом Ренни в лунном свете — бледная кожа, темные губы и волосы, — Джаррет наклонился и поцеловал ее в губы. Он хотел, чтобы поцелуй получился коротким, но у Ренни были другие намерения. Она дразнила его, слегка раскрыв свои губы, слабо пахнущие мятой. Джаррету стоило немалого труда оторваться от нее.

Ренни искоса взглянула на него с явным разочарованием.

— Ты собираешься работать с людьми всю ночь на пролет? — с подозрением спросила она. — Они взбунтуются, Джаррет, и что тогда будет со мной?

— Я думаю, что понятие «мятеж» можно отнести только к матросам и их капитанам, — сухо сказал он. — Как бы то ни было, они хотят сегодня уложить еще четверть мили пути. Завтра мы собираемся начать подрывные работы на проходке туннеля.

— Ты на три дня опережаешь график.

— Я думал, тебе это понравится. Ренни задумалась.

— Я в этом не уверена, — наконец сказала она. — Мне здесь хорошо, и я не хочу покидать это место. А ты?

— Тоже нет.

В пользу Куинс-Пойнт говорило многое, и не в последнюю очередь то, что Ренни здесь была счастлива. С самого начала в поселке их приняли очень радушно. Прокладка рельсов была событием, которого давно ждали, а роль Ренни в выполнении проекта здесь признали без всяких оговорок. До того как они прибыли в Куинс-Пойнт, он никогда еще не видел ее такой уверенной в себе. А единственная вещь, которая омрачала ее жизнь эти последние недели, вот-вот должна была исчезнуть.

Джаррет протянул руку к заднему карману джинсов, вытащил оттуда листок бумаги и помахал им перед ее носом.

— Что это? — спросила Ренни.

— Телеграмма от Джея Мака. Только что получена. Сегодня днем вынесли решение.

Ренни села, взяла бумагу из рук Джаррета и развернула ее на коленях, пытаясь в темноте разобрать, что там написано.

— Давай я тебе помогу, — сказал он. — Там сказано: «Пожизненные каторжные работы». Судья наконец вынес приговор Холлису, Ренни.

Она долго сидела, глядя на бумагу, и не говорила ни слова. Прошло шесть недель с тех пор как Ренни и Джаррет закончили давать показания против Холлиса Бэнкса. Суд длился после этого еще две недели. Газеты раздували дело по всей стране. Присяжные совещались всего несколько часов и вынесли обвинительный вердикт. Теперь был вынесен и приговор. До этого момента Ренни чувствовала себя так, будто ничего не было, решено.

— Я уже думала, что этого никогда не произойдет. Она посмотрела на Джаррета, в ее ясных глазах была боль.

— Я рада, что так кончилось, — тихо сказала она. — Я никогда не хотела, чтобы его повесили.

Джаррет подумал о всех ни в чем не повинных пассажирах поезда номер 412, забрал листок и спрятал его в карман.

— Ты более снисходительна, чем я.

Ренни покачала головой.

— Я так не считаю. Ты мог убить его в церкви, но не сделал этого.

— Мне чертовски повезло, что я не убил в этой церкви тебя.

Ренни так тоже не считала.

— Твоя рука была тверда как камень. Ты просто притворялся, чтобы Холлис сделал ложный шаг, — и он заглотнул наживку. С твоей стороны мне не угрожала ни малейшая опасность.

— В твоих словах я слышу уверенность, что все произошло именно так. — Джаррет поднял брови и искоса посмотрел на нее. — Твоя уверенность во мне получила должную оценку, хотя она и не совсем оправданна.

Ему удалось посеять маленькое зернышко сомнения. Ренни нахмурилась и скептически посмотрела на него. Джаррет усмехнулся в ответ. Ренни покачала головой, не зная, что с ним делать;