Джил Лэндис - Полевой цветок

Дэни уперлась руками в скамью и подняла лицо к заходящему солнцу. Звуки падающей воды действовали на нее успокаивающе. Она знала, что носит в себе ребенка Троя…

Дэни поняла это в самый неподходящий момент – когда купалась в комнате Константина Рейнольдса. Во многом благодаря этому открытию она и оказала ему такое яростное сопротивление. Теперь она уже не могла объяснять свою утомляемость жарой, как не могла сбрасывать со счетов отсутствие проклятия Евы – месячных. Все это свидетельствовало об одном: раньше, чем наступит зима, она родит ребенка Троя!

Звуки шаркающих шагов по гравийной дорожке сказали Дэни, что Трой идет к ней, но она не повернулась к нему, а продолжала смотреть прямо перед собой. Шаги стихли, и она почувствовала его руки на своих плечах. Пальцы его начали массировать ее мышцы, чтобы избавить их от напряжения. Она потерлась щекой об его руку, подняла голову и посмотрела ему в глаза.

– Она поедет с нами? – спросила Дэни тихо.

Он сел рядом и обнял ее. Потом прижался щекой к ее голове, и она почувствовала, что он кивнул.

– Благодаря тебе я не только остался в живых, но и вновь обрел свою мать. Спасибо тебе, Дэни!

Она вспомнила, как он благодарил ее ночью в джунглях.

– Если понадобится, я сделаю это еще раз.

– И я тоже, – сказал Трой. – Я готов еще раз пройти через все это, лишь бы ты была со мной!

Он поцеловал ее, обведя языком контур ее губ, потом отстранился и посмотрел ей в глаза.

Желая поделиться с ним своей тайной, Дэни наклонила голову и спрятала глаза, прижавшись лицом к его плечу. Слова ее прозвучали приглушенно, но он все-таки услышал их.

– Мне кажется, я наказана за то, что просила твоей любви…

Он погладил ее ладонью по спине и спросил:

– Как это?

– Со мной никогда такого не было, и поэтому я не совсем уверена в том, что со мной происходит.

– Ты не могла бы выражаться немного яснее?

Она глубоко вздохнула и посмотрела на него.

– Прошлой ночью ты просил меня стать твоей женой.

– Я помню. И я жду от тебя ответа.

Она еще раз вздохнула и улыбнулась.

– Я решила тогда, что из-за лихорадки ты начал бредить.

– Это был самый благоразумный поступок в моей жизни! Наверное, лихорадка благотворно влияет на мой разум.

Дэни улыбнулась.

– В этом я с тобой согласна. – Она снова опустила глаза. – А ты не боишься связать свою жизнь с… с такой, как я?

– Я недостоин тебя, Дэни! Всем, что у меня есть, я обязан тебе.

Она вновь подняла глаза и покачала головой в знак несогласия.

– Как ни странно, мне кажется, что я для тебя – не лучший выбор. Я не умею готовить, не умею шить модные вещи. У меня никогда не было большого дома, и я не знаю, как вести хозяйство…

Трой не удержался и поцеловал ее в надутые губы.

– Ты можешь любить и рожать детей! Все остальное предоставь мне.

– Все, что мне нужно будет делать, это любить тебя и рожать детей?

Он кивнул.

– А как же охота, рыбалка и все эти неприятности, в которые я постоянно попадаю?

Он вздохнул с притворным видом безропотного смирения.

– Конечно, этим ты тоже будешь заниматься. Я не упомянул об этих занятиях, потому что не видел в этом необходимости.

– Кстати, насчет детей…

– Забудь о том, что я тебе говорил насчет детей. – Трою показалось, что в глазах ее мелькнул страх, и он поспешно добавил: – Это придет, когда ты будешь готова.

– Может быть, это придет гораздо раньше, чем ты думаешь. – Дэни пожала плечами и улыбнулась.

Трой схватил ее за плечи, повернул к себе лицом и внимательно посмотрел в глаза, чтобы прочесть в них правду. Затем он радостно улыбнулся, привлек ее к себе и прижал к своему сердцу.

– Я чертовски рад тому, что ты наказана за твои ошибки так быстро! – сказал он и прижался щекой к ее волосам.

Дэни отстранилась от него и выпрямилась.

– Я все время забываю, что у меня есть свои деньги. Почему бы тебе не бросить твою судоходную компанию, чтобы больше времени уделять мне?

Трой поцеловал ее в темный от загара нос.

– Мне будет трудно устоять перед этим соблазном.

Дэни принялась вертеть пуговицу рубашки между своими грудями.

– Я постараюсь тебя уломать.

ЭПИЛОГ

Обитатели острова Фонтейн, прежние и новые, собрались в уютной гостиной, чтобы выслушать рассказ Грейди об его участии в приключениях Троя. Земля за окнами была залита теплым весенним солнечным светом, в то время как легкий ветерок колебал тюлевые занавески за спиной рассказчика. Лэйаль в бордовом платье, с величественной осанкой, сидела возле Джанетт Фонтейн на небольшом диване с изогнутыми ножками и крепко держала свою невестку за руку. Джанетт уже начинала чувствовать себя более непринужденно в их обществе, но Лэйаль знала, что потребуется время, для того, чтобы зажили ее душевные раны. Как только Джанетт будет к этому готова, Лэйаль намеревалась устроить прием и пригласить на остров несколько близких друзей с семьями, чтобы заново представить обществу Батон-Ружа свою невестку. Это будет скромный вечер, заверила она себя, на нем будет не более пятидесяти гостей.

Лэйаль взглянула на сидящую в другом конце комнаты Дэни. Девушка уютно устроилась в кресле с подголовником; ноги ее лежали на небольшой скамеечке. Трой полулежал на полу возле кресла Дэни. Он держал свою невесту за руку и не отводил от нее глаз.

Лэйаль перевела взгляд на Грейди, который на всякий случай поправил лацкан своего безупречного травянисто-зеленого пиджака, а затем подтянул рукав рубашки.

– Я написал своему отцу сразу, как только мы вернулись после нашей экспедиции на Запад. Но прошло несколько недель, прежде чем он смог сообщить мне о том, что узнали его адвокаты о семье Дэни – Уиттикерах из Нью-Йорка. – Он кашлянул и снова принял важный вид. – В конце концов они смогли разыскать троюродного брата Дэни, который рассказал о ее происхождении. Оказывается, ее отец, единственный наследник в семье, впал в немилость, женившись на служанке, иммигрантке из Дании. Его отец, дед Дэни, выгнал его из дома без цента в кармане, и он решил стать миссионером. Перед самым отъездом у этой четы родился ребенок; разумеется, этим ребенком была Дэни. – Грейди кивнул в ее сторону. – Дед знал о ее рождении, но не захотел простить своего сына.

Грейди оглядел комнату, чтобы убедиться, что его слушают, хотя всем, кроме Лэйаль, история эта была уже хорошо знакома.

– Сын покинул дом и уехал с женой и маленькой дочерью на Запад, – продолжал он. – Потом родители Дэни умерли, и она осталась совсем одна. В дальнейшем ее дед пытался разыскать девочку, не считаясь с расходами, но безуспешно. По иронии судьбы, он умер незадолго до приезда Дэни в Сент-Луис. Но, – добавил Грейди и улыбнулся с торжествующим видом, – он завещал значительную часть своего имущества любым детям, оставшимся после его сына и его жены! Запись в семейной библии доказывает, что Дэни является дочерью Уиттикера и что она имеет право на эти деньги. Адвокаты моего отца сейчас работают над тем, чтобы обеспечить ее право наследования.