Джулия Хилпатрик - Последняя любовь Скарлетт

Напарник страдальчески наморщил лоб и через минуту пробормотал:

– Нет, ничего… Во всяком случае, имя Моники Гриффитс мне ничего не говорит… Хотя… Постой, постой… Вот Ален Перкинсон – как будто бы что-то знакомое…

Он недобро посмотрел на Алена и сказал первому полицейскому:

– Джек, их надо доставить в участок. Там с ними и разберемся!

Ален опустил руки.

– Мисс, не угодно ли проехать с нами? – обратился к Монике Джек.

– Отстаньте, мистер! – прикрикнула на него девушка. – Я не так хорошо знакома с этим молодым человеком, которого вы назвали Аленом Перкинсоном!

– Вот как? – удивился Нат.

– Да, представьте себе! Он подобрал меня по дороге! Я даже и не знаю, куда он меня вез! А почему вы стояли на том месте, господа полицейские?

– Ну как же, – сказал Джек. – Ведь это граница! Там, – он показал большим пальцем руки за спину, – начинается мексиканская территория…

– Как – мексиканская территория? Я не желаю ехать на мексиканскую территорию? – закричала Моника. – Господин полисмен!

Она подбежала к Джеку и упала ему на грудь. «Вот артистка!» – неприязненно подумал Ален.

– Защитите меня от этого мошенника! – девушка указала пальцем на Алена. – Видимо, он решил меня ограбить и надругаться надо мной…

– Успокойтесь, мисс, – погладил по голове Монику полисмен. – Однако, как же этот субъект мог ограбить вас, у вас же ничего нет!

– Как нет? – вскричала Моника с настоящими слезами на глазах. – А эти два чемодана?

Она указала на чемоданы на заднем сиденье автомобиля Джека Монди.

– Моника, прошу тебя, перестань! – сказал Ален и сделал шаг к девушке.

– Стойте, мистер! – воскликнул Нат, вытаскивая револьвер. – Ни шагу дальше, иначе я буду стрелять!

– Да вы что, – возмутился Ален, кипя от гнева, – да вы послушайте, что она такое несет! Как это ей не надо было со мной? Ведь мы ехали вместе, она улыбалась, вы же сами видели! Моника, перестань чудить!

– Мы познакомились с ним в дороге, – продолжала утверждать девушка, дергая полисмена по имени Джек за рукав. – Поэтому он знает мое имя…

При этом Моника смотрела на фараона таким красноречивым взглядом, что тот невольно положил руку ей на плечо и сказал:

– Я прошу мисс не плакать и не волноваться. Мы сумеем защитить вас!

– Так! – произнес Нат угрожающим тоном. – Сейчас разберемся! Тебе, парень, лучше молчать, – процедил он Алену, заметив, что юноша снова открыл рот. – Говорить буду я, понял?

Ален вздохнул и опустил голову.

– Так, – сказал Нат и показал револьвером на чемоданы Моники: – Джек, возьми вещи этой мисс и поставь мне в машину. Давай, я его пока буду держать под прицелом. От этих подонков всего можно ожидать.

– От каких таких подонков? – прошипел Ален. – Это вы меня так назвали?

– Я же сказал, парень, чтобы ты помолчал. Таких как ты много шастает у границы. Я не удивлюсь, если мы обнаружим, что твой автомобиль доверху набит наркотиками… Надо будет разобрать его по винтику в участке!

– Может вы наденете мне наручники? – спросил Ален.

– Ты хочешь, чтобы мы надели тебе браслеты? – хмыкнул Джек. – Ну и народ, эти преступники! Как только их поймают, они сразу воображают, что все с ними должны обращаться как с опасными террористами! Надевать наручники, перевозить в клетках… Может быть, ты еще не прочь дать интервью в центральные газеты?

Фараон издевательски захохотал.

– Я не преступник, – помотал головой Ален. – Вы ошибаетесь…

– Это мы установим в участке! – сказал Джек.

– Мы не наденем тебе наручников, парень, ты не сможешь управлять своей машиной, – покачал головой Нат. – Мой напарник будет тебя держать под дулом пистолета, это тоже большая честь! И не вздумай мудрить, он не промахнется, будь уверен!

Перкинсон посмотрел на фараона взглядом затравленного зверя. «Ничего нельзя сделать, – пронеслось в голове. – Вот и скрылся от проблем… Остается надеяться, что в участке разберутся и меня отпустят…»

Джек вынул чемоданы Моники из автомобиля и поставил на землю.

– Мисс, прошу вас, садитесь на мое место, – сказал он. – Вы поедете с моим товарищем. А я составлю компанию вашему приятелю…

– Он не мой приятель! – притопнула ногой Моника. – Я уже говорила вам!

– Ладно-ладно, – ухмыльнулся фараон и, подняв чемоданы Моники, понес их к патрульному автомобилю.

– Увидев, что девушка осталась одна, хозяин ресторана подошел к Монике.

– Извините, мисс, я не мог поступить иначе, – шепнул Бьянти девушке в самое ухо. – Дело в том, что вино, которое я вам подавал – контрабандное… Я его получал из Мексики…

– Эх, мистер Бьянти, мистер Бьянти, – протянула укоризненно Моника.

– Прошу вас поторопиться, – сказал полицейский. Моника кивнула и заняла место в патрульном автомобиле.

– Надеюсь, вы плавно управляете машиной? – поинтересовалась она у водителя.

Она уже совсем успокоилась, слезы на ее прекрасных глазах высохли.

Нат хмуро покосился на девушку и ничего не ответил.

– Поезжайте вперед! – крикнул он напарнику. – И держи его на мушке! Я поеду сзади, таким образом, если что, я буду дополнительно прикрывать тебя!

– Хорошо, Нат! – ответил Джек. – Смотри не сверни с этой пташкой по дороге куда-нибудь в лесок!

Ален уселся в автомобиль и положил дрожащие руки на рулевое колесо. Джек опустился рядом, все время держа револьвер направленным в сторону Перкинсона.

– Заводи свою колымагу, парень, – сказал полисмен. – Только не гони, я терпеть не могу, когда ветер свистит у меня в ушах!

Проклиная все на свете, Ален Перкинсон завел мотор и поехал вперед.

ГЛАВА 14

Через день, когда Ретт Батлер выходил из своей квартиры, ему с трудом удалось пройти – лестницу занимал громоздкий диван, один конец которого доходил до самой квартиры Ретта. Два широкоплечих парня, очевидно только что поднявших этот диван на второй этаж, развалились на нем и курили, поминутно сплевывая на пол.

Батлер неприязненно посмотрел на них. У него с языка готов был сорваться гневный вопрос о том, что они здесь делают и как позволяют себе так себя вести.

Однако на долю секунды его опередил один из парней, жизнерадостно посмотревший на него и произнесший:

– Эй, дед… Здесь квартира графини Строуберфилд?

Ретт мрачно кивнул:

– Этажом выше!

– Отлично! Френк, взялись!

Парни поднялись с дивана и подхватили его на руки. Диван закачался и стал медленно подниматься по лестнице на третий этаж.

– Осторожнее, господа! – взмолился Ретт Батлер, видя, что диван задевает стенки и царапает штукатурку.

– Не бойся, дед! – ответил один из грузчиков. – Миссис Строуберфилд за все заплатит!