Кэтрин Харт - Шелк и сталь

Действительно, Брендон помнил, что говорил доктор Дэвис о нежелательности интимных отношений в последние три месяца беременности Лорел. Хотя ему страстно хотелось заняться любовью со своей женой, он решил не делать ничего, что могло бы повредить Лорел или малышу.

Поэтому, уже улегшись в постель, они оба растерялись — как вести себя дальше. В течение нескольких минут они молча лежали на расстоянии друг от друга. Затем Брендон решил нарушить неловкое молчание:

— Позволь мне всего-навсего обнять тебя, Лорел. Я так соскучился по тебе, мне так тебя не хватало.

Вздохнув с облегчением, она уютно устроилась, свернувшись в его руках. Он глубоко вдыхал такой знакомый запах ее тела.

— О любимая, ты так хорошо пахнешь! — Руки его покоились на ее животе.

Младенец толкнулся, и Брендон нежно рассмеялся:

— Эй, ты, видно, еще помнишь меня!

Он поцеловал ее в шею, а руки ласково коснулись округлости ее живота. И прежде, чем оба осознали, что делают, один поцелуй повлек за собой другой, ласка следовала за лаской, вздох за вздохом, пока они не прильнули, бездыханные, полные страстного желания, один к другому.

— Этого не следует делать, Лорел, — произнес Брендон, задыхаясь.

— Знаю, но какое значение имеют эти две недели! О Брендон, я так хочу тебя!

Капли пота выступили у него на лбу, но он старался сдерживать себя.

— Ты уверена, милая?

— Люби меня, Брендон! Люби меня, или я непременно умру!

С величайшей осторожностью и нежностью они завершили свою новую свадьбу и раскрыли свои сердца друг другу. Лорел казалось, что ее одарили золотыми крыльями и силой лететь к луне, когда Брендон взял ее с собой в далекие сферы космоса. Вместе они парили среди звездной россыпи в восторженном путешествии экстаза. И вернулись на землю, задыхающиеся и полные любви.

Удовлетворенные, они лежали в объятиях друг друга.

— Теперь я действительно опять чувствую себя твоей женой, — блаженно вздохнула Лорел, — и на этот раз по-настоящему. Ох, Брендон, я так счастлива! Я так люблю тебя, дорогой, всем сердцем!

— Было время, когда я думал, что уже никогда не услышу твоего голоса, твоих слов о любви, и это было невыносимо больно. Я храню, как сокровище, каждый день, проведенный нами вместе, — так скупец хранит свое золото в тайных подвалах.

— Мы создадим вместе новые воспоминания, дорогой, — пообещала она шепотом. — Мы окрасим их своей любовью, и они будут прекраснее, драгоценнее, а главное — прочнее любого произведения искусства.

— Ты помнишь, какой сегодня день, Брендон? — спросила Лорел, запихивая очередную ложку овсяной каши в рот своей маленькой дочурки.

— Суббота, — проворчал он, пытаясь втиснуть ложку между белыми блестящими передними зубами сына. — Мэт, перестань кусать ложку, маленький грубиян! Ты только и делаешь, что пускаешь пыль в глаза, а у нас нет времени для таких глупостей. Ты знаешь, как сердится наша мама, если мы опаздываем в церковь!

Лорел вытерла Аманде подбородок и дала выпить молока.

— Сегодня ровно год со дня землетрясения в Сан-Франциско.

Схватив за руку озорничающую дочь, она строго сказала:

— Мэнди, не смей пачкать кашей волосы!

— Не напоминай мне об этом, — ответил Брендон, — это был самый мрачный период моей жизни. Если бы можно было вычеркнуть его из нашей памяти!

Лицо Брендона стало суровым от воспоминаний и от действий его восьмимесячного сына.

— Ради Бога, Мэт! Не плюй на меня кашей. Разве можно так себя вести? Отвратительно! Посмотри, что ты натворил вокруг!

— Это мой сын, что ты его все ругаешь, — напомнила Лорел, любуясь ими обоими и картиной, которую они представляли собой все вместе.

— Знаю, но он ведет себя за столом ужасно! Маленький бесенок скорее наденет на себя тарелку с едой, чем съест!

— Радуйся, что у нас не тройня! — засмеялась Лорел. — До сих пор удивляюсь, откуда у нас двойня. Насколько я знаю, со стороны моей семьи никогда не было двойняшек.

— С моей — тоже, так что не пытайся свалить вину на меня, лукавая женщина!

— Может быть, мы начали новую семейную традицию? Как ты думаешь, у Деб есть шансы родить двойню? Она тоже слишком толста для шести месяцев беременности.

— Но до тебя ей все же далеко, любовь моя. В этот срок ты ходила вперевалку, как откормленная утка.

Увидев, что Лорел намеревается швырнуть в него ложкой, он добавил:

— Но ты все равно была очаровательнейшей женщиной, какую я когда-либо встречал.

— Льстец!

— Да, но добьюсь ли я этим того, чего хочу?

— Знаю, знаю, чего ты хочешь. А я, рискуя задеть твое самолюбие, сейчас хочу одного — немного помощи по дому. Деб уже не может много делать, а двойняшки отнимают у меня столько сил! Мы могли бы иметь больше слуг или хотя бы еще кухарку.

— Понимаю, у нас действительно сейчас очень суетно, но дом Хенка и Деб вскоре будет готов, и они переедут туда.

— Да, но мне бы все же хотелось и сейчас больше внимания уделять Мэту и Мэнди. Меня, по-моему, никогда не хватает на то, чтобы по-настоящему наслаждаться ими, а они так быстро растут! Скоро начнут ходить.

— Я не сказал, что нельзя нанять кого-нибудь тебе в помощь, дорогая. На самом деле это хорошая мысль. Мы можем себе это позволить. И у тебя будет больше времени на себя. Я уже не помню, когда мы в последний раз ездили вместе верхом.

— Если ты согласен, то на следующей неделе я начну присматривать кого-нибудь. Ты кого предпочитаешь: китаянку, американку или мексиканку?

— На роль экономки или горничной — мне все равно кого. Если же ты говоришь о поварихе, то лучше взять американку.

Лорел подняла Мэнди со стульчика.

— Надо поторопиться, а то опоздаем.

Брендон поднял сына и поцеловал золотистую головку. Волосы у близнецов были светлые, как у Лорел, но глаза у Мэта — отцовские, серо-стальные, а у Мэнди — нежные, мечтательные, цвета лаванды.

— Мы все же идем обедать к твоему отцу? — спросил он.

— Да, я вчера уточнила у Беки. Ясон чуть не довел ее до обморока — у него режется первый зуб, но она успокоила меня, что они с Мартой внимательно следят за ребенком.

— Я все думаю, как забавно, — сказал Брендон с кривой усмешкой, — Рекс так нас проклинал, а у него и Беки сын появился уже через семь месяцев после свадьбы.

— Ты скотина, Брендон Прескотт, но я ужасно тебя люблю! Да, в таком возрасте я вдруг получила брата, что несколько странно, тем более что он меньше моих собственных детей. Но не будь к отцу так строг, он буквально лопается от гордости, к тому же Ясон — точная копия отца.

— И уже обнаруживает знаменитое упрямство Бурке, — заметил Брендон.

— Оно нисколько не уступает твоему, Брендон. Такого упрямого и настойчивого человека, как ты, я больше не встречала.