Катриона Флинт - Утраченное сокровище

Шелдон вытащил из жилетного кармана массивные золотые часы и посмотрел на время.

— Вы поедете в том, что на вас одето, нравится вам или нет. Вы опоздаете, если сейчас же не поедете.

— Чего спешить? — удивился Хэрлен. — Других кандидаток не будет.

— Повторяю, я никуда не поеду в таком виде!

— Поедете! И сию же минуту! — с этими словами Шелдон резко развернулся и вышел из комнаты.

— В кэб, капризная леди! — Хэрлен подтолкнул Молли к выходу. — Мы еще посмотрим, как вы исполните роль леди!

Вопреки своему наглому тону, он с опаской поглядывал на руку Молли, все еще сжимавшую подсвечник. Он был не против трахнуть ее, но уже попробовал ее коготки. Он не сомневался в ее решимости воспользоваться этим или любым другим предметом.

— После вашей встречи мы будем ждать в кафе «Собачье счастье», — и Хэрлен захлопнул дверцу кэба.

Офис Левина выглядел так, как Молли и ожидала: массивная мебель, стены обшиты деревом, книжные шкафы. Она немного волновалась в ожидании этой встречи, чувствуя себя не в своей тарелке. Ее настроение совсем испортилось, когда она перехватила хмурый взгляд клерка, осмотревшего ее наряд. Сердце учащенно билось, когда она входила в кабинет адвоката.

Известный своим красноречием и отменным стилем, Сэмпсон Левин ощущал себя актером-трагиком. Он не позволял себе лишних жестов и слов.

Однако в тот момент, когда Дженкинс ввел в кабинет Молли, Сэмпсон почти забыл о своем имидже. С несвойственным ему волнением, он уставился молча на прелестную даму. И только присутствие Дженкинса, ожидавшего дальнейших распоряжений, вернуло его в обычное состояние.

— Мистер Левин, — сказал Дженкинс торжественным тоном, — представляю вам мисс Моллин Кеннеди из Балтимора.

Сэмпсон вышел из-за стола, чтобы приветствовать ее, попутно отметив, какое на ней безвкусное платье.

— Очень приятно, мисс Кеннеди, — приветливо произнес Сэмпсон, пожимая ей руку. Он просто не верил такой удаче.

Молли несколько успокоил этот доброжелательный прием. Не остался без внимания и заинтересованный взгляд адвоката. В конце концов, может все и не так плохо?!

— Рада встрече с вами, мистер Левин, — произнесла Молли, таким тоном, как ей казалось, должна разговаривать учительница с директором школы.

— Мистер Левин, мисс Кеннеди откликнулась на наше объявление в газете, — сообщил Дженкинс.

— Прекрасно, прошу вас, присаживайтесь.

Молли грациозно села в кресло, она полностью контролировала себя.

— Как долго вы уже в Сан-Франциско, мисс Кеннеди? — спросил Сэмпсон. Так лучше всего начать разговор. Она и не знала, как давно он задумал встретиться с ней.

Он внимательно выслушал ответ. Она в городе уже почти целый месяц и живет у престарелых родственников. Ей приходится искать работу, так как старая тетя больна, и она должна материально помочь ей.

Сэмпсон был восхищен. Отличный предлог! Она говорила так уверенно, с таким достоинством и прекрасно будет смотреться в классной комнате. А у него были связаны с ней такие заманчивые планы.

Пока Сэмпсон говорил, Молли держала паузу. Размышляя, действительно ли он предложит ей эту работу. Никто не сообщил Молли, как озабочен был Уинслоу Форчун поисками учительницы, и она ожидала, что ей предстоит еще соревнование с другими кандидатками. Она не знала, сколько их уже было и сколько сбежали.

Молли представляла себя Саммит маленьким городком, похожим на другие подобные в Мэриленде, где она выросла. Она думала, что школа в Саммите не отличается от той, в которой она сама училась. Конечно, это не монастырская школа, та, наверное, побольше и поприличнее. Молли все еще: сомневалась, сможет ли она преподавать в такой школе?

Сэмпсона Левина также волновал этот вопрос. Он теребил усы, скрывая непроизвольную улыбку, а ведь она не сказала никакой глупости и ничего смешного. Он представлял себе реакцию Уинслоу Форчуна, когда богиня любви появится перед ним и объявит, что это и есть новая учительница. Его быстрый ум рождал все новые никчемные вопросы, и он с серьезным видом записывал ее ответы.

— У вас есть опыт работы учительницей? Вы выглядите так молодо.

— Мне двадцать два года, мистер Левин, это не так уж мало.

Порой ей казалось, что она гораздо старше своих лет. Слишком богатыми событиями были последние четыре года.

— Так вы уже преподавали?

— У меня есть некоторый опыт, правда, небольшой, — как все удачливые врунишки, Молли старалась полностью не отступаться от правды. — Я работала около года в монастырском сиротском приюте, преподавала там, учила детей английскому языку.

— Как называлась эта школа?

— Школа Явления Пресвятой Девы Марии в Балтиморе.

«Неплохо», — отметил про себя Сэмпсон. Он посчитал, что наступил момент для них обоих сказать правду.

— Каким образом вы встретили Шелдона Роквелла?

Изумлению Молли не было предела, но она сумела сохранить самообладание.

— Извините, кого встретила?

— Я спросил о Шелдоне Роквелле, том самом, который отправил мне записку о вашем согласии принять наше предложение.

Молли похолодела.

— Будь я проклят, какая чушь! Неужели этот придурок думал, что я не узнаю его почерк! Так что вас с ним связывает?

— Не понимаю, о чем вы говорите!

— Вы действительно хотите получить эту работу или только притворяетесь?

Молли не понимала, как это могло случиться, а в голосе адвоката послышались стальные нотки.

— Да, я хочу получить эту работу, — Молли делала ударение на каждом слове.

— Тогда скажите мне правду. — Молли уже открыла рот, чтобы ответить, но Сэмпсон прервал ее, глаза его стали холодными и колючими. — Не пытайтесь лгать. Я слишком хорошо чувствую, когда меня хотят надуть. Ваша игра была отменной, я восхищен, но постановка закончилась. Кстати, я был вчера в театре «Мажестик», когда начался пожар…

Молли побледнела, на глазах появились слезы. Она злилась на себя и весь мир, и была в отчаянии. Он смеялся над ней! Она вскочила с кресла и направилась к двери.

Слова Сэмпсона остановили ее:

— Уверен, критики несправедливы к вам. Хотя премьера и провалилась, вы были блистательны в своей роли. Я искренне восхищался вами.

— Это правда? — Молли обернулась.

— Не сомневайтесь. Я даже заехал в отель «Палас» сегодня во время обеда, хотел повидаться с вами и помочь продержаться какое-то время, пока вам не предложат другую роль…

— Но…

— Но вы уже уехали, и по счету заплатил господин.

— Да, правильно.

Сэмпсон улыбнулся.

— Я предположил, что именно Шелдон Роквелл предложил вам стать его протеже. И вот вы появляетесь здесь. Я разочарован. Между ролью Богини любви и ролью школьной учительницы лежит такая пропасть.