Франциска Вульф - Заговор во Флоренции

– Разве это непонятно? – спросила Анна, продолжая нервничать. – Я много работала в архиве. В семидесятых годах мы были первым женским журналом, который напечатал материал о Флоренции. Мы были первопроходцами. В восьмидесятых наш журнал был непревзойденным в этом вопросе, в девяностые – все обращались к нам за консультацией, учитывая наш опыт в этом регионе. С тех пор командировка в Тоскану для меня такая же рутина, как изучение английского в средней школе. Могу поспорить, что свыше сорока процентов наших читательниц имеют загородный дом или квартиру или регулярно снимают жилье в районе виноградных плантаций Тосканы, а остальные шестьдесят процентов – хотя бы однажды побывали в тех краях. Отодвинув от себя пепельницу, чтобы освободить место для вазочки с мороженым, она покачала головой. – Такой темой никого не удивишь. Даже в Гельзенкирхен интереснее съездить.

Ангела подняла свои ухоженные, тщательно выщипанные брови.

– Тебе не кажется, что ты сейчас неправа?

– Поверь, я знаю, о чем говорю, – возразила Анна, затушив сигарету и приступая к мороженому. – Что касается Флоренции, то за последние тридцать лет мы напечатали в журнале все, что можно сказать о Флоренции, включая этот фестиваль. Не забывай, что я прожила там целых три года.

Анги внимательно смотрела в лицо подруги из-за высокой вазочки с мороженым.

– Весьма примечательно, что ты упомянула об этом, – заметила она вскользь. На самом деле, это был один из ее «провокационных» приемов, которыми она пользовалась в своей работе, – он помогал «вытащить клиента из резерва», как выражалась Ангела. Анна знала этот трюк, долго общаясь с подругой. Но, несмотря на это, клюнула и попалась на ее удочку.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ничего, абсолютно ничего, – с невинностью Адама и Евы перед грехопадением ответила Ангела. – Я только хочу сказать, что не всем женщинам, в том числе читательницам вашего журнала, выпадает счастье провести три года во Флоренции.

– Послушай, Анги, я знаю, куда ты клонишь, – решительно возразила Анна. – Ты хочешь сказать, что я еще не пришла в себя после истории с Роберто? Уверяю тебя, ты ошибаешься. Роберто со всем его благородным семейством мне совершенно безразличен.

– Неужели? – Анги сдвинула наверх солнечные очки и посмотрела на Анну спокойным профессиональным взглядом психолога, которому ясна картина болезни и который не терпит возражений. Однако в ее глазах была искренняя забота о подруге. – Ты ведь любила Роберто. А то, что он с тобой сделал, как себя повел – вместе со всем своим семейством, – чтобы избавиться от тебя, – это самое настоящее свинство. Любой из твоих друзей свернул бы ему шею. Но не забывай, что Роберто – это еще не вся Флоренция.

Анна шевелила ложечкой в бокале. Ей больно было слышать это, но Ангела была права. Она действительно изо всех сил противилась поездке во Флоренцию, чтобы ничто не напоминало ей о Роберто и о его семействе, о том омерзительном письме, которое оказалось сильнее их любви, вернее, того чувства, которое они принимали за любовь. Аналитический ум подруги часто пугал Анну.

– Позволь дать тебе совет, – сказала Ангела. – Исполни данное поручение и жди своего шанса. Пусть твой бразильский репортаж пока отлежится в письменном столе. Поезжай во Флоренцию. Не борись с воспоминаниями, даже если они причиняют тебе боль. Смотри врагу в глаза и постарайся понять, что он ничтожество. Только так ты можешь полностью освободиться от него.

– Спасибо за совет, – едко ответила Анна. – Гонорар переведу на твой счет в банке.

– Не надо язвить. Для друзей моя помощь ничего не стоит, – сказала Анги. – Анна, я хочу только одного – чтобы ты перестала сохнуть по этому типу. Он не стоит клочка бумаги, на котором напечатано его свидетельство о рождении. Просто поезжай во Флоренцию и пойми, что он не стоит твоего мизинца.

Некоторое время они сидели молча и ели мороженое. Наконец Анна глубоко вздохнула.

– Знаешь, что, – начала она, – кажется, ты права, хотя я не уверена, что все получится, как ты говоришь.

– Когда состоится Calcio in Costumo?

– В последнее воскресенье августа, – ответила Анна, отодвигая от себя пустую вазочку. – У меня еще есть время, чтобы привыкнуть к этой мысли.

Анна во Флоренции

Вытащив из вагона чемодан и оказавшись на железнодорожном вокзале Випитено, Анна вспомнила слова Ангелы: «Не борись с воспоминаниями… Смотри врагу в глаза…» Легко говорить. Вряд ли ей поможет шоковая терапия.

Было около десяти вечера. Четверг. В это время Анна должна была уже находиться в уютном, теплом, комфортабельном спальном вагоне первого класса и засыпать под мерный стук колес. Но итальянские железнодорожники как раз сегодня объявили забастовку. Таким образом, она и фотограф Торстен, вместо того чтобы медленно подъезжать к Флоренции, застряли в тирольских Альпах. Анна нервно расхаживала по вагону, ежась от холода. От ледяного ветра, свистящего по перрону, не спасала даже толстая шерстяная кофта. Собирая вещи, она ориентировалась на летнюю температуру и не была готова к вынужденной остановке в горах.

Анна нервно посматривала на электронное табло, на котором уже в течение десяти минут огромными буквами рядом с указанием поезда «Firenze-Sciopero» прочно зависло слово «Забастовка». Больше никаких пояснений. Когда поезд продолжит свой маршрут? Ни слова. Хотя дураку было понятно, что пассажиры не собираются покидать вагон и совершать экскурсию по близлежащим окрестностям.

Торстена это, казалось, совсем не беспокоило. С олимпийским спокойствием он расстегнул молнию на куртке, словно сложившаяся ситуация доставляла ему наслаждение. С невозмутимостью буддистского монаха он закурил сигарету, в ответ на что Анна чуть не разразилась бранью. Слава богу, у него хватило такта предложить сигарету и ей.

– Надеюсь, скоро поедем, – переминаясь с ноги на ногу, чтобы хоть немного согреться, заметила она. – Лично у меня нет никакого желания провести здесь всю ночь.

– Послушай, стоит ли так волноваться? – спросил он, отбрасывая со лба прядь не совсем чистых волос. – Мы же не на Северном полюсе, что с нами случится? Я помню, как мы целую неделю торчали в Андах: сломался наш автобус. В горах ни души. Еды никакой. Вот так и провели с урчащими желудками целую неделю при температуре минус пять градусов. А ночью пришлось спать в спальных мешках, глядя на ястребов в небе. А здесь – что с нами может случиться? Камеры и пленка надежно упакованы – не страшен ни дождь, ни мороз. Смотри на все с юмором. Зато будет что рассказать после. Больше суток нас не продержат.

– Что? Больше суток, ты сказал? – От злости Анна стиснула зубы, чтобы не взорваться. У них во Флоренции напряженная программа. Она уже назначила ряд встреч со знаменитостями. В субботу их пригласили на традиционный флорентийский обед. Кроме того, она собиралась посетить средневековый базар, чтобы заснять пару колоритных мотивов. А в воскресенье – спектакль, после которого они ночным поездом отправляются из Флоренции домой. Времени на Флоренцию останется совсем немного. Побродить по Понте Веккио и посидеть в небольшой траттории Джанкарло рядом с Санта-Мария дель Фьоре, по-видимому, не удастся. А Торстен радуется. Что хорошего, торчать здесь в такой холод? – Мы не можем так долго ждать. Завтра рано утром нам надо быть во Флоренции. В крайнем случае, придется взять такси.