Гейл Линк - Неугасимое пламя

— Вам оно нравится? — спросила она с легким беспокойством в голосе, глядя на них широко раскрытыми светло-карими глазами.

— Оно очень красивое, мадемуазель, — ответила Рэчел и добавила: — так же, как и вы сами.

— Merci[6], мадемуазель, — откликнулась незнакомка.

— Не стоит благодарности, — возразила Рэчел, — я всего лишь констатировала очевидное.

— Тем не менее вы очень любезны.

Молодая женщина еще раз внимательно оглядела себя в зеркале и, казалось, осталась довольна результатом.

В комнату вернулась мадам де ла Пёр, нагруженная увесистыми альбомами с зарисовками самых разнообразных туалетов.

— Здесь вы почерпнете кое-какие идеи, мадемуазель, — пояснила она. — Посмотрите внимательно, не найдете ли вы что-либо себе по вкусу.

— Я уже нашла, — заявила Рэчел. — Больше всего мне нравится вот этот фасон. — Она указала на туалет незнакомой девушки.

— У мадемуазель прекрасный вкус, — похвалила модистка, — но, быть может, декольте стоит сделать менее глубоким?

Рэчел снова взглянула на золотистое платье, отметив, что она чуть полнее в груди, чем прекрасная незнакомка.

— Нет, я считаю, что именно такой фасон пойдет мне больше всего, — наконец объявила она.

«Я уже не школьница, — решила Рэчел, — и на званом обеде все должны понять это раз и навсегда».

— Ты уверена, Рэчел? — спросила Каролина. — Твоя мама может быть против.

— Нет, я хочу именно такое, — настаивала Рэчел.

— Как желаете, мадемуазель Галлагер, — вмешалась мадам, стремясь угодить заказчице. — Я отдам ваш туалет в работу immйdiatement[7] и через два дня жду вас на примерку.

— Превосходно, мадам, — согласилась Рэчел. — Через два дня я буду у вас.

Покончив со своим делом, Рэчел и Каролина направились к выходу, и в этот момент помощница мадам вернулась в комнату, держа в руках корзинку со швейными принадлежностями.

— Итак, — обратилась мадам де ла Пёр к неизвестной девушке, — вы довольны, мадемуазель дю Лак?

Та обернулась и, широко улыбнувшись, ответила:

— Я в восторге от этого платья, мадам, и думаю, что Матьё тоже придет в восторг.

Услышав это имя, которое, как ей было известно, соответствовало английскому «Мэтью», Рэчел остановилась у выхода.

— В чем дело, Рэчел? — спросила Каролина, уже взявшаяся за дверную ручку.

— Ш-ш-ш, — прошептала она на ухо подруге, не сводя глаз с мадемуазель дю Лак. Сердце ее отчаянно колотилось, она ждала окончания разговора.

— Записать этот наряд на счет мистера Деверо? — спросила помощница мадам, открывая свой гроссбух.

— Mais, oui[8], — воскликнула заказчица, направляясь в кабинку для переодевания.

«На счет Мэтью Деверо».

Несколько мгновений Рэчел чувствовала, что ей не хватает воздуха. Эта прелестная молодая женщина вне всякого сомнения была любовницей Мэтью, его fille de joie[9].

— Деверо, — в изумлении прошептала Каролина. — Ты слышала, Рэчел?

Рэчел бросила на нее предостерегающий взгляд.

— Да, — слабо проговорила она и выскочила из комнаты. Остановившись на тротуаре, она глубоко вздохнула и попыталась взять себя в руки. Стремительное бегство было не лучшим вариантом, хотя в данный момент ей больше всего на свете хотелось бежать без оглядки, сделав вид, что она ничего не слышала.

«Эта женщина, эта прелестная молодая женщина делила с Мэтью постель, — стучало в мозгу Рэчел. — Он оплачивал ее наряды, ее дом, все ее пожелания и прихоти, в обмен на исключительное право пользоваться ее ласками».

— Рэчел!

Она услышала, как ее зовут, и очнулась от своего оцепенения. Рядом с ней сидела Каролина и с тревогой вглядывалась в ее небесно-голубые глаза.

— Все в порядке, Каролина, — успокоила она подругу, слабо улыбнувшись.

— Ты уверена? — спросила Каролина. — Не так-то легко слышать то, что ты только что выслушала.

Рэчел вздохнула.

— Можно подумать, я и не подозревала, что он содержит женщину, — пробормотала она.

— Но ты не встречалась с ней, — уточнила Каролина.

Рэчел пристально взглянула на подругу:

— Ты совершенно права.

Она повернулась и уставилась на дверь, ведущую в приемную мадам де ла Пёр.

— Пойдем, — торопила Каролина, держа Рэчел за руку и направляясь с ней к коляске, ожидавшей их в нескольких шагах от входа в ателье. Садясь в коляску, Рэчел на мгновение задержалась и еще раз взглянула на входную дверь. Она увидела, что подле нее остановился легкий экипаж, запряженный парой прекрасных гнедых лошадей. Возница, высокий стройный мужчина, соскочил на землю и помог вышедшей из ателье мадемуазель дю Лак сесть в экипаж.

Подсаживая ее, мужчина повернул голову и оказался лицом к лицу с Рэчел.

Минуту Мэтью потрясено взирал на нее, затем, ответив на какой-то вопрос спутницы на том же беглом французском, на каком говорила она сама, вскочил на свое место, натянул вожжи, и экипаж исчез за углом.

Рэчел опустилась на плюшевое сиденье коляски и закрыла глаза.

— Давай не будем сегодня заезжать к Колберну, хорошо? — спросила она у Каролины. — Я вдруг почувствовала, что ужасно устала.

— Если хочешь, мы можем поехать в книжный магазин завтра, — согласилась ее подруга.

Весь путь они проделали молча. Выйдя из коляски, девушки остановились на мощенном кирпичом тротуаре, каждая перед своим домом.

— Если ты захочешь поговорить… — начала было Каролина.

— Спасибо большое, но нет. Тут нечего сказать, не так ли?

— Тем не менее…

Рэчел подняла щеколду кованой железной калитки, ведущей к парадному входу. В отличие от креолов, строивших дома тыльной стороной к улице, американцы и другие обитатели этой части города предпочитали, чтобы их дома выходили на улицу фасадом. Раскидистые орехи и магнолии отделяли здания от проезжей части.

— Я признательна тебе за участие, правда признательна, — твердо сказала Рэчел, — но в нем нет необходимости. Я просто хочу побыть одна.

— Как хочешь, — уступила Каролина. Она нежно обняла подругу и направилась к собственному дому.

Рэчел повернула стеклянную ручку на входной двери и вошла в прохладный холл. Прислонившись спиной к двери, она пыталась собраться с силами до тех пор, пока из внутренних комнат не появилась Лизль.

— Что-нибудь не в порядке, мисс Рэчел? — спросила она и поспешила к девушке, чтобы помочь ей снять жакет.

Рэчел развязала ленты своей шляпы, облизнула губы.

— Мне ужасно жарко, вот и все, — сказала она, чтобы объяснить, почему она столь стремительно скинула жакет. — Можно мне немножко твоего холодного лимонада?

— Конечно, мисс Рэчел. Прислать его к вам в комнату?