Кэт Мартин - Жар сердец

Его разбудил крик, который, казалось, наполнил собой весь корабль. Морган вскочил с койки и бросился из каюты, но на полпути сообразил, что на нем нет одежды. Издав проклятие, он поспешно натянул брюки, застегнул пояс и распахнул дверь соседней каюты.

Крик стих, но на лице Силвер, сидящей на самом краю койки с поджатыми к подбородку ногами, застыло выражение дичайшего ужаса. Каюту заливал неяркий лунный свет, бросавший отблеск на ее плечи и серебристые волосы.

— Что случилось? — Морган вошел внутрь. Встав перед койкой, он расставил ноги, потому что судно сильно покачивало на волнах. — Скажи мне, что произошло?

— К-крысы. — Силвер показала пальцем в угол, где несколько мохнатых тварей попискивали, пытаясь что-то вырвать друг у друга.

— Что? — озадаченно переспросил он.

— Там, в углу.

— Ты боишься мышей?

Силвер подняла упиравшийся в колени подбородок.

— Это не мыши, а крысы. Я ненавижу крыс, — ответила она, избегая смотреть Моргану в глаза.

— Ты ненавидишь крыс, — протяжно повторил Морган. Его брови чуть приподнялись, губы озадаченно сжались. А затем он начал оглушительно хохотать.

— Прекрати, черт тебя побери! Это совсем не смешно!

Но Морган не мог остановиться. Он смеялся до тех пор, пока у него не начало колоть в животе, а на глазах не выступ пили слезы.

— Ты похитила лейтенанта техасских морских пехотинцев, бросилась на меня с кулаками, запугала двадцать человек команды — и ты боишься мышей?

Он снова рассмеялся, и Силвер, вне себя от ярости, вскочила с койки, полная решимости покинуть каюту.

— Куда это ты направляешься? — повысил голос Морган.

— Я не хочу оставаться здесь с вами или с этими… этими тварями.

— Ты можешь здесь не оставаться. Идем. — Взяв ее за руку, он отвел Силвер в свою каюту и бросил: — Сиди здесь. Я скоро вернусь.

Однако исчез он надолго, а когда наконец вернулся, то принес на руках рыжего полосатого кота, лучшие годы которого, судя по виду, давно прошли.

— Надеюсь, котов ты не боишься?

— Я обожаю котов, — с вызовом ответила Силвер. Морган дотронулся до царапин на своей щеке.

— Мне следовало самому догадаться. — Он пересек каюту и протянул ей кота. — Его зовут Соггер. У него совсем другое отношение к грызунам.

Морган подошел к двери каюты стюарда, впустил туда кота и закрыл за ним дверь. Спустя несколько мгновений из-за двери раздались писк и звуки возни, затем все стихло.

Морган открыл дверь, и из каюты медленно вышел Соггер. В зубах он нес крысу, ее длинный хвост безжизненно волочился по полу.

— О Боже! — простонала Силвер, резко отвернувшись. Морган усмехнулся:

— Я начинаю думать, что ты совсем не такая суровая, как мне показалось.

Она метнула в него мрачный взгляд.

— Не делай поспешных выводов. — Силвер скользнула мимо него в каюту и громко хлопнула дверью. В ответ Морган лишь улыбнулся.

К ее удивлению, скоро она почувствовала, что ее клонит в сон, но какое-то тревожное чувство мешало спокойно заснуть. Потерев глаза в попытке отогнать дремоту, Силвер всмотрелась в утренний полумрак за окном. Проклятие! Начался прилив, и их корабль, снявшись с якоря, уже направлялся к выходу из гавани.

Силвер метнулась к двери, но она оказалась запертой. Чувствуя бешеный стук сердца, Силвер вернулась к окошку, чтобы увидеть, как ее последняя надежда вырваться на свободу уплывает прочь.

Если бы окно было пошире! Силвер в сердцах ударила по узкой раме из тикового дерева и выругалась, почувствовав острую боль.

Внезапно ей пришла в голову мысль, от которой она сразу забыла о боли: если каждое из двух окошек над койкой слишком мало, чтобы она смогла выбраться наружу, то она может попытаться выломать доску между ними, в два раза увеличив проем.

Силвер окинула взглядом каюту, разыскивая что-нибудь подходящее для решения этой задачи. Ее взгляд остановился на стуле. В отчаянии взглянув на удаляющийся с каждым мгновением берег, Силвер схватила стул и, встав коленями на койку, с силой ударила им по оконному стеклу.

Осколки посыпались вниз с громким звоном, но шум волн и крики матросов на вантах заглушили его. Силвер ударила еще несколько раз. В конце концов деревянная перегородка между окнами раскололась, и Силвер не стоило большого труда выломать ее. Теперь путь к бегству был свободен. Времени на переодевание не оставалось, и Силвер, поспешно схватив под мышку брюки и рубашку Джордана, начала выбираться наружу.

Отверстие оказалось недостаточно широким, и на мгновение ей показалось, что она застрянет. А вдруг сейчас появится Морган? От этой мысли у Силвер перехватило дыхание. Но все же ей удалось выбраться из окна незамеченной. Силвер быстро подбежала к борту и спрыгнула в воду. И тут же, вынырнув, внезапно поняла, что берег гораздо дальше, чем она считала. Пришлось расстаться с одеждой Джордана, и медленными, размеренными, берегущими силы гребками Силвер направилась к далекому берегу.

— Боже, майор! — Гамильтон Рейли с изумлением указывал в направлении берега. — Скажите, что мои глаза мне врут.

— Лодку на воду! — скомандовал Морган. — Матросы, по местам, быстрее!

Моряки кинулись выполнять его команду. Вооружившись подзорной трубой, Морган вгляделся в маленькую неясную фигурку, медленно удаляющуюся прочь от корабля. Было видно, как волны захлестывают голову плывущей.

Черт побери! Она боролась с ним, а теперь, похоже, начинает бороться с собственной жизнью. Проклятие! Он должен был предпринять какие-нибудь меры, чтобы она оставила свои безумные попытки бежать, но ему и в голову не могло прийти, что она способна на подобное. Силвер находилась уже на полпути к берегу. Если ей не помешает отлив, она вполне способна добраться до суши.

Шлюпка опустилась на воду с громким шлепком.

— Готово, капитан!

— Виллис, Гордон, Флагг и Бенсон, беритесь за весла. — Все четверо поспешно спустились по веревочному трапу и сели на весла. Следом за ними корабль покинул и Морган. — Отдать концы! — приказал он.

Как только лодка отчалила, моряки дружно налегли на весла. Никому из них не требовалось объяснять, что от скорости их шлюпки зависит жизнь человека.

Морган снова поднес к глазам подзорную трубу. Силвер плыла к берегу медленно и с большим трудом, но Моргана удивило, как далеко она все же успела удалиться от корабля. Не стоило ее окликать: это могло иметь непредсказуемые последствия. Она могла запаниковать и потерять из-за этого последние силы.

— Мы сделаем все, что сможем, капитан! — крикнул Моргану один из матросов.

— Мы — ее единственный шанс на спасение, парни! — выкрикнул Морган в ответ.

Шлюпка понеслась по волнам так быстро, как раньше не плавала ни одна из шлюпок «Саванны». «Никто из матросов не желает стать свидетелем чужой гибели, — подумал Морган. — Никто, и уж точно не я».