Элайна Фокс - Строптивый ангел

Почувствовав привычную тяжесть кобуры на поясе, Энджелл повеселел. Шериф предусмотрительно выглянул наружу – проверить, нет ли нежелательных свидетелей.

А затем Энджелл пошел по пустым улицам вслед за Уинтерзом к ожидающему их экипажу.

За последние два дня сильно похолодало. Когда они подошли к экипажу, Энджелл заметил пар, вырывавшийся изо рта лошадей, и поежился. Поверх рубашки на нем был только кожаный жилет. Может быть, они все-таки заедут за его одеждой?

Уинтерз остановился поговорить с кучером. Энджелл, дрожа от холода, открыл дверь экипажа. Внутри, в полумраке, закутавшись в темно-зеленый, подбитый мехом плащ, сидела мисс Морланд. Она выглядела встревоженной.

Широко улыбаясь, он забрался в экипаж. Она ответила ему слабой улыбкой, которая почти сразу сменилась выражением все той же тревоги. Она быстро достала носовой платок и прижала его к губам.

– Господи, – выдохнула она с ужасом, когда Харви присоединился к ним, – неужели там нельзя принять ванну?

Когда молодой человек понял, что она имела в виду, то искренне смутился. Заодно он сразу вспомнил, как качнулся экипаж, когда он забирался внутрь, и невольно сравнил свои неуклюжие движения с изящными манерами Уинтерза.

Рядом со своими спасителями Энджелл чувствовал себя грязным и неловким. В присутствии мисс Морланд ему почему-то хотелось избавиться от тяжелой кожаной кобуры, оттягивающей пояс. Хотя револьверы были самые изящные, какие можно только найти, – два «кольта» сорок пятого калибра с инкрустированными перламутром рукоятками. «Миротворцы» – так их называли в шутку.

Он вольготно откинулся на спинку сиденья и низко надвинул шляпу на глаза. Пусть думают, что он невежа, упрямо подумал он, надеясь, что они все-таки не заметили в полутьме, что он слегка покраснел.

– Примите мои извинения, мэм, – пробормотал он. – Там, в тюрьме, не было ванны. Там вообще ничего такого не было, кроме ночного горшка.

Энджелл понял, что опять ляпнул что-то не то. Он прикрыл глаза и тихо выругался. Ну кто его тянул за язык?

Внезапно юноша осознал, что правила хорошего тона, которыми он когда-то владел, достаточно прочно им забыты. И возможно, даже безвозвратно. Это открытие стало для него неприятной неожиданностью.

Из-под полей шляпы он видел, как мисс Морланд и Уинтерз обменялись обеспокоенными взглядами.

Ну и черт с ними, раздраженно подумал молодой человек. Они что, думают, он сразу, как по волшебству, превратится в приличного благовоспитанного хлыща?

Уинтерз стукнул изящной тростью с набалдашником из слоновой кости в крышу. Почти сразу же снаружи раздались резкий свист кучера и щелканье кнута. Экипаж тронулся.

– Мистер Энджелл. – Вежливые слова мисс Морланд словно пролили бальзам на его уязвленное самолюбие. – Вы не возражаете, если я задам вам несколько личных вопросов?

Он метнул на нее быстрый взгляд из-под полей шляпы, искренне надеясь, что это не те вопросы, которых он так опасался.

– Спрашивайте, – сказал молодой человек.

– Вы знаете, как пишутся и читаются ваше имя и фамилия? – спросила она. – Сможете написать?

– Да, мэм, смогу, – ответил он и заметил, что ее это явно обрадовало.

Она достала из-под плаща небольшую книжку и протянула юноше:

– Пожалуйста, прочтите первый абзац.

Он взял у нее книгу и начал читать. Спустя некоторое время она добавила:

– Вслух, пожалуйста.

Энджелл почувствовал, как кровь приливает к щекам, и, смущенно откашлявшись, начал читать книгу вслух:

– Нация – это… это группа людей, об… объед… объединенных вместе общими целями и подчиняющихся одним законам. Также общество выры… вырабатывает законы, связавшие…

– Связывающие, – мягко поправила она.

– Связывающие всех его членов. – Он поднял голову и улыбнулся, борясь с чувством отвращения к самому себе. – Ну, вот так, видите, нечего беспокоиться, верно? – Он попытался быть любезным.

– Чудесно, – улыбнулась в ответ Эва. – А теперь… – Она достала ручку и бумагу. Он уже был готов спросить, почему она носит все это под плащом, но вовремя одернул себя, решив, что шутка обесценится последующим раздраженным комментарием Уинтерза. – Напишите, пожалуйста, на листке ваше имя, а потом распишитесь под этим.

Ну, уж это-то он может. Энджелл взял ручку с бумагой и огляделся в поисках твердой поверхности.

– Можете писать на книге, – подсказала Эва.

– Но мы едем, так что я…

– Я понимаю. Ничего страшного, если у вас получится неаккуратно, – улыбнулась она и кивнула ему, чтобы он начинал писать.

Он бережно положил листок бумаги на книжку. Затем взял ручку и внимательно оглядел, потом поднял удивленные глаза на Эву. Предупреждая его вопрос, она сказала:

– Чернила внутри.

– Не врете? – недоверчиво спросил он и опять пристально осмотрел ручку. Затем, заметив, что его спутники ждут и смотрят на него, опомнился. Он с напускной небрежностью нацарапал на листке свое имя. Затем протянул ей.

– Джошуа Энджелл, – прочитала девушка. – Хм. Интересное сочетание. Скажите, а каково происхождение вашего имени?

Энджелл был так поглощен этой беседой, что смысл сказанного не сразу дошел до него. Она разговаривала с ним словно с одним из людей ее круга, на равных. Это было необычно и немного странно. Он задумчиво посмотрел на нее и внезапно осознал, что не вполне понимает, что она имеет в виду под словом «происхождение».

– Это как? – вырвалось у него.

– О Господи! Ну откуда оно взялось, ваше имя! – взорвался Харви Уинтерз. Он пригладил непослушную шевелюру и извиняющимся тоном обратился к своей спутнице: – Прошу прощения, Эва, но это же просто невозможно переносить! Я же говорил тебе о моих плохих предчувствиях. И мне кажется, что они уже понемногу начинают сбываться.

– Харви, – спокойно прервала его мисс Морланд, дотронувшись до его запястья рукой, – успокойся. Дело уже сделано. И мистер Энджелл, на мой взгляд, просто великолепно нам подходит. По всем статьям. – Она одарила его теплой улыбкой. – Ваши родители родом отсюда или они приехали из других краев? – уточнила она, возвращаясь к разговору.

Энджелл был зол на себя за то, что так легко поддается чарам этой красивой девушки. Кроме того, его раздражало поведение Уинтерза. И он решил немного отомстить.

– Нет, мэм, – печально вздохнул он, – они оба жили здесь, в Америке. Мама назвала меня Энджеллом, потому что в детстве у меня были светлые волосы и я был очень послушным мальчиком. Она говорила, что я похож на ангела. Затем, когда я подрос, она сказала, что мне нужно нормальное имя, и выбрала Джошуа – ей понравилось, как это звучит. Поэтому мое полное имя Джошуа Энджелл, но большинство знакомых зовут меня просто Энджеллом.