Конни Мэйсон - По велению любви

— Я бы не стал обольщаться насчет Лекса, — сказал Райан, обнимая Кит за плечи.

Она напряглась и убрала его руку.

— Ты думаешь, он мертв? — спросила Кит.

— Он был серьезно ранен. Даже если он поправится, его все равно осудят и казнят. Я понимаю, что Леке много для тебя значит, но, думаю, тебе нужно быть готовым к худшему.

— Я переживу, — сказала Кит, почувствовав комок в горле.

— Ты останешься с Бартонами, если Леке… не вернется?

— Я так далеко не загадываю, — уклонилась от ответа Кит.

— Ты еще очень молод. У тебя впереди вея жизнь. Уходи, пока можешь, — посоветовал Райан. — Тебе не место среди матерых бандитов.

— А тебе? — поддразнила его Кит.

— Еще больше, чем тебе.

Он хотел было продолжить, но поостерегся. Если он проговорится о том, что Кит — женщина, то привлечет к ней внимание Билли, а это слишком опасно и приведет к таким неприятностям, с которыми ему не справиться. Чем дольше компания Бартона будет считать Кита мальчиком, тем в большей безопасности она окажется.

Следующие дни тянулись медленно. Кит занималась подготовкой к отъезду. Она собиралась покинуть лагерь под видом мальчика и прибыть к месту назначения в образе женщины. Леке во время одной из своих поездок через границу приобрел для нее женское платье, и она держала эти вещи на дне деревянного сундука.

Кит была уверена, что в женской одежде никто из банды Бартона не узнает ее. Она не сомневалась, что сможет вернуться в Тумстон как Кэтрин О'Шей, сокращенно Китти. Фамилия ее матери до того, как та вышла замуж за Дика Джонсона, была О'Шей, и лишь немногие знали, что Китти — не родная дочь Дика. Очень мало людей в Тумстоне могут помнить Дика, Рену или Китти через столько лет, считала она.

Клэнк вернулся в лагерь ровно через пять дней. Билли поговорил с ним наедине, в стороне от остальных. Кит была как на иголках, издали наблюдая за ними. Она уже хотела вмешаться в разговор, когда Билли позвал ее. Краем глаза она заметила, что Райан пошел вслед за ней.

— Ничего хорошего, малыш, — начал Билли.

— Вообще-то я и не ожидал ничего хорошего, — ответила Кит. Она перевела взгляд на Клэнка. — Леке мертв, да?

— Сожалею, малыш. Он умер сразу же, еще там, на улице. Я сам поговорил с гробовщиком. Ему попали в самое сердце. Он не страдал, если ты это хочешь знать.

Кит склонила голову и кивнула. Нечего видеть Бартонам, как дрожат ее губы. Мужчины не плачут.

— Спасибо, Клэнк, — прерывисто сказала она и отвернулась. — Пожалуй, я спущусь к реке, принесу воды.

— Я пойду с тобой, — предложил Райан.

— Нет! Я хочу побыть один, — спокойно объяснила она.

— Оставь мальчишку, — сказал Билли. — Они с Лексом были большими друзьями. Думаю, он еще не понял, что в нашем деле лучше не иметь очень близких друзей.

Кит чувствовала на себе взгляд Райана, пока шла к реке. Она не хотела, чтобы он следовал за ней. Ей совсем не нужно было, чтобы кто-нибудь видел, как она напугана. С тринадцати лет ей не на кого было положиться, кроме Лекса. Шесть лет Леке охранял ее и заботился о том, чтобы она не голодала. Кит понимала, что Леке обеспечивал ее безопасность ровно настолько, насколько это было возможно при их образе жизни, Он научил ее ездить верхом, стрелять и ругаться, как мужчины. Он замаскировал ее под мальчика и научил выживать на вражеской территории, когда они присоединились к банде Бартона.

Кит подошла к реке и присела на камень, чтобы обдумать, как ей жить дальше. Лекса не стало, она теперь совсем одна. Кит понимала, что оставаться дальше с Бартонами — все равно что сидеть на пороховой бочке, когда вокруг пожар. Она инстинктивно чувствовала: пришло время уходить. Она подготовится, выждет какое-то время и ускользнет в подходящий момент. Нужно было все обдумать, а времени на это оставалось очень мало. В голове кружилось много идей. Некоторые она отбрасывала сразу, как нереальные. Если бы она могла довериться Райану… Но она не может себе этого позволить. Он такой же, как все, преступник. И доверять ему можно не больше, чем другим членам банды Бартона. Осушив слезы, Кит вернулась в лагерь с твердым намерением оставить преступную жизнь.

Странно, но Райан испытал облегчение, увидев Кит, возвращающуюся в лагерь. Он пытался понять, любила ли она Лекса Джонсона, и предположил, что, должно быть, любила. Не многие женщины могли бы оставаться так долго с мужчиной, которого не любят. Кит была почти ребенком, когда связалась с Лексом, думал он. Что же могло заставить девочку оставить дом и связаться с преступником? На первый взгляд в этом не было никакого смысла. Если только…

Неужели? Внезапно он все понял. Неужто женщина, которую он разыскивает, все это время была у него под носом? Эта мысль заставила Райана совершенно иначе взглянуть на ситуацию. На необходимость розыска.

Этим вечером Райан решил проявить настойчивость и расспросить Кит о Лексе и Кэтрин. Он дождался, пока закончится ужин. И когда она отправилась спать, последовал за ней. Он намеревался наконец выяснить эту тайну.

Райан вошел в хижину и зажег фонарь.

— Хочешь поговорить? — спросил он, подойдя к ее кровати.

— Нет, я хочу спать.

Он стянул с нее одеяло и с отвращением обнаружил, что она легла в постель в той же грязной одежде, в которой ходила всю неделю. Он хотел задать ей несколько хитрых вопросов, но от ее поведения все его добрые намерения улетучились, и он грубо сказал:

— Твой любовник мертв. Что теперь будешь делать?

Кит подскочила, на лице — выражение страха и злости.

— А что ты, черт побери, можешь предложить? Леке был не из тех мужчин. И я не такой.

— Это правильно, Кит, или как там тебя зовут. Ты вообще не мужчина, правда? Ты шлюха Лекса!

Кит вскочила. Сжав кулаки, она замахнулась и ударила Райана кулаком в живот. К удивлению Райана, удар был весьма чувствительный, и его отбросило назад. Он согнулся пополам и хмуро посмотрел на нее.

— Это за что, черт возьми?

Кит воинственно уставилась на него:

— Мне не понравилось то, что ты только что сказал.

— Почему же, ведь это правда, разве нет?

— Ты, должно быть, не в себе, если думаешь, что я женщина.

— А ты, должно быть, полная дура, если думаешь, что я этого до сих пор не понял. Билли и все остальные, наверное, ослепли, если не заметили этого. Сомневаюсь, смотрели ли они вообще на тебя.

— Ты ошибаешься, — соврала Кит. — Уходи и оставь меня в покое.

Она повернулась к своей кровати.

Райан выпрямился, резко схватил ее за ворот и притянул к себе.

— Ошибаюсь, да? Стал бы я это делать, если бы ошибался?

Держа ее запястья одной рукой у нее за спиной, а другой рукой подняв ее подбородок, он прижался ртом к ее губам. Она так плотно сжала губы, что ему пришлось воспользоваться языком, чтобы раздвинуть их. Его поцелуй не был похож на нежный. Это был способ доказать его мужское превосходство и показать, что он видит в ней женщину. И вначале, совсем недолго, так и было. Но как только Райан почувствовал, что ее губы стали мягче и слегка раздвинулись под его настойчивым языком, и ощутил их сладковатый вкус, он стал действовать мягче.