Сьюзен Джонсон - Когда вы кого-то любите

Она поморщилась, сама мысль о том, что придется проводить время с Графтоном, вызывала отвращение. С другой стороны, от предложения финансового карт-бланша отказаться было невозможно:

— Как долго я должна развлекать старого сатира — на утренних скачках тоже или только на послеобеденных? Вы с его невинной женой уже согласовали ваши планы?

— Нам не хватило времени, — брови Дарли дернулись в спортивном азарте, — ибо мы были поглощены другим занятием.

— То-то я заметила, что леди выглядела возбужденной, когда мы вошли.

— У Элспет нет опыта во флирте.

— Элспет? Как нежно у тебя это прозвучало. — Аманда лукаво улыбнулась. — На самом деле, Джулиус, можно подумать, что эта смазливая малышка затронула твое очерствевшее сердце.

— Она затронула место, что находится чуть пониже сердца, — ответил он явно развеселившись. — И если бы нас не прервали…

— Тогда, похоже, я спасла тебя от подлинного бедствия. Графтон пристрелил бы тебя на месте.

— С другой стороны, появись ты минут на десять позже, я мог бы успеть удовлетворить мои плотские желания и мне не пришлось бы ждать до завтра.

— Тебе незачем ждать, — буркнула Аманда, бросив на него знойный взгляд.

Он уже подумал об этой возможности и нашел ее вполне приемлемой. Охваченный внезапной неловкостью — никогда в жизни он еще не отвергал секса — он почти принял предложение Аманды.

Но вместо этого словно со стороны услышал собственный голос:

— Мне, пожалуй, лучше поберечь силы на завтра.

— Ты шутишь. — Она-то знала, что Дарли мог заниматься любовью без устали сутки напролет.

— Я сегодня почти не спал. — Что было правдой, но, тем не менее, было лишь отговоркой.

— Если ты собираешься выставить меня, — надулась Аманда, — я ведь могу потребовать больше, чем только бриллианты.

— Все, что пожелаешь, дорогая. — Он хотел, было даже предложить ей одного из своих чистокровных скакунов. — Я мог бы обвинить тебя в моей усталости, — лицемерно заявил он. — Ты совершенно укатала меня прошлой ночью.

На лице Аманды появилось самодовольное выражение.

— Почему ты не сказал мне этого раньше? Ведь это же все меняет.

— Ты же сама знаешь, что ты самая горячая штучка по эту сторону дверей рая — без исключения, — заявил он, польстив ее непомерному тщеславию. — И учти также, ведь я не становлюсь моложе.

— Чушь! Тебе всего тридцать три, и ты самый породистый жеребец в Англии. — Она бросила на него оценивающий взгляд. — Уж мне-то это хорошо известно.

— Может, тебе захочется получить одного из моих жеребцов, — предложил маркиз, намереваясь как можно скорее вернуться домой, дабы окончательно определиться с планами на завтра.

Она вновь пристально взглянула на него. Он никогда не дарил своих породистых жеребцов. И даже не продавал их.

— Ты основательно влип на этот раз, дорогой.

— Вряд ли. Просто Элспет очень уж чиста и свежа, вот и все.

— Берегись, а то ведь можешь попасть в ее лапки, — поддразнила его Аманда.

— Это всего лишь секс, — сказал Дарли. — И ничего больше.

— Это ты так говоришь, — игриво бросила она. — И все же позволь мне…

— Мой гнедой против твоего вороного. Ставлю пять к одному. — Он предпочел не обсуждать больше свой интерес к леди Графтон. Завтра он займется с ней любовью, и на этом все это закончится.

— В прошлый раз ты проиграл.

— Попробуешь снова?

В ответ она хлестнула своего вороного, и через несколько секунд они уже неслись во весь опор в направлении Ньюмаркета.

Сотрудничество, даже просто участие Аманды было главным в его планах.

И было не важно, кто победит на скачках.

В любом случае он выигрывал — только его призом станет сокровище совсем иного толка.

Глава 7

Элспет всю ночь напролет беспокойно металась и ворочалась в постели, повторяя бесчисленное количество раз, что не может ввязываться в столь опасную авантюру. Она напоминала себе, что на кону не только ее собственное будущее, но и будущее брата. И вне зависимости от того, как сильно ей хотелось провести время с прекрасным маркизом, это увлечение могло иметь самые несчастные, просто кошмарные последствия.

По счастью, накануне их прервали прежде, чем они окончательно договорились о свидании, и сейчас, в холодном свете дня, она почувствовала облегчение, что не обещала Дарли обязательно встретиться с ним.

И действительно, она абсолютно не была готова к любовным интрижкам.

Она чувствовала себя гораздо комфортнее, ведя размеренный образ жизни. А когда приступы раздражительности ее мужа обострились, он стал большую часть времени проводить со своими закадычными друзьями-собутыльниками.

Когда Софи вошла с утренним шоколадом и распахнула занавески навстречу утренним лучам солнца, Элспет смогла произнести с сознанием правильного, окончательно принятого решения:

— Какое чудесное угро.

— Ну, это еще как посмотреть, — буркнула няня. — Видели бы вы, как граф весь дом поставил на уши. Даже шоколад для вас мне пришлось готовить самой. Как он гоняет и шпыняет слуг и кучера, и даже лакея, который толкает его кресло. Он, видите ли, собрался сегодня на скачки — причем ни свет ни заря.

Образ Дарли во всем его великолепии тут же возник в голове Элспет, пульс резко участился и всякое понятие о спокойном и размеренном существовании, мгновенно улетучилось, словно утренняя дымка под порывом штормового ветра. Она бросила взгляд на часы, в голове роем пронеслись тысячи наиприятнейших возможностей, одна соблазнительней другой.

— Еще слишком рано, — сказала Софи, заметив взгляд Элспет. — Пейте ваш шоколад, пока я готовлю ванну. К тому времени граф уже уедет.

Значит, маркиз сделал это! Неужели такое возможно?

— Ты уверена, что лорд Графтон собирается на скачки? — Элспет выросла за пределами того круга богатства и привилегий, где, по-видимому, не существовало ничего невозможного.

— Записку принесли вчера вечером, причем, как сказал дворецкий, от нее просто разило дорогими духами. И с того момента старый сатир только об этом и говорит. Так что он отправится на скачки, в этом нет ни малейшего сомнения.

— А для меня никто не оставил записки… я имела в виду… я подумала…

— Для вас не было никаких посланий, — сердито буркнула Софи. — И если хотите моего совета… а вы его не хотите… но я все равно предостерегу вас ради вашего собственного блага… держитесь подальше от этого смазливого повесы.

Не было необходимости спрашивать, кого она имела в виду.

— Я знаю, — пробормотала Элспет, расстроенная, хотя и не совсем убежденная, что ей предстоял целый день свободы.