Барбара Картленд - Горизонты любви

— Полагаю, вы гордитесь и тем образом жизни, который он ведет! — раздраженно заметила Люси.

Роланд не выставлял свои картины, не пытался продавать их, но его друзья за границей явно ценили его талант.

— Если вас интересует мое мнение, — как-то раз, когда они с Джорджем говорили о Роланде, заявила Люси, — то, по-моему, ваш брат впустую растрачивает свою жизнь.

— Не понимаю, почему вы так считаете, — удивился лорд Уимонд. — По крайней мере он что-то создает.

Люси презрительно хмыкнула, и это окончательно возмутило ее мужа. Он с горечью добавил:

— Роланд создал множество картин, а я — единственного сына. Так что, если сравнивать, преимущество явно на его стороне.

Он вышел из комнаты прежде, чем Люси сумела возразить ему, и с тех пор она избегала разговоров с Джорджем об его брате.

» Это послужит ему уроком, — злорадно думала она сейчас, подходя к кабинету мужа, — если дочь Роланда окажется уродиной!«

Люси протянула руку, чтобы открыть дверь, и услышала голос Джорджа и чей-то смех.

Смех был мелодичный, молодой и очень естественный.

Люси открыла дверь.

Джордж расположился в своем любимом кресле, а на полу перед ним сидела светловолосая девочка, с виду совсем ребенок, и переворачивала листы с эскизами.

— Посмотрите, дядя Джордж! Так забавно!

Она снова рассмеялась, но смех замер у нее на губах, когда она увидела Люси. Та остановилась в дверном проеме и рассматривала ее.

На мгновение в комнате стало очень тихо, потом лорд Уимонд опомнился:

— А, вот и вы, Люси! Это Айна! Мы рассматриваем эскизы, которые ее отец делал в юности.

— Я ждала вас наверху, — машинально заметила Люси.

Она закрыла дверь и вошла в комнату. Айна встала ей навстречу.

» Неужели это она, такая маленькая и такая юная, о, да такая юная «, — удивилась про себя Люси.

Эта мысль, казалось, пронзила ее, подобно кинжалу. Такое детское лицо, светло-голубые глаза и волосы легкие и шелковистые!

— Это и есть Айна? — переспросила Люси, надеясь, что произошла какая-то ошибка. Айна присела в реверансе.

— Здравствуйте, тетя Люси! Я Айна. Боюсь, я действительно слишком мала ростом.

— И в самом деле, — заметила Люси. — Пожалуй, даже туфли на каблуках не помогут.

При этом она подумала, что ее наряды не годятся племяннице Джорджа. Правда, платье, которое было на Айне, показалось Люси на удивление хорошо сшитым и вполне сносным.

— Мы не стали подниматься наверх. — Джордж чувствовал себя несколько неловко. — Я подумал, вы предпочтете познакомиться с Айной, когда проводите своих гостей. Да и она чувствовала бы себя стесненно, если бы ей пришлось встретиться с вами, когда вас окружало множество незнакомых людей.

— Вполне разумно, — заметила Люси, но таким тоном, что ее муж понял: она вовсе так не считает. — А теперь, — продолжала она, — у нас не так много времени, ведь вы, несомненно, уже рассказали Айне, где нас ждут через два дня. Думаю, нам надо подняться в ее комнату и посмотреть, какие платья она привезла с собой. Как бы не пришлось потом в спешке подыскивать ей подходящий наряд.

— Да, да, конечно, моя дорогая, — согласился Джордж. — Но как-то так получилось… Понимаете, я забыл сказать Айне о визите в Чейл. Расскажите ей, пожалуйста, сами.

Он замолчал, словно внезапно вспомнил, что предстоящий визит не сулил ему особого удовольствия, и добавил:

— Тем более, уверен, у вас это получится лучше.

Супруги обменялись недовольными взглядами, но Айна в этот момент складывала эскизы отца в кожаную папку, стоя на полу на коленях, и не видела этого.

— Пойдем, Айна, — сказала Люси. — Нам с тобой еще многое предстоит сделать, а времени осталось совсем мало.

Айна положила папку на стол.

— Большое спасибо, дядя Джордж. Мне было так приятно смотреть эти эскизы. Может быть, мы когда-нибудь посмотрим остальные?

— Обязательно, — заверил лорд Уимонд, с улыбкой глядя на племянницу. Айна улыбнулась ему в ответ, потом, заметив, что Люси уже вышла, поспешила за ней.

Когда они поднимались по лестнице, Люси сказала:

— Твой дядя не соизволил сообщить, как тебе повезло.

Нас пригласили погостить в один из самых знаменитых и красивых домов в Англии. В пятницу мы отправляемся туда.

— Я надеялась, мы поедем в Уимонд-парк, — не подумав призналась Айна.

— Мы пробудем в Лондоне еще два месяца, — раздраженно перебила ее Люси, — и не вздумай уговаривать дядю ехать в деревню, пока не кончится сезон!

Глаза девушки расширились от удивления, но у нее хватило сообразительности догадаться, насколько жена дяди не Любит Уимонд-парк; она поняла теперь, почему в голосе дяди Джорджа звучали тоскливые нотки, когда он говорил о поездке в имение.

Она не раз слышала от отца, с каким неудовольствием его брат каждый раз оставлял поместье, перебираясь в Лондон.

По его рассказам, братья всегда предпочитали плавать в озере, кататься верхом, охотиться в лесах, окружавших имение.

— Мы отправляемся в Чейл, — сказала Люси. — Его хозяин, маркиз Чейл, любезно пригласил нас погостить.

Но, испугавшись, что выдала себя, торопливо пояснила:

— Его мать, вдовствующая маркиза, — хозяйка дома, поскольку сам маркиз еще не женат. Кроме нас с твоим дядей, а теперь еще и тебя, приглашено много интереснейших людей, знатных и знаменитых!

По тону, каким все это было сказано, Айна легко догадалась о том, как некстати оказалось появление племянницы мужа для ее тетки.

— Может, — нерешительно заговорила девушка, — вы… предпочли бы… может, мне не стоит… ехать туда с вами?

— Твой дядя настаивает, чтобы ты ехала. Надеюсь, ты сможешь оценить это, и будешь благодарна за то, что тебе предоставили такую возможность. Не каждой барышне твоего возраста выпадает честь получить приглашение в Чейл, ручаюсь тебе, подобные приглашения — редкая удача, о которой многие могут только мечтать.

— Я… я очень польщена, — произнесла Айна.

— Еще бы! Надеюсь, ты понимаешь, как важно для тебя произвести там хорошее впечатление и, главное, не опозорить нас и не поставить в неловкое положение.

Люси говорила, не выбирая слова и не особо задумываясь. Но, заметив выражение лица Айны, почувствовала себя немного неловко.

— Отчего вы думаете, будто от меня можно ожидать этого? — спросила Айна.

Люси поняла, что ей необходимо как-то загладить впечатление от своих слов, иначе обиженная девочка пожалуется на нее Джорджу.

— Это было бы вполне объяснимо. Ты столько лет провела за границей, — несколько другим тоном заговорила Люси, — что, возможно, условности и манеры, принятые в лучшем английском обществе, тебе покажется трудно усвоить, даже если ты и знала о них.